Kass2010
boosty
Глава 7
🕑 Added 2021-08-31 11:28:13 +0000 UTC
это так здорово, держу пари, что он показал себя лучше всех в своем
классе, — сказала Лили, заранее сияя от гордости.
— Конечно, я уверен, что это так. Я собираюсь занять
больше его времени квиддичными тренировками. Чем больше он будет тренироваться летом, тем лучше он сыграет в следующем сезон, — сказал Джеймс, также гордясь своим сыном.
больше его времени квиддичными тренировками. Чем больше он будет тренироваться летом, тем лучше он сыграет в следующем сезон, — сказал Джеймс, также гордясь своим сыном.
Гарри вошел и услышал, как его родители снова говорили о Нике. Это было уже настолько привычно, что он даже не удивился, что на него никто не обратил внимания. Гарри делал себе бутерброды. Недавно был ужин, но
его не было на нём, его даже не позвали.
его не было на нём, его даже не позвали.
— Что ты делаешь? Мы только что поужинали, — сказала Лили, которая не хотела, чтобы ее дети толстели.
— Я не поужинал, поэтому я хочу есть, — мягко сказал Гарри.
— Давай иди в свою комнату и в следующий раз спроси разрешения, — сердито сказала Лили, отбирая у него сэндвичи.
— Мама голоден, — крикнул Ник, входя в этот момент на кухню.
— Вот, — сказала Лили и отдала ему бутерброды, которые сделал для себя Гарри.
Мальчик был поражен поведением матери. Нахмурившись, он ушел, будучи в очень плохом настроении. Гарри считал дни до возвращения в Хогвартс. Чтобы утешиться, он взял книгу Принца и снова стал её перечитывать. Он прочел её уже несколько раз, но не осмелился попробовать ни одно из
заклинаний после того, что заклинание сделало то, что он использовал на тролле. Ему, конечно, было интересно, что произойдет, когда придут результаты успеваемости за первый курс, — он был уверен, что учится гораздо лучше Ника и надеялся, что, может быть, хотя бы это обратит внимание его родителей на второго сына. Ему часто снились сны, где они гордились Гарри, но он просыпался, и реальность была далека от снов.
заклинаний после того, что заклинание сделало то, что он использовал на тролле. Ему, конечно, было интересно, что произойдет, когда придут результаты успеваемости за первый курс, — он был уверен, что учится гораздо лучше Ника и надеялся, что, может быть, хотя бы это обратит внимание его родителей на второго сына. Ему часто снились сны, где они гордились Гарри, но он просыпался, и реальность была далека от снов.
Гарри поднялся в свою комнату и сложил все свои учебники за первый год обучения на полку вместе со всеми другими книгами, которые он собрал за эти годы. Его дневник он хранил в своем сундуке, не рискуя тем, что в комнате его кто-то сможет найти и прочесть.
— Пришли результаты Ника! — закричала Лили несколько дней спустя, когда они сели завтракать.
— Давай же, открой их! — воскликнул Джеймс.
— Он наверняка первый, — взволнованно сказала Лили, но когда она увидела, то, что было написано в письме, лицо её изменилось.
— Что такое, любовь моя? — спросил Джеймс.
— Гермиона Грейнджер, она на первом месте по успеваемости среди первокурсников, — сказала Лили убитым голосом.
— Ну, а у кого второе место? — спросил Джеймс, не теряя надежды, что Ник был вторым.
— У Гарри, — недоверчиво сказала Лили, не понимая, как ее второй сын так хорошо справился.
— А третье? — спросил Джеймс, — надеясь, что Ник вошел хотя бы в тройку лидеров.
— Драко Малфой, — грустно сказала Лили.
— Его оценки, вероятно, куплены на грязные деньги Люциуса!
— Наверное, так и есть, — сказала Лили.
— А на каком же месте Ник? — спросил Джеймс.
— Он двадцать девятый, — обиженно сказала Лили.
— Я не понимаю, почему? Он сильный волшебник, почему его результаты такие низкие? — возмутился Джеймс.
