Kass2010
boosty
Глава 76
🕑 Added 2023-11-03 12:56:08 +0000 UTC
— Я был бы признателен за твое присутствие при разговоре, — добавил Лестрейндж.
— Хорошо, мне понадобится порт-ключ, — согласился Антонио, — тот, что у меня есть с прошлого раза, снова не сработает?
— Да, должен, — кивнул Корвус. — Время для связи половина второго по Лондону.
— Я буду к этому времени там, — кивнул лорд Эббот.
— Мне показалось, или мистер Блэк действительно изменился и пересмотрел свою точку зрения по многим вопросам? — спросил Слизерин, когда они с Корвусом занимали места в Большом зале заседаний.
— Произошедшее с Гарри повлияло на всех нас, но на Блэка особенно сильно, — согласился Корвус.
Том сел между Уильямом и Корвусом, Антонио рядом.
— Простите, вы ведь знаете Гарри, верно? Вернее, лорда Поттера? — спросил Билл, нагибаясь вперед, чтобы увидеть Антонио Эббота.
— Да, это так, — Антонио не делал из этого секрета.
— Как он? Моя семья… беспокоится о нем.
Корвус едва заметно кивнул, взглянув на Антонио.
— Гарри достаточно оправился, чтобы сделать заявление. Он предпочел, чтобы стала известна правда, а не слухи, — твердо сказал Эббот. — Целители сотворили чудо, не дав ему умереть, а, затем, восстанавливая огромный ущерб, причиненный ему. В данный самый момент он проходит реабилитационное лечение, чтобы заново научиться ходить.
Поскольку заметив, что лорд Эббот говорит о состоянии Гарри Поттера, все разом замолчали. Его слова, что мальчику снова приходится учиться ходить услышали все.
Даже Верховный Чародей застыл на своей трибуне, а, затем, объявив сессию открытой, озвучил первый вопрос повестки дня.
— Рассматривается вопрос об отчуждении имущества Локхарта в пользу пострадавших от его действий. Большая часть имущества перейдет наследнику Поттеру, остальное передается в доверительное управление для оплаты медицинских счетов тем, кто пострадал от нападений и Обливейтов Локхарта. Вопрос, оставить ли часть имущества двум сестрам Гилдероя Локхарта, которые до последнего времени жили за счет его щедрости и на данный момент еще не замужем. Все имущество от старшего Локхарта после его смерти перешло к сыну, дочерям ничего завещано не было.
— Каков возраст сестер? — лорд Гринграсс.
— Старшей исполнилось семнадцать, ей пришлось бросить последний год учебы в Хогвартсе. В данный момент она работает, чтобы ей, и её десятилетней сестре хватало на еду. Я хотел предложить передать им то, что изначально принадлежало Локхартам, прежде чем Гилдерой разбогател на своих книгах. Их семейное имущество. А остальное разделилось между жертвами.
— Это кажется более чем справедливым, — согласился лорд Малфой.
— Согласен, — кивнул Антонио.
Возражений не было, и голосование было единогласным.
— Следующий вопрос на сегодня, — произнес лорд Огден. — Визенгамот получил жалобу от студента Хогвартса. Копия была отправлена в ДМП, но мы с Амелией не успели поговорить перед заседанием.
Услышав это, лорд Слизерин выпрямился, с удивленным лицом:
— Кто-то решил, что я не смогу помочь в решении его проблемы?
— Дайте, я угадаю, автор — Гермиона Грейнджер? Эта мисс дважды писала мне, прося взяться за ее дело — вздохнул Антонио, заставив Тома взглянуть на него в замешательстве.
— По какому праву школьница обращается в Визенгамот и почему ей в этом потакают? — рявкнула вдова Лонгботтом, с очевидным раздражением.
— Мисс Грейнджер утверждает, что на нее напали, и что, преступление замалчивается администрацией Хогвартса и аврорами, потому, что нападавший является наследником, а она — маглорожденная. Мисс Грейнджер пишет, что знает свои права и требует справедливости. Вот, что содержит ее жалоба, — рассказал Огден.
