Kass2010
boosty
Слизеринские будни, или Приключение с драконом
🕑 Added 2021-09-10 11:22:58 +0000 UTC
— Да ну на…! — то ли выругался, то ли восхитился семикурсник Кассиус Уоррингтон.
— Точно говорю — я сам видел, своими глазами, сначала как они яйцо у него в очаге грели, а потом — как ходили проведывать.
— Что за дракон? — поинтересовался староста факультета Элфинстоун Урхарт.
— Норвежский горбатый, — ответил Малфой.
— А давайте его спи@@@м? — предложил Уоррингтон.
— Я за, только нафига он нам? — спросил квиддичный капитан Маркус Флинт.
— Да просто так, ибо нефиг, — ответил Уоррингтон.
— Можно его умертвить, разделать и на ингредиенты продать, — сообщил Малфой, — часть декану подарить — ему точно пригодится.
— Маленького дракончика? — всхлипнула Панси Паркинсон.
— Не надо его убивать! Давайте его просто спрячем — пусть гриффы побегают поищут, — предложила Дафна Гринграсс.
— А где спрячем-то? — уточнил Теодор Нотт.
— Можно в Северной башне. Там, кроме прорицаний, нет ничего, остальные помещения пустые, — предложила староста Джемма Фарли. — Но я в этом участвовать не буду. Должен же вас кто-то прикрывать.
— Огневиски нужно достать, он пьет его в большом количестве, — озабоченно проговорил Драко.
— Кто пьет: Хагрид или дракон? — уточнила Дафна.
— Оба. Маленьких драконов поят кровью, смешанной с виски, — я в книге о разведении драконов читал, — ответил Драко.
— Кровью человеческой? — полушепотом спросила Панси.
— Да, но подходит только гриффиндорская, придется кого-то из них завалить, — с серьезным лицом пошутил Уоррингтон.
— Я предлагаю Уизли, — подхватил шутку друга Урхарт, — их много, сразу и не заметят, а потом одним больше, одним меньше…
— Что вы несете, придурки?! — возмутилась Джемма. — Вон, всех первокурсников перепугали.
— Расслабьтесь, змееныши, — улыбнулся Флинт, если его оскал вообще можно было назвать улыбкой, — эльфам на кухне скажем — они нам нацедят.
К обеду почти весь факультет был в курсе предполагаемой операции.
Старшекурсники выдали «на дело» два ящика огневиски, а первачей послали на разведку к хижине лесника.
***
Гарри, Гермиона и Рон сидели в хижине лесника и смотрели на дракона. За неделю он стал раза в три длиннее. Из его ноздрей беспрестанно вырывались клубы дыма. Однако Хагрид, кажется, этого не замечал.
— Я ему имя придумал — Норберт. — Хагрид смотрел на дракона влюбленными глазами. — Он меня уже знает… смотрите вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка?
— Хагрид, — громко позвал Гарри. — Еще две недели, и Норберт не будет помещаться в твоей хижине.
— Мы написали письмо брату Рона Чарли, который изучает драконов в Румынии, и он прислал ответ, — сообщил Гарри, протягивая Хагриду письмо.
— Прочти ты, я что-то плохо вижу, — произнес Хагрид, отталкивая ногой в угол валяющиеся на полу пустые бутылки из-под виски.
— Дорогой Рон! Как у тебя дела? Спасибо за письмо. Я буду счастлив взять норвежского горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Я думаю, лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят навестить меня на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — ведь это незаконно. Будет идеально, если вы сможете привести дракона на самую высокую башню замка Хогвартс в субботу в полночь. Тогда они успеют добраться до Румынии до наступления утра. Пришли мне ответ как можно быстрее. С любовью, Чарли. — Гарри закончил читать и выжидательно посмотрел на Хагрида. — Отпусти его, там ему будет лучше.
— Он же маленький совсем. Он… — Хагрид не договорил, внезапно побледнел и, вскочив на ноги, метнулся к окну.
— Что случилось? — крикнул Гарри.
— Кто-то в окно заглядывал, а я, как назло, занавески неплотно задвинул, — сокрушенно выговорил Хагрид.
— Мальчишки какие-то… вон, убегают.
Гарри подскочил к двери и распахнул ее. Даже на расстоянии он легко узнал убегавших: это были Драко Малфой, Теодор Нотт, Винсент Крэбб и Грегори Гойл. Гарри тяжело вздохнул. Теперь о существовании дракона знали не только они трое, но и слизеринцы, а нужно было еще продержаться как-то целую неделю.
***
— Гриффы в субботу хотят отправить дракона из замка, так что действовать нужно быстро, — сообщил Драко, когда они вернулись из разведки.
— Кто может сварить галлон усыпляющего? Меньшим мы дракона и полувеликана не вырубим, — сказал Урхарт.