— Я думаю дело в Рональде Уизли, который находится рядом с ним, это он его отвлекает от учебы, — сказала Лили.
— Да, Ник, ты перестанешь дурачиться с Роном Уизли. И если в следующем году ты не продвинешься дальше, я переведу тебя в другую школу или на домашнее обучение, — серьезно сказал Джеймс.
— Почему? Мне нравится Рон, — надулся Ник.
— Прекрасно, но если в следующем году твои результаты будут плохими, мы заберем тебя из Хогвартса, — сказала Лили, уверенная, что ее сын может добиться большего.
— Хорошо, мама, я буду стараться. В этом году меня так отвлекла вся эта история с Воландемортом, — грустно сказал Ник.
— Конечно, ты сделаешь это, Ник. И в следующем году ты будешь лучшим, не так ли? — сказала Лили, обнимая сына.
— Конечно, мама, — сказал Ник, улыбаясь ей.
— Я иду спать, спокойной ночи, — сказал Гарри, но никто даже не повернулся к нему. Он побежал в свою комнату, достал из сундука дневник и начал яростно строчить в нём. Слез не было. Он давно не плакал, поняв, что жизнь к нему несправедлива, а слезы ничем не помогают.
Запись в дневнике
Наши результаты только что пришли, вместо того, чтобы видеть реальные успехи, родители продолжают верить в то, насколько Ник лучше всех. Я занял второе место, Ник — двадцать девятое. В свое оправдание он сказал, что история с Воландемортом и глупым камнем ему помешала. И они обнимались, веря, что на следующий-то год он всех опередит. Они даже не
взглянули на мое письмо. Как бы я хорошо не работал, они не желали признавать мой успех. Мне так плохо и одиноко. Я не знаю, что мне делать. Я не знаю, сколько еще я смогу оставаться в этом доме. Иногда я просто хочу умереть — может тогда они, наконец, меня заметят? Хотя вряд ли, они придут сюда только тогда, когда почувствуют запах моего гнилого трупа.
взглянули на мое письмо. Как бы я хорошо не работал, они не желали признавать мой успех. Мне так плохо и одиноко. Я не знаю, что мне делать. Я не знаю, сколько еще я смогу оставаться в этом доме. Иногда я просто хочу умереть — может тогда они, наконец, меня заметят? Хотя вряд ли, они придут сюда только тогда, когда почувствуют запах моего гнилого трупа.
Ненавижу Ника!
НЕНАВИЖУ СВОИХ РОДИТЕЛЕЙ!
Я ненавижу себя за то, что мне все еще больно каждый раз,
когда они так поступают, за то, что я продолжаю обманывать себя. Я всегда знаю, что должно произойти, но просто позволяю себе верить, что что-то изменится. Я должен перестать делать это. Может быть, нашлась бы другая семья для меня? Я хотел, чтобы меня усыновили другие родители. Любая семья будет лучше, чем та, которую я ненавижу свою жизнь.
когда они так поступают, за то, что я продолжаю обманывать себя. Я всегда знаю, что должно произойти, но просто позволяю себе верить, что что-то изменится. Я должен перестать делать это. Может быть, нашлась бы другая семья для меня? Я хотел, чтобы меня усыновили другие родители. Любая семья будет лучше, чем та, которую я ненавижу свою жизнь.
Однажды Гарри отправился в Хогсмид, не в силах больше находиться в поместье. Прошлой ночью он видел, как родители обнимают и целуют Ника и Рокси перед сном, и это заставило его понять, насколько он нелюбим. Они
никогда его не целовали. Он провел день, блуждая по окрестностям, пока не добрался до недавно открытого магазинчика на углу.
никогда его не целовали. Он провел день, блуждая по окрестностям, пока не добрался до недавно открытого магазинчика на углу.
— Извините, вам не нужен мальчик-посыльный для доставки газет, мэм? — вежливо спросил Гарри.
— Да, дорогой, я бы хотела иметь такого, — мило ответила женщина.
— А сколько бы вы смогли мне платить? — с любопытством спросил Гарри.