— Я дополню. Мисс Грейнджер пытается подать в суд на наследника Поттера за ущерб, причиненный ей от магического выброса, — криво усмехнулся лорд Слизерин. — Это произошло в тот день, когда в новостях появилась информация о жестоком обращении, которому он подвергся в детстве, что и спровоцировало мощный выброс, разбивший всю стеклянную посуду на столах в Большом зале. Мисс Грейнджер была единственной пострадавшей, так как не спряталась, когда все остальные сделали это в начале выброса, так как она утверждала, что в Хогвартсе такое невозможно. Она беззаботно продолжала пить из своего кубка, который, взорвавшись, травмировал её. Мисс Грейнджер тут же была доставлена в Больничное крыло школы, где её мгновенно исцелили, несмотря на это, а также на слова многих людей, пытавшихся ее вразумить, она решительно настроена отсудить у наследника Поттера компенсацию ущерба. Я не могу поверить, что мы обсуждаем этот вопрос в Визенгамоте!
— Откуда, дракл побери, у этой глупой девчонки сложилось впечатление, что в Хогвартсе невозможны магические выбросы? — уточнила леди Лонгботтом.
— Так сказано в книге «История Хогвартса», — с иронией проговорил Антонио.
— В этой книге неверна половина информации, — заметил лорд Слизерин. — С Грейнджер беседовал я и авроры, но она не поверила нам.
— Думаю, что вопрос ясен, и мы снимаем его с повестки, — объявил Верховный Чародей. — Третий, и последний на сегодня, вопрос. Обсуждение законодательной инициативы наследника Поттер о найме в Азкабан целителя…
***
— Как у тебя дела с подготовкой к мастерству? — спросил Гарри Рабастана, когда тот сопровождал его на новый вид занятий.
— Все идет не так гладко, как хотелось бы, — он никак не мог закончить написание экзаменационного эссе, чтобы представить его мастеру.
— Я верю в тебя, ты сделаешь это, — сказал Гарри с полной убежденностью. — Не могу дождаться, когда смогу прочитать его!
— Сюда, — Рабастан распахнул пошире дверь, чтобы Гарри было удобно выехать в кабинет на его коляске.
— Прости, — грустно сказал Гарри.
— Эй, посмотри на меня? Почему ты извиняешься?
— Ты должен быть сосредоточен на своей работе, а не торчать здесь, наблюдая за моими занятиями.
— Я бы предпочел быть здесь, а ни где-нибудь еще, — искренне сказал Рабастан. — Это и называется всегда быть рядом, в болезни и в здравии.
— Доброе утро, Гарри, — сказал целитель. — Сегодня мы попросим Рабастана помочь тебе встать у поручней, где специальное заклинание магических ремней будет удерживать твой вес, пока ты будешь идти по платформе. Все понятно?
— Да, — согласился Гарри.
Рабастан обхватил Гарри за талию и помог ему подняться с кресла. Юноша почувствовал, как магия обволакивает его. Целитель стоял на другой стороне платформы. Гарри попытался сделать шаг, всего один шаг, а ему показалось, что он обежал весь замок Хогвартс. Он начал покрываться потом, а все его тело дрожать.
— Ты можешь это сделать, Гарри, не торопись. У тебя все так хорошо получается, — сказал целитель.
Кряхтя и задыхаясь, Гарри заставил свое тело подчиниться, медленно продвигаясь вперед. Мерлин! Он сделал шесть шагов, и… он так устал, что просто хотел остановиться, но магические путы сковывали его, а желание было таким сильным… Резко, как у марионетки, у которой обрезали веревочки, магия, удерживающая Гарри, исчезла, и его ноги подкосились, и он начал падать. Взрыв магии юноши отбросил целителя через всю комнату, а Рабастан поспешил на помощь своему жениху.
— Гарри, все в порядке, я с тобой! — Рабастан поднял подростка на руки, обнимая его.
— Ничего не в порядке! — прокричал юный маг. — И ничего уже не будет в порядке!
— Будет, будет, — заверил его Басти, успокоительно похлопывая по спине.
— Я позволил этому глупцу взять надо мной верх, совсем потерял бдительность, — он задыхался от собственных эмоций и слез, сжимая воротник рубашки Рабастана. — Я думал, что пропал, что меня никто никогда не найдет, я так боялся…
— Бояться — это нормально, — выдавил сквозь комок в горле Басти, покачивая Гарри взад-вперед, изо всех сил стараясь его утешить. Он приходил в ярость каждый раз, когда представлял, как Гарри лежал там, не в силах пошевелиться, не имея возможности ни поесть, ни попить.