— Я сварю, — пообещал Блейз Забини. — Коктейль «Сладкий сон великана»: взять в равных долях усыпляющее зелье и огневиски, смешать, но не взбалтывать.
Зелье варилось быстро, потому операцию по изъятию дракона назначили на завтрашний вечер. За час до отбоя в хижину лесника были тайно доставлены две бутылки означенного коктейля, одну из которых Хагрид споил, смешав с кровью петуха, Норберту, а вторую употребил сам. Через полчаса мощный храп сотрясал стены хижины и оглашал окрестности. Слизеринцы поняли: пора!
Оставив на столе хижины записку «Ушел прогуляться», Уоррингтон, Урхарт и Флинт, прикрывшись дезелюминационными чарами, левитировали тушку дракона в Северную башню, благо та была ближайшей к Запретному лесу и жилищу лесника. Когда процесс был практически завершен и они стояли внизу под кабинетом Трелони, обдумывая, куда конкретно поместить дракона, тот оглушительно всхрапнул, выпустив сноп искр и достаточно мощную струю дыма, которую сразу потянуло наверх, в покои профессора предсказаний.
Сивилла в это время угощалась хересом и бисквитами, рассматривая картинки в подарочном издании «Центурий Нострадамуса», которое ей преподнесли студентки Рейвенкло. Увидев дым, поднимающийся в лаз в полу, являющийся входом одновременно в её класс и личные покои, она свесила голову вниз в попытке разглядеть что там происходит.
Когда слизеринцы увидели, как из люка над веревочной лестницей появилось какое-то мохнатое чудище с огромными шаровидными глазами, реакция их была мгновенна, и за секунду профессор Трелони схлопотала в голову два петрификуса тоталуса и один ступефай, отчего, естественно, отключилась и свесилась вниз до половины.
Увидев, что пораженная ими цель не зловредный объект, а профессор прорицаний, слизеринцы испытали раскаянье, которое, правда, длилось недолго, сменившись озабоченностью — «что делать?»
— Предлагаю запихнуть её обратно, уложить там где-нибудь, привести в себя, но сразу усыпить, чтобы не подняла тревоги, — предложил Уоррингтон.
Так они и поступили. Дракона же устроили на два яруса выше, чем обитала Сивилла, ограничив его передвижение заклинанием невидимой цепи, которая не мешала ему скакать по большому каменному залу башни, но вывалиться из бойниц на улицу или спуститься вниз не давала. Прикрепив намертво к полу ведро, Маркус Флинт вылил из бездонной фляжки в него галлон куриной крови и опорожнил туда две бутылки огневиски, чтобы, как дракон проснется, он мог сразу подкрепиться.
— Ну все, дело сделано, — довольно сказал Элфинстоун Урхарт, — можно идти спать.
Слизеринцы спустились по винтовой лестнице в стене башни, которой по какой-то причине не пользовалась Сивилла, предпочитая свой веревочный трап, и оставили в углу пустые бутылки из-под алкоголя на случай, если их кто запалит в коридоре, чтобы не объясняться, зачем они у них.
Декан Дома Слизерин Северус Снейп, патрулируя коридоры замка, не пропускал ни одного сомнительного помещения, коим являлась и Северная башня тоже. Он издалека увидел троих своих старшекурсников, выходящих оттуда с довольными лицами. А когда Маркус Флинт, не отличающийся красноречием, сказал: «Славно оттянулись. Надо утром глянуть профессоршу, как она. Все же мы втроем её жахнули», — волосы на затылке Снейпа слегка зашевелились. Он решил не задерживать студентов, которые и так направлялись в спальни, а сам лично проверить состояние профессора Трелони. Влетев в открытый люк черным туманом, профессор увидел блаженно улыбающееся лицо спящей Сивиллы, у которой сонные чары, наложившись на употребленное изрядное количество хереса, вызвали яркие сновидения в которых студенты дарили ей к уже имевшимся «Центуриям» еще и сборник пророчеств Матушки Шиптон*.
— Знаете, чем доставить мне удовольствие, чертенята, — произнесла она принимая в руки воображаемый фолиант.
А когда в её сне дети решили спуститься через люк, она вспомнила про то, что недавно видела и крикнула им:
— Не надо так спешить, у меня сейчас там все задымится!
Этих двух фраз, которые Сивилла произнесла вслух, декану Слизерина было достаточно. Последняя надежда у него еще теплилась, что возможно профессор Трелони просто пьяна. Он раскрыл ей веки пальцами, чтобы взглянуть на зрачки. Свет, ворвавшийся в сон предсказательницы, вырвал из воспоминаний мелькнувшую в дыму голову дракона, и она четко проговорила:
— Ох ну и рожа, привидится же такое.