— Пятьдесят галеонов, думаю, было бы нормально, — сказала хозяйка. Это были большие деньги, но опять же, это была куча газет для доставки по всему Хогсмиду, который вовсе не был таким маленьким, как казалось.
— А работа есть только в Хогсмиде?
— Еще мне нужен разносчик на Диагон Аллее, — сказала волшебница.
— Мог бы я выполнять обе работы, я могу работать даже ночью, — сказал
Гарри.
Гарри.
— Ты уверен, дорогой? Я имею в виду, что это не слишком много работы для ребенка твоего возраста? Сколько тебе лет? — спросила она.
— Тринадцать мэм, — приврал немного Гарри.
— Хм… ну, работа твоя, если ты хочешь, можешь начать сегодня. И добро пожаловать! Как твое имя, сынок? — спросила волшебница ласково.
— Я начну завтра, а сегодня прошу выдать мне карту мест доставки, чтобы я изучил их все. Меня зовут Гарри, — сказал мальчик. Он неважно знал и Диагон Аллею и Хогсмид, так как родители не часто брали его с собой.
— Хорошо. Зарплату вы будете получать в конце каждой недели. За двести галеонов вы должны делать две разноски в день — утренние и вечерние газеты. Есть еще воскресная доставка, и она тоже стоит сто галеонов,
так как там больше изданий, кроме газет еще разные еженедельники и журналы, возьмете её? — сказала она.
так как там больше изданий, кроме газет еще разные еженедельники и журналы, возьмете её? — сказала она.
— Я возьму все доставки, — ответил Гарри.
***
— Как у тебя дела? — спросила волшебница, когда через три часа раскрасневшийся ребенок снова появился в её магазине.
— Хорошо. Я прошел по всем адресам, это не так сложно, как я думал, — ответил Гарри.
— Значит, по рукам? — подмигнула хозяйка магазина.
— Конечно, — улыбаясь, ответил Гарри.
— Тогда будь здесь в пять, начнешь разносить вечерние газеты, — сказала женщина.
— Я буду, — пообещал Гарри.
***
Этим Гарри занимался всю оставшуюся часть лета — доставкой газет, просыпаясь раньше всех в доме. У него появились собственные деньги — это была его свобода. Он решил накопить столько, чтобы съехать от Поттеров. Он думал поселиться среди маглов, где бы его никто ни стал искать. В этот год Гарри собирался поехать в Хогвартс, но возвращаться следующим летом к Поттерам он не собирался. Он не сомневался, что они все равно не заметят, что он пропал. Он скажет им, что проведет лето у друзей, и Поттеры будут только рады этому.
Эйлин, хозяйка магазина, была благодарна Гарри. Он не только разносил газеты, но и помогал ей с делами в магазине. Эйлин становилась слишком
старой, чтобы успевать следить за всем. Это оказалось не так просто, как она думала вначале, берясь за это дело. Гарри был таким милым мальчиком, и он творил чудеса с жизнью Эйлин. У нее было неважно с магией из-за близкородственных браков её предков. Это было главной причиной, по которой она ушла в мир маглов. А вернулась она из-за сына, который очень просил её об этом. Он просто ненавидел приходить к ней в магловский мир. Вскоре Гарри стал проводить все свободное время в магазинчике. Он стоял за стойкой, давая Эйлин, время для отдыха, раскладывал товар по полкам. И никто его здесь не узнавал и
не называл братом Ника Поттера. Он был просто Гарри, а не чей-то брат и был счастлив этим. А семья? Да Поттеры даже не заметили, что его никогда не бывает дома.
старой, чтобы успевать следить за всем. Это оказалось не так просто, как она думала вначале, берясь за это дело. Гарри был таким милым мальчиком, и он творил чудеса с жизнью Эйлин. У нее было неважно с магией из-за близкородственных браков её предков. Это было главной причиной, по которой она ушла в мир маглов. А вернулась она из-за сына, который очень просил её об этом. Он просто ненавидел приходить к ней в магловский мир. Вскоре Гарри стал проводить все свободное время в магазинчике. Он стоял за стойкой, давая Эйлин, время для отдыха, раскладывал товар по полкам. И никто его здесь не узнавал и
не называл братом Ника Поттера. Он был просто Гарри, а не чей-то брат и был счастлив этим. А семья? Да Поттеры даже не заметили, что его никогда не бывает дома.