— Давай отнесем тебя обратно в постель, — пробормотал Рабастан.
Гарри уткнулся головой в его грудь, отгораживаясь от всего мира, а слезы все еще лились из его глаз.
— У меня есть ты, ты всегда будешь со мной, а я с тобой, — нежно прошептал Лестрейндж, целуя Гарри в макушку и крепче прижимая к себе.
Он уложил Гарри, но тот не отпускал его, так что Басти пришлось тоже забраться в кровать, и устроиться поудобнее.
— Вот, выпей это, — тихо сказал он, выуживая из кармана Умиротворяющий бальзам. — Мы пройдем через это, Гарри, ты пройдешь через это, ты самый сильный человек, которого я когда-либо встречал.
Покорно выпив зелье, юный маг устроился на груди Рабастана. Вероятно, это было не очень прилично, но они были полностью одеты. Тихо вздохнув, Рабастан закрыл глаза и медитировал, укрепляя свои окклюментные щиты пока не уснул.
Следующее, что Рабастан осознал, было тихое бормотание голосов, и то, что они с Гарри были укрыты одеялом. Вероятно, вернулся отец.
— Что-то произошло? — спросил, понизив голос, чтобы не беспокоить Гарри, Корвус, увидев, что сын открыл глаза.
— Он сломался, просто взорвался изнутри. Ты ожидал этого?
— Да. Он слишком спокойно все воспринял сначала.
— Он больше расстроен тем, что Локхарту удалось его похитить, а не тем, что потом произошло.
— И, это тоже не удивительно. Когда Гарри впервые приехал в Лестрейндж-мэнор, он всегда следил за тем, чтобы его спина не оставалась незащищенной. Он внимательно следил за всеми, даже за Миллисент.
— Привычка, от которой он не избавился?
— Я не думаю, что он когда-нибудь избавится.
— Даже дома?
— Только среди своих.
— Хорошо, — заявил он. В животе у него громко заурчало, он все-таки пропустил обед.
Корвус взмахнул палочкой и поднос с едой к сыну.
— С ним все будет в порядке, — заявил Рабастан, снимая крышку, и по комнате поплыл вкусный запах супа.
— Еда! — сонно пробормотал Гарри, принюхиваясь к воздуху. — Хорошо пахнет.
Зеленые глаза открылись, в них не было смятения, только сонная настороженность.
— Хочешь пообедать? — поинтересовался Корвус.
Гарри кивнул и получил свой поднос. Он умирал с голоду!
— Как ты? — спросил его Басти.
— Я в порядке, — сказал Гарри, и начать жадно есть суп.
— А завтрашняя беседа? Ты, все еще, готов к ней? — спросил Корвус.
— Да, нужно покончить с этим, — задумчиво сказал Гарри, переходя к сэндвичам. — Как оно прошло заседание Визенгамота?
— Не очень хорошо.
— Им не понравился мой новый законопроект?
— Они считают, что Антонио проталкивает свои идеи без твоего участия.
— Это не в первый раз и не в последний, — заметил Гарри. — Мне все равно, что они думают. Я не остановлюсь, пока они не сдадутся.
— Что за законопроект? — спросил Рабастан, откидываясь назад, сытый и довольный.
— Организация медицинского пункта с целителем в Азкабане, — сказал Гарри. — Чтобы все могли получать требуемые помощь и уход. Все, что нужно сделать, для его принятия, это помахать перед носом невинными жертвами Бартемиуса Крауча.
— Отмечу еще раз, что шляпа должна была отправить тебя на Слизерин, — усмехнулся Корвус.
— В чем конкретно была проблема в Визенгамоте?
— Честно говоря, было всего несколько скептиков, просто Визенгамот был разозлен к этому момент, но не из-за тебя.
— Разозлен? Из-за чего?
— Рассматривали заявление мисс Грейнджер, выставивший себя на посмешище, — весело сказал Корвус. — Она полна решимости навсегда испортить свое имя.
— Грейнджер… Не та ли это девочка, которая оказалась в больнице Святого Мунго после нападения тролля? — уточнил Рабастан.