Быстро убрав руки от лица Сивиллы, Снейп отскочил от нее не менее чем на метр и страшно обиделся. Он не считал себя красавцем, но так его еще никто не оскорблял! Он спрыгнул в люк, плавно спланировав на пол, подсвечивая себе путь люмосом, в свете которого в углу что-то блеснуло.
— Так-так, две бутылки из-под огневиски. Немудрено. После такого можно гиппогрифа втроем жахнуть.
Снейп подхватил улики и вышел из башни в коридор со словами: «Сегодня с тебя хватит, но завтра ты узнаешь меня настоящего, очкастая шлюшка», и поспешил в сторону подземелий. Было бы все ничего, да в это время Гарри Поттер под мантией невидимкой осматривал еще не исследованные им территории, которые как раз примыкали к Северной башне, в которой, как он знал из слов Гермионы, преподавала и жила профессор предсказаний. Смутившись от того, что он увидел то, что явно не предназначалось для его глаз, он решил никому не рассказывать, что профессора зелий и предсказаний имеют намного больше общего, чем показывают остальным. Но его гриффиндорская душа была мало приспособлена к хранению таких секретов, и утром он поделился им со всей спальней первокурсников:
— Снейп спит с Трелони, представляете?!
— Да лааааадно, — недоверчиво протянул Рон.
— Я сам ночью видел. Он вышел из её башни с двумя пустыми бутылками, назвал её очкастой шлюшкой и пообещал сегодня ещё показать ого-го!
Благодаря удивительной способности к скоростному распространению информации Симуса Финнегана к завтраку об этом знал весь Гриффиндор. В итоге в Большом зале слизеринцы смотрели на Гарри, Рона и Гермиону и неприятно улыбались, весь стол гриффиндорцев понимающе ухмылялся, глядя попеременно то на Снейпа, то на Трелони, то на слизеринцев, Снейп зло зыркал на Уоррингтона, Урхарта и Флинта, и пускал просто убийственные взгляды в сторону Трелони, на которую те, в свою очередь, смотрели изучающе. Все эти гляделки прервала сова, сбросившая перед Поттером записку от Хагрида, состоящую из двух слов: «Норберт пропал!»
— О нет! — воскликнул горестно Гарри понимая, что всевозможные неприятности уже практически на пороге.
— Что там? — спросила взволнованная Гермиона.
— Читайте, — простонал мальчик, протягивая пергамент своим друзьям.
— О нет! — повторили они его вздох.
— Нам нужно его срочно найти! — твердо заявил Гарри.
После ужина гриффиндорцы отправились в хижину лесника, который встретил их, рыдая, и показал записку.
— Он бро-о-о-осил меня, — всхлипнул Хагрид, — а я думал он меня мамочкой счита-а-а-а-ал.
— Не неси чепухи, Хагрид, ты и вправду думаешь это Норберт тебе оставил записку? Драконы не умеют писать! — строго отчитала лесника Гермиона.
— Лучше расскажи подробно про вчерашний вечер.
— А и правда, чегой-то я. Не мог енто он написать. Вчерась… Значица так… Я поужинал — смотрю на столе две бутыли огневиски. Откуда б им взяться? У меня такого отродясь не было — дорогое оно. Я одну бутылю Норберту споил, а вторую сам испробовал, и дальше не помню. — виновато закончил Хагрид.
— Это слизни, к гадалке не ходи, — резюмировал Рон, — а я еще думаю, чего они нам так лыбятся на завтраке? Сперли нашего дракона, гады!
— Найдем, — ответила, сосредоточенно о чем-то думая, Гермиона, — пойдемте, нужно успеть осмотреть хоть что-то из территории замка.
Когда они вышли из хижины, девочка вдруг остановилась и сказала, указывая на верхние ярусы Северной башни:
— Смотрите, видите? Там дым! Они спрятали Норберта там!
— Знаешь, что, Гермиона, мы, наверное, пойдем туда с Роном вдвоем. Отбой уже скоро будет, и мало ли что там случится. А ты ступай в нашу гостиную и жди. Если через час мы не вернемся, зови Макгонагалл или директора — все равно кого, — сказал Гарри, укрывая себя и своего друга мантией-невидимкой, а девочка поспешила в сторону гриффиндорской башни.
Днём слизеринцы направили пополнить ведро в обиталище дракона питательным коктейлем первокурсников, на которых обычно мало обращали внимания, а после отбоя Уоррингтон, Урхарт и Флинт решили проведать дракона сами. Профессор Снейп, очень желавший «прихватить» Трелони на горяченьком, поспешил еще до отбоя занять наблюдательный пост в цоколе Северной башни, и только он там расположился, как неизвестно откуда раздались голоса Поттера и Младшего Уизли:
— А ты думаешь слизни нас не опередили? Вдруг они уже там?
— Вот поднимемся и узнаем, Рон, чего заранее волноваться.