***
Пришло время отправляться в Хогвартс. Гарри не купил себе сову, так как копил каждый заработанный им кнат на свои будущие планы. А Поттеры вообще в этом году не дали ему ни одного галеона на карманные расходы. Наверное, забыли, что у них есть еще один ребенок. Свои деньги Гарри поместил в его новое собственное хранилище, и теперь у него был свой ключ, который висел у него на шее. Никто не сможет попасть в его хранилище!
— Поторапливайтесь! Вам нужно выйти сейчас, если вы хотим успеть на Хогвартс-экспресс! — крикнул Джеймс вверх по лестнице.
Гарри потащил вниз свой сундук, который был очень тяжелым, но его родители даже не помогли ему, но он не хотел снова остаться дома и пропустить еще один год поездку поезде.
— Вот вам порт-ключи, — сказал Джеймс, сунув Гарри и Нику что-то в руки, — мы заняты и не можем отвезти вас в Хогвартс-экспресс, поэтому тебе придется добираться самому.
— Папа, пожалуйста! — заскулил Ник и полез обниматься к отцу.
А Гарри вздохнул, активировал свой порт-ключ, оказавшись на вокзале Кингс-кросс. Затем он прошел через барьер на платформу и потащил свой
сундук в поезд.
сундук в поезд.
— Могу ли я здесь присесть? — спросил пухлый мальчик.
— Да, конечно, — сказал Гарри.
— Тебе необязательно сидеть там! Пойдем с нами, Ник скоро будет здесь, — крикнул пухляку Невиллу Лонгботтому другой мальчик Симус, один тех, кто жил вместе с Ником и Рональдом Уизли.
— Хорошо. Извините, до свидания, — сказал Невилл, выходя из купе Гарри, присоединяясь к Симусу.
— Это не может быть! Ника нигде нет! — заявил Симус спустя некоторое время.
— Брат же его здесь, значит и он где-то тут, — сказал Дин.
— Да, давайте уже где-нибудь сядем и будем ждать его, — ответил Симус.
Гарри услышал, как хлопнула дверь рядом.
***
— Мы почти в Хогвартсе, давайте наденем форму, — сказал Симус в конце пути.
— Да, конечно. Но интересно, где же Ник? — спросил Дин.
— Не знаю, но надеюсь, что с ним все в порядке, — сказал Симус.
— В конце концов, он герой волшебного мира, — сказал Невилл.
— Ага, — немедленно согласились Дин и Симус.
***
Гарри не беспокоился о своем брате. Он сидел и ел плотную еду за столом Рейвенкло, наслаждаясь возвращением в Хогвартс. Он знал, что это будет еще один скучный год. Гарри уже прошел сам всю программу за второй курс, да что второй, он мог бы уже учиться на шестом, так как знал все за пятый.
— Добро пожаловать, добро пожаловать Хогвартс, — сказал директор, широко раскинув руки, приветствуя каждого из них.
Сортировка длилась долго, многие заметили, что Ника и Рональда Уизли не было. Гарри следил за всем, как и каждый Рейвенкло. Тихо вздохнув, он облизнул губы, когда принесли еду.
— У нас есть новые преподаватели, которых мы должны представить вам… сначала учитель Защиты от темного искусства Гилдерой Локхарт, — сказал Дамблдор.
По большому залу раздались бурные аплодисменты.
— И новый профессор зельеварения, он же новый глава слизеринского Дома профессор Риз, — сказал Дамблдор.
Очередные дикие аплодисменты раздались по залу громче, чем когда-либо.
— Профессор Снейп решил, что он предпочел бы поработать над своими зельями, мы желаем ему удачи в его работе, теперь давайте поедим, — сказал Дамблдор, когда все сели. Но возбужденная болтовня оборвалась, слизеринцы сидели ошеломленные, — у них появился новый глава дома? Профессор Снейп ушел? Они все были расстроены.