— Все еще дело об ущербе от магического выброса? — ухмыльнулся Гарри. — На самом деле она довольно умна, но слишком сильно полагается на учебники. Мне немного жаль ее…
— И что Визенгамот? Решили, что с ней делать? — спросил Рабастан.
— Огден намерен провести с ней разъяснительную беседу, — усмехнулся Корвус.
— Я удивлен, что она все еще жива, — пробормотал Рабастан, у Темного Лорда явно прибавилось терпения.
***
На следующий день прибыл Антонио.
— Добрый день, Гарри, можно мне войти?
Гарри кивнул, указывая на пустое место, которое было поставлено там для него. Корвус, Рабастан, Сириус, и Родольфус поздоровались с адвокатом. Стулья были специально расставлены так, чтобы Боунс могла видеть только Гарри, Эббота и Блэка.
— Если какой-либо из вопросов заставляет тебя чувствовать себя неловко, и ты не хочешь отвечать — даешь мне знать, и мы переходим к следующему, — инструктировал Антонио юного мага.
— Они не подумают, что я что-то скрываю?
— Нет, они знают, что произошло, как ты выжил в этом и воздержаться от давления. А как ты себя чувствуешь?
— Я могу шевелить пальцами ног, — гордо сказал Гарри.
— Я рад, что ты идешь на поправку, — улыбнулся Антонио.
— Пора, — объявил Корвус.
Сириус активировал зеркало, в котором появилось лицо мадам Боунс.
— Что же, должна признаться, что такой способ общения чрезвычайно удобнее, чем каминная связь, — сказала Амелия. — Вы собираетесь продать такие артефакты, мистер Блэк? Я бы обязательно приобрела для своего департамента.
— Я пришлю к вам Артура Уизли с контрактом. Получите скидку за оптовую закупку, — ухмыльнулся Сириус.
— Сделайте это как можно скорее, — сказала Амелия. — Теперь перейдем к цели нашей встречи.
— Приношу свои извинения, наследник Поттер, что беспокою вас во время лечения, — мальчик сидел в инвалидном кресле, и было видно, что он находится в больничной палате.
— Я понимаю необходимость этого, — ответил Гарри, натянуто улыбнувшись.
— Все, о чем мы будем говорить, будет записано. На беседе присутствуют крестный отец наследника Поттер Сириус Блэк и адвокат лорд Антонио Эбботт.
Гарри почувствовал, что его начинает подташнивать.
— Наследник Поттер, вы знаете свои права?
— Я хорошо осведомлен о правах несовершеннолетнего волшебника, — твердо сказал Гарри, получив гордый кивок от Корвуса.
— Расскажите своими словами, что произошло 14 января.
— Это были выходные в Хогсмиде. Я пошел туда со своими друзьями, Винсентом, Грегом, Драко, Пэнси и Дафной.
— Это наследник Винсент Крэбб, Наследник Грегори Гойл, Наследник Драко Малфой, наследница Пэнси Паркинсон и наследница Гринграсс, это верно? — уточнила мадам Боунс.
— Да, и Блейз Забини, — добавил Гарри, вспомнив еще одного друга, который был там. — Я попросил Грега купить мне несколько кексов-котелков.
— Что произошло дальше?
— Мы с Дафной решили сходить во Флориш и Блоттс, мы как раз собирались войти в магазин. Все, что я дальше помню, как падает Дафна.
Мадам Боунс была удивлена тем, насколько краткими и точными для подростка были ответы Поттера.
— Что следующее вы помните?
— Я очнулся в сыром подземелье.
Руки Рабастана сжались в кулаки.
— Можете ли вы рассказать мне, что произошло дальше? Поинтересовалась мадам Боунс.
— Там был волшебник. Он был сильно расстроен тем, что я не узнал его. Я спросил, кто он такой. Он сказал, что написал двенадцать книг, и самая последняя из них стала бестселлером. Я ответил ему, что мне все равно. Он, почему-то, был оскорблен тем, что я часто появлялся в газетах. Сказал, что раньше все писали про него, пока не появился я. Был уверен, что я собираюсь занять его место.
— Что произошло дальше?