В этот момент в арку из коридора вошли Уоррингтон, Урхарт и Флинт с двумя бутылками огневиски.
— Мы первые пришли, — крикнул Рон, выныривая из-под мантии.
— Да-да, и вообще вы покусились не на свое! — гордо вскинул голову Гарри.
Профессор Снейп привалился от ужаса к стене: «О Мерлин, она принимает даже первокурсников?!»
— Зато у нас есть вот что, — гордо помахал одной из бутылок Флинт, — это сильно облегчает общение. А у вас что есть?
— А мы… Мы уже целый месяц общаемся! У нас опыта больше! — заявил Гарри отчаянно, понимая что противостоять трем старшекурсникам-слизеринцам они никак не смогут, и что те разделают их как бог черепаху. — И вообще, виски в этом деле не главное, любовь и ласка — основа успеха!
Эти слова, произнесенные маленьким мальчиком стали последней каплей для профессора Снейпа, который, обнаруживая свое присутствие, громко сказал:
— Всем стоять, не двигаться!
И все моментально замерли, настолько грозным был вид слизеринского декана. А в это время то ли заскучав, то ли проголодавшись, Норберт издал прилично громкий рёв наверху башни. Студенты, понимая в чем дело, втянули головы в плечи, а озадаченный Снейп изумленно посмотрел наверх.
— Вы не думайте плохого, — постарался приободрить, как он решил, испуганного профессора добросердечный Гарри, — там с вашей подружкой все нормально будет. Максимум, что может быть, это то, что он её укусит, как на днях Рона покусал, когда тот пытался скормить ему дохлую крысу. Так мадам Помфри ему руку за два дня починила.
— Кто «он», Поттеррррр?! — прорычал на всю башню не хуже дракона профессор Снейп.
Услышав дважды такие дикие звуки в башне, Сивилла решила посмотреть, что там опять внизу происходит, и снова свесилась вниз из люка. Снейп, который был на взводе, увидев надвигающуюся на детей опасность, бросил в сторону лохматого лупоглазого чудища связку ступефая и инкарцеро, после чего акцио приманил, как он думал, неизвестное животное к себе.
— Вот, вот, директор, вы видите! — закричала Гермиона вталкивая в башню Дамблдора в домашнем халате и ночном колпаке.
— Вижу, моя девочка, вижу, — удивленно сказал директор обозревая картину из трех студентов старших курсов Слизерина и двух гриффиндорских первокурсников в компании с двумя бутылками огневиски, профессора Снейпа с всклоченными волосами и безумными глазами судорожно сжимающего палочку и лежащую у его ног связанную Сивиллу Трелони. — Я вижу это безобразие, только ничего не понимаю, причем тут дракон?
И тут Норберт снова дал о себе знать громким рыком и дымом, который ветром принесло и на цокольный ярус башни.
— Дракон? — изумленно спросил Снейп. — Так тут еще и дракон?
«Показания» все давали по отдельности. Сначала опросили гриффиндорцев, и Снейп пытался снять с них двести баллов за гнусные предположения, порочащие честь декана и профессора. Но Макгонагалл ему не дала, заявив, что сначала нужно выслушать всех и до конца во всем разобраться. Затем сам Северус рассказал, что он видел вчера, после чего сильно обеспокоенные Альбус и Минерва опросили Уоррингтона, Урхарта и Флинта, и те покаялись в шуточном переселении дракона, но не в краже, так как дракон этот был официально незарегистрированный и с территории Замка они его не выводили. После чего Северусу пришлось извиняться перед Сивиллой за его предположения, на что она сказала, что извиняет его, так как подумать, что ею могут соблазниться такие молодые люди, так это даже очень для нее лестно. Дамблдор настойчиво попросил её больше не свешиваться из люка, так как в следующий раз тот, кого она испугает, может применить что-то более серьезное, да и просто упасть можно. Последним вызвали Хагрида и отчитали, пригрозив увольнением, если он еще раз такое повторит.
Когда Уоррингтон, Урхарт и Флинт вернулись в гостиную Слизерина и рассказали о произошедшем, половина студентов расстроилась, что их действия так быстро раскрыли, а половина хохотала над тем, чем закончилось это приключение.
И только Снейп не смеялся в своем кабинете. Он выпил фиал умиротворяющего бальзама и фиал зелья сна без сновидений и надеялся, что ему не приснится свесившаяся из люка Сивилла Трелони, похожая на волосатое лупоглазое чудовище.
Примечания:
Урсула Саутейл (англ. Ursula Southeil, возможно Урсула Сонтхил; 1488—1561), более известная как Матушка Шиптон — была английская предсказательница и ясновидящая, будто бы сделавшая множество необычайно точных предсказаний, включая Великую чуму в Лондоне 1665—1666 годов, вторжение испанской армады и Великий лондонский пожар.