Альбус Дамблдор пытался заставить Северуса вернуться, но Северус хотел сосредоточиться на своих зельях. Он сказал правду; он был близок к прорыву в Ликантропном зелье. К тому же Северус по какой-то причине
действительно терпеть не мог Ника Поттера. Дамблдор не смог убедить его
обратить внимания на мальчика и помочь ему подготовиться ко времени, когда Воландеморт вернется.
действительно терпеть не мог Ника Поттера. Дамблдор не смог убедить его
обратить внимания на мальчика и помочь ему подготовиться ко времени, когда Воландеморт вернется.
Утром все узнали, что ночью Гриффиндор приобрел 200 очков на свой счет «за продуктивное мышление». Ник Поттер и Рональд Уизли прибыли в школу на заколдованной машине. Само собой разумеется, что ни один дом не был счастлив такому явному фаворитизму, кроме самого Гриффиндора. Начать свой год с двухсот баллов в плюсе, когда ни у кого еще ничего не было — было хорошей заявкой на победу в годовом соревновании Домов.
***
В том году Гарри удостоился чести несправедливого обвинения в том, что он подвесил и окаменел кошку Филча. Миссис Норрис была найдена окаменевшей и висевшей за хвост в коридоре.
— Это несправедливо, сэр… Я был в библиотеке! — запротестовал Гарри.
— Гм, очень хорошо, — сказал Дамблдор.
Но студентам этого директор не сообщил и весь год они смотрели на него свирепо, и даже нападали. А еще профессор Риз возненавидел его. Его новый профессор зельеварения всячески старался заставить его унизить.
— Не того цвета, Поттер, тролль, — говорил Риз, очищая свое зелье, прежде чем что-либо могло Гарри мог что-то доказать.
Гарри молча сносил все его выходки и от этого Риз еще больше злился на него. На самом деле зельевар видел, что Гарри делал зелья лучше, чем
он мог сделать сам, хотя он был мастером зелий. Мальчик был явно
он мог сделать сам, хотя он был мастером зелий. Мальчик был явно
способнее его, а Риз был просто ревнивым человеком. Почему молчал Гарри? Он знал, что никакие жалобы ему ничем не помогут.
------
Матч по квиддичу прошел без сучка и задоринки, никаких серьезных проблем с падением гриффиндорца. Слизеринцы выиграли матч без проблем, Драко Малфой стал искателем слизеринской команды. Он не только присоединился, но и получил все Nimbus 2001, а Ник, несмотря на всю подготовку, которую Джеймс дал ему, он все еще был далек от совершенства. С тех пор Драко Малфой ходил, как павлин. Все любили его за то, что он утёр нос Нику Поттера. Гриффиндорцы же теряли терпение в отношении Мальчика-Который-Выжил. Гарри слышал, как они заявили, что думают о его исключении из команды. Гарри не мог дождаться этого дня, но он сомневался, что МакГонагалл позволит этому случиться.
Гарри видел регистрационный лист для тех, кто хотел поиграть в квиддич у дверей башни Рейвенкло. Это было искушением для мальчика, но он не стал записываться на испытания, хотя был бы рад обыграть Ника и стереть
самодовольную улыбку с лиц Джеймса и Лили. Да, в последнее время он перестал называть их родителями. Они лишились права на этот титул. В этом году он не написал им ни одного письма, так как и они, ему ни разу не написали. Казалось, что ответ на вопрос, который он много раз задавал своему дневнику, наконец-то был получен. Он просто перестал заботиться о том, думают или нет о нем Поттеры.
самодовольную улыбку с лиц Джеймса и Лили. Да, в последнее время он перестал называть их родителями. Они лишились права на этот титул. В этом году он не написал им ни одного письма, так как и они, ему ни разу не написали. Казалось, что ответ на вопрос, который он много раз задавал своему дневнику, наконец-то был получен. Он просто перестал заботиться о том, думают или нет о нем Поттеры.