— Я не все понимал из того, что он говорил, но заверил его, что у меня нет желания становиться писателем, что я собираюсь учиться на юриста, но он не слушал. Он выглядел как настоящий маньяк. Он наложил на меня Обливейт, после чего я почувствовал невыносимую боль и потерял сознание.
Все Лестрейнджи кипели от неистовой ярости. Они пока не знали всех подробностей того, что случилось с Гарри.
— Ты помнишь что-нибудь за остальные десять дней?
— Конечно, — прохрипел Гарри, которого начало потряхивать.
— Хватит! — резко возразил Сириус, вставая и добавил, призывая адвоката его поддержать. — Антонио!
— Гарри? Ты бы предпочел прекратить интервью? — мягко спросил Антонио.
Корвусу пришлось наложить заглушающие чары и схватить своего сына, чтобы тот не бросился к Гарри.
— Я хочу продолжить, чтобы больше к этому не возвращаться, — сказал Гарри, его тело дрожало, но голос был сильным и упрямым. Он взял за руку Сириуса, сжал ее и потянул его вниз, чтобы он сел.
— Ты уверен? — тихо спросил Сириус, в его серых глазах не было ничего, кроме беспокойства за своего крестника, хотя сам он выглядел не лучше Лестрейнджей.
Гарри кивнул и продолжил.
— Я проснулся без палочки, не смог призвать, как не старался, ее сняли с меня, видимо, обыскав, вместе с кобурой. Она была под одеждой.
Басти издал рычание, узнав, что Локхарт, трогал его жениха, когда тот был без сознания.
— Я был… не в состоянии двигать ничем, кроме головы. Локхарт тоже был там. Он был еще жив. Я просил Магию, чтобы он умер. Боялся того, что будет, когда он очнется. Я… Я… — Гарри немного помолчал, собираясь с мыслями. — Все, что было дальше, расплывчато. Я в основном находился в бессознательном состоянии. Течение времени я замечал по мере того, как усиливались жажда и голод.
Мадам Боунс не могла смотреть в глаза Гарри взглядом, уставившись в свой стол.
— Каждый раз, когда я приходил в себя, царапал палец о цементный пол. Снова, и снова, и снова, и снова, пока не пошла кровь, и я стал писать ей руны. Я не могу сказать какие, даже отдаленно не помню. Потом снова темнота. Следующее, что я осознал, это то, что я здесь, в больнице.
— У вас есть еще какие-нибудь вопросы к моему клиенту? — Спросил Антонио, теперь Гарри определенно закончил давать показания. — Он рассказал вам все, что смог вспомнить, и нет причин продлевать это тяжелое для него испытание.
— Нет, больше нет, — просто ответила мадам Боунс, к которой вернулось самообладание. Взмахнув палочкой, она прекратила запись и попрощалась, поблагодарив Гарри.
— Все прошло отлично, а теперь я должен вас покинуть, до встречи!
Рабастан, не теряя времени, оказался рядом с Гарри, едва сдерживая дрожь ярости: — Неужели в повестке дня Визенгамота ничего не говорилось о привлечении Дамблдора к ответственности за это?
— Пока нет, — сообщил Корвус, — Министерство может решить, что не стоит тратить время, деньги и усилия, чтобы снова обвинять его в других преступлениях, учитывая его пожизненный срок. Но мы так это дело не оставим!
=========
Оригинальные главы 95, 96
Comments
Мира Молчанова
<div ><div><span class="text">Мне понравилось, что выброс Гарри кинул медика через всю комнату, и дальше об этом ничего не сказано. Почему в медицинском учреждении нет защиты на такой случай, из-за чего могут пострадать другие пациенты. Всё ли в порядке с медиком? Очевидно, всем плевать</span></div><div></div></div>
Анастасия Мирская
<div ><div><span class="text">Многие в комментариях ругают Гермиону, причем не только в этом фанфике, — за упрямство, за то, что слишком сильно верит книгам в ущерб реальности. Но для меня это выглядит как драма — история девочки, на которую всем было настолько плевать, что единственными, кто ее не обманывал, были книги. Такая слепая вера не берется из ничего — это похоже на побег никому ненужного ребенка от странной и порой нелогичной или непонятной реальности в мир, где все правдиво, честно и по правилам. </span></div></div>