***
единственным, кто смеялся над этим; это было самое веселое зрелище за его двенадцать лет жизни. Флитвик заранее предупредил Локхарта не объединять в пару сражающихся Гарри и Ника, но это предупреждение только заставило Локхарта еще больше захотеть увидеть их поединок, и он вызвал их двоих. Гарри и Ник начали проклинать друг друга, и Ник с ухмылкой бросил проклятие змеиного вызова, и большая змея появилась посреди дуэльного помоста. Но она направилась не к Гарри и бросилась к испуганному Джастину Финч-Флетчли. Гарри крикнул, чтобы змея остановилась, и она на удивление послушалась его. Все же присутствующие повернулись и со страхом уставились на Гарри. Флитвик благополучно убрал змею и велел всем расходиться. Все выходили из зала и шептались о том, что Гарри тёмный маг. Даже его брат уходил, смотря на него со страхом, как будто он какой-то Воландеморт.
Гарри не понимал, почему все так на него смотрят, но вскоре узнал, прислушавшись к разговорам — оказывается, он приказывал змее на парселтанге, языке змей. Хотя для него это звучало так, как будто он говорил по-английски. Он оказался змееустом и задавался вопросом, сколько времени потребуется его родителям, чтобы узнать об этом. Ждать долго не пришлось, через пять часов после того, как новость распространилась по Хогвартсу, сова Джеймса постучала в окно башни Райвенкло.
Ник только что сообщил нам, что ты змееуст. Я хочу, чтобы ты знал — мы все: я, мама, Рокси очень разочарованы. Сначала ты распределился на Рейвенкло. Ни один Поттер никогда не сортировался никуда, кроме Гриффиндора, кроме тебя. Я был расстроен тогда, а видимо должен был быть рад, что не на Слизерин учитывая твою открывшуюся способность. Когда ты будешь дома на летние каникулы, тебе запрещается покидать свою комнату. Никто из семьи не желает тебя видеть. Вы приедете домой на лето, вам нужно идти прямо в свою комнату. Ты вредишь своим поведением репутации Ника! Общество не поймет, если ты окажешься темным волшебником.
Гарри, прочел и не удивился. Вот когда придет день и выяснится, что это он мальчик-который-выжил, вот тогда он посмотрит на их лица.
------
В Хогвартсе стали находить окаменевших студентов. Гарри было все равно. С тех пор как все узнали, что он змееуст он стал изгоем для всей школы и получил две сломанные кости, пять режущих проклятий, и черт его знает, сколько ушибов и синяков. Все смотрели на него так, как будто он собирался убить их всех, как будто он был лордом Воландемортом, воскресшим из мертвых.
----------
— О боже! Что произошло? — спросила Минерва — и это было первым, что Гарри услышал из-за угла, из-за которого собирался выйти.
— Локхарт, проверьте Гриффиндор, Флитвик, Спраут, Риз, проверьте всех своих студентов. Возвращайся сюда сразу же после этого, — сказала МакГонагалл, бледная и потрясенная.
Это происходило снова, комната была действительно открыта, она это чувствовала. Когда она училась в школе, умерла ученица, и большинство людей не знали, что Миртл была ее одноклассницей, но девочка не была в Гриффиндоре, она была слизеринкой. Гарри стоял, смотрел и слушал.
— Все гриффиндорцы на месте! — просиял Локхарт, довольный тем, что он выполнил свою задачу.
— Все мои хаффлпаффцы на месте, — сказала Спраут с большим облегчением.
— Слизеринцы все на месте, — сказал Риз.
— Вы уверены, что все мои гриффиндорцы в башне? — спросила МакГонагалл.
— Да, все пятьдесят девять, — сказал Локхарт.
— Но их шестьдесят! — и МакГонагалл резко побледнела.
— Профессор, профессор, профессор, — кричал Филч, как обычно, с кошкой на руках.
— Да? — спросила Спраут, видя, что МакГонагалл не собиралась говорить.
— Несколько портретов сказали, что Рональд Уизли утверждает, что его сестры Джинни нет. Перси пытается выбраться из гостиной Гриффиндора, чтобы найти ее, — сказал Филч.
— Что это значит? — серьезно спросила Спраут.
— Хогвартс закроют… — грустно сказала Минерва.
Гарри не знал, почему вдруг он решил сыграть героя. Он пошел в туалет для девочек, куда, как он видел часом ранее, вошла Джинни. Он огляделся и ничего не нашел, но когда собирался уходить, когда что-то зеленое блеснуло в его глазах. Обернувшись, он заметил изображение змеи на раковине.
— Откройся, — прошипел Гарри, он спасал не Джинни, а школу, так как предпочитал находиться в Хогвартсе, а дома с родителями.
Одна только библиотека школы была достаточной причиной для его геройского поведения. Здесь он проводил большую часть своего времени. Ему нравилась мадам Пинс, а он ей. По крайней мере, он сделает это для неё. Он спрыгнул в отверстие, открывшееся за раковиной, а добравшись до места, заметил Призрак, это был Том Риддл, он же Лорд Воландеморт. Почему-то Том называл его Ником Поттером. И что-то вещал ему. В конце концов, Гарри был вынужден сражаться с гигантской змеей-василиском, вместе Фоуксом, который принес ему сортировочную шляпу, из которой выпала диадема Рейвенкло.
В тот раз Гарри снова проснулся в больничном крыле, на этот раз, к счастью, на него не напали.
— Гарри, приятно видеть, что ты, наконец, проснулся! — просиял Дамблдор, сидящий рядом с его кроватью.
— Да, сэр, — сухо сказал Гарри.
— Вам не интересно, почему Фоукс отправился к вам на помощь? — гордо спросил Дамблдор.
— Вообще-то нет, — сказал Гарри, ему не нравился Дамблдор и то, что он сидит тут и смотрит на него, но директор не обратил внимания на его ответ.
— Только те, кто верит в меня, смогли бы вызвать Фоукса в эту комнату. Я горжусь тобой, Гарри. Ты такой же герой, как и твой брат. Я напишу домой твоим родителям, чтобы сообщить им, как ты спас школу, они будут очень гордиться вами, я уверен в этом.
Гарри подавил большое желание рассмеяться, коротко кивнув директору, чтобы он отстал от него.
— А теперь отдохни, Гарри! Сегодня праздник прощания, ты проспал несколько дней! — сказал Дамблдор и ушел.
Гарри не мог больше сдерживать ухмылку. Ему было так хорошо: впервые его брат Ник не смог выглядеть героем за счет него!
Дамблдор вернулся через несколько минут, протянул мальчику небольшой клык василиска и сказал:
— Это тебе на память. Яд из него удален и он больше не опасен.
Василиска Дамблдор отдал Северусу, чтобы он делал все, что ему заблагорассудится. Однако зельевар предложил подарить Гарри клык на память. Как только директор снова ушел, Поппи проверила Гарри и
накормила.
накормила.
— Ты можешь идти сейчас, если чувствуешь себя готовым. Но если почувствуешь хоть что-то, то сразу приходи ко мне, хорошо, Гарри— обеспокоенно сказала Помфри.
Гарри мрачно кивнул, прежде чем уйти. Ему потребовалось некоторое время, чтобы добраться до Башни Рейвенкло и своей комнаты, где он проделал дыру в клыке василиска и повесил его на шнурке себе на шею. До поезда оставалось уже не так уж много времени.
----------
— Я также хотел бы дать Гарри Поттеру 150 очков за защиту школы от василиска. Я также вручаю ему награду за заслуги перед школой, — сказал Дамблдор, сверкнув глазами, глядя на стол Рейвенкло. Гарри выглядел ошеломленным. Это было последнее, чего он ожидал, так как подумал, что клык и есть его награда, и никто не узнает, что он сделал. Теперь ему точно не будет жизни у Поттеров, нужно постараться накопить денег как можно
быстрее.
быстрее.
— Молодец, Гарри, — сказала Луна Лавгуд, и ее голубые глаза ярко сверкнули.
Вокруг нее была таинственность, и ее не волновали ученики и
то, что они думали о ней. Гарри в тайне восхищался тем, как она была абсолютно равнодушна ко всему, что её окружало. Он тоже хотел бы быть таким. Но он никак не мог избавиться от ненависти к Джеймсу и Лили, и презрения к Нику Поттеру.
то, что они думали о ней. Гарри в тайне восхищался тем, как она была абсолютно равнодушна ко всему, что её окружало. Он тоже хотел бы быть таким. Но он никак не мог избавиться от ненависти к Джеймсу и Лили, и презрения к Нику Поттеру.
-----------
— Как твои зелья? — с любопытством спросил Дамблдор.
С тех пор, как Северус ушел, Дамблдор следил за тем, чтобы они встречались хотя бы один или два раза в месяц.
— Хорошо. Я предполагаю, что работа над ликантропным зельем завершена, — сказал Северус, его глаза сверкнули довольством. Он сильно изменился с тех пор, как ушел и даже стал лучше выглядеть.
— Как студенты? — спросил Северус, в основном имея в виду, конечно, своих слизеринцев. Он уже не был главой Дома, но его слизеринцы это был его мир, о котором он всегда интересовался.
— Хорошо. Я думаю, они понимают, почему ты ушел, — сказал Дамблдор, ярко улыбаясь.
— Мне всегда было любопытно, зачем ты так унизил Слизерин на первом курсе Поттера? — спросил Северус.
— Когда это я это сделал, Северус?» — нахмурившись, спросил Дамблдор.
— Вы присудили очки Гриффиндору много очков ни за что на последнем пиру и сделали их победителями. Ты причинил слизеринцам большую боль, отняв у них честно заработанный кубок, — грустно сказал Северус. — Многие слизеринцы начали ненавидеть вас в тот день.
— Я… я не осознавал, — тихо сказал потрясенный Дамблдор, он никогда не смотрел на это так.
Дамблдор, как и любой нормальный гриффиндорец, часто, когда что-то делал то, не думал о последствиях. Теперь его просто ткнули носом в них.
— В этом году меня озадачили близнецы Поттеры, — сказал Дамблдор.
— Прошу прощения? — спросил Северус.
— Близнецы Поттеры, Ник и Гарри, — сказал Дамблдор. — Они оказались не такими, какими должны быть. Гарри больше похож на Мальчика-Который-Выжил: у него есть сила и жажда знаний, и он очень умен, — сказал Дамблдор.
— В самом деле? — ухмыльнулся Северус, — А Ник?
— Он совершенно обыкновенный, как Невилл, любой другой обычный волшебник. И я не знаю, он такой на самом деле или просто лениться работать, — вздохнул Дамблдор.
— Только не говорите этого Лили или Джеймсу, они не будут рады тому, что вы считаете Ника Поттера посредственным учеником.
— И получил информацию, что Гарри не проводит время с семьей, — сказал Дамблдор.
— Вы шпионите? — спросил Северус.
— Не шпионил, просто… обеспокоен, — пробормотал Дамблдор.
— Он подросток, конечно, он не хочет проводить время со своими матерью и отцом, — сказал Северус. — К тому же он всегда казался слишком не похожим на Поттеров. Если бы я не знал, что Лили родила близнецов, я бы подумал, что у них только один мальчик.
— Я понимаю, о чем ты, — признался Дамблдор, так как тоже видел, то Гарри отличался от своих родителей и брата.
— И да, директор, спасибо за Василиска, — это был лучший подарок, который ему когда-либо делали. Он знал, что Дамблдор не победил его, он полагал, что действительно должен благодарить Гарри Поттера за Василиска, благодаря которому у него было так много экспериментальных зелий.
— Прощай, Северус и удачи, — улыбнулся Дамблдор.
Северус вернулся домой, в поместье своей матери, Принц-Мэнор, но его мать там не жила. На деньги принцев она купила себе домик в Хогсмиде и открыла какой-то магазин, но он его еще не видел, зато он много слышал все о маленьком летнем помощнике своей матери, Гарри. На днях он спросил у нее его фамилию, и ее ответ ошеломил его. Она её не знала.
