Kass2010
boosty
Удачная сделка. Глава 16
🕑 Added 2021-10-30 17:47:55 +0000 UTC
Всю следующую неделю Гарри, можно сказать, парил под впечатлением последних слов Корвуса. Дважды за это время его приглашал на чай Хагрид, но он отказывался по очень простой причине — у него не было столько свободного времени и сил, чтобы потратить их на далекий поход в хижину лесника. К тому же Корвус явно не одобрял Хагрида, так как вроде бы учился с ним в одно время и отзывался о нем, как об идиоте, который держал опасных для общества существ прямо в Хогвартсе. И он не думал, что в нем что-то изменилось сейчас, скорее, от постоянного общения со зверьем, а не людьми, его IQ мог еще снизиться, хотя ниже уже было некуда. Это вежливо для Корвуса, так выразить свое отношение к Хагриду. Он не сказал Гарри совсем не разговаривать с Хагридом, но напомнил о том, что он ближайший соратник и помощник Дамблдора, и что с этим полувеликаном нужно быть осторожным.
— Эй, ты идешь в библиотеку? Там сейчас будет небольшой мини-турнир по рунному домино. — Сказал единственный сосед Гарри по комнате, прекрасно зная, что Гарри очень любит играть в эту игру. Сам Терри Бут собирался, чтобы спуститься на завтрак. — А ты сегодня не куда не исчезаешь?
Все на Рейвенкло заметили, что Гарри по субботам отсутствовал в Хогвартсе в течение нескольких часов, и это было несложно сделать, так как обычно он проводил большую часть своего свободного времени в общей гостиной факультета или в библиотеке.
— Мини-турнир? — оживился Гарри. — Звучит интересно! — полностью игнорируя его другой его вопрос. Они не нарушал школьные правила, он поступал согласно своему статусу и положениям Контракта, а отчитываться перед кем-то в своих поступках у него не было намерения.
— Наверное, только ты так и думаешь, — фыркнул Терри, который терпеть не мог рунное домино, и вообще, это была игра для тех, кто уже изучал древние руны, и имел хотя бы элементарное понимание рунных цепочек.
— Увидимся позже, — еще раз добавил Терри перед тем, как выйти из комнаты, намереваясь спуститься к завтраку, а после — на квиддичное поле.
Было еще раннее утро и у Гарри было до его ухода оставалось несколько свободных часов. Он вытащил коробку с зельями и обнаружил, что Корвус уже проснулся и все расставил по местам. Смиренно вздохнув, мальчик начал опустошать фиалы, проглатывая их содержимое, стараясь сильно не морщиться: да, они были неприятны на вкус, да, он не мог дождаться, когда ему уже не нужно будет их принимать, но сейчас он будет пить столько сколько нужно, чтобы дать себе шанс и изменить будущее, в котором его нет. После того, как Гарри выпивал каждое зелье, он снова закупоривал фиал и возвращал его на место. Он знал, что когда придет время следующего приема все они снова будут полны.
Закрыв коробку, Гарри убрал её. Он нахмурился, раздумывая, что делать: пойти поиграть в рунное домино или отправиться на кухню и приготовить что-нибудь для Рабастана и Родольфуса. В принципе времени хватало и на то и на то, так как мадам Пинс вряд ли одобрит длительный турнир в библиотеке.
Приняв решение, постараться успеть в оба места, Гарри выбрался из постели и надел один из комплектов цивильной одежды, так как в выходной форму можно было не носить. Большую часть выходных он обычно проводил со слизеринцами, которые одевались примерно как он, так что Гарри не чувствовал себя выглядящим нелепо. Слизеринцы, в отличие от всех остальных, знали, куда он отлучается из Хогвартса по субботам, и у них всегда было с собой немного шоколада, чтобы угостить его. Как будто у него не было собственного шоколада: он покупал достаточно и для Рабастана и для себя, но это было приятно, знать, что кто-то еще заботится о тебе.
Перед библиотекой Гарри отправился на завтрак. Корвусу обязательно спросит его в Азкабане: ел ли он сегодня нормально, а врать ему он не собирался. Он не видел его две недели, а те слова, что он ему написал на прошлой неделе, наполнили его теплом и счастьем почти до головокружения, теми чувства, которые были ему совершенно незнакомы еще несколько месяцев назад.
— Гарри! Подожди! Мы пойдем с тобой! — крикнула Патил, увидев, Гарри собирается выходить из гостиной.
— Только если вы уже готовы, я хочу успеть попасть на мини-турнир, который будет после завтрака в библиотеке, — сказал Гарри ровным и спокойным голосом.
— Какой мини-турнир? — спросила Мариетта, шедшая позади Сью Ли и Падмы Патил.
— Рунное домино, — ответил Гарри, зная, что они не захотят играть. Никто из его ровесников не играл, кроме него. Могли бы играть Падма и Терри, и им не нравилась эта игра. Они предпочитали играть в Подрывного дурака и Gobstones. Они даже хотели попасть в сборную факультета по Gobstone, но не прошли отбор.
— Ну, это трудно, — протянула Сью, когда они подошли к Гарри, который любезно держал дверь открытой для выхода дам.
— Если не играть, то так навсегда и останется трудным, — заметил Гарри. — Это как с шахматами — важны тренировки.
Шахматы были для мальчика сложны, но при тщательном наставничестве Корвуса он понял, в чем удовольствие в этой игре, ему понравилось думать и просчитывать ходы. Гарри, конечно, не стал в ней мастером, но уже был довольно конкурентоспособным противником.
— А где все остальные? — Мариетта спросила. — Я только что видела Терри в гостиной.
Гарри напрягся. Мариетта использовала имя Терри без его разрешения. И тут до него дошло, что и Падма только что обращалась к нему по имени. Если бы они были маглорожденными, в первое время это было бы простительно, но они были из чистокровных семей. По их поведению можно было предположить, что девочки насмехались над традициями, а это раздражало. Он с ними, но если кто-то бы услышал, что эти девочки зовут его по имени, то предположил бы обратное.
— Он вроде собирался на квиддичное поле, посмотреть тренировку нашей команды по квиддичу, — сказал Гарри, когда все они начали спускаться вниз.
— Команда тренируется до завтрака? — разинула рот Мариетта, которая, честно говоря, не понимала, почему кому-то нравится квиддич, эта жестокая и бесполезная трата времени.
— Я уверена, что они поели перед выходом на поле, — сказала Падма, закатывая глаза. Мариетта была лучшей подругой Чо Чанг, но вчера они при всех поссорились, потому она прибилась к этой группе девочек.
Гарри подавил ухмылку, когда Мариетта не расслышала сарказма в словах приятельницы. Она вообще была глуповата для Рейвенкло, удивительно как её сюда распределила шляпа.
— Ты сделал домашнее задание по защите? — спросила Падма, когда они уже направлялись к дверям в Большой зал.
— Да, — кивнул Гарри, — А ты?
— Да, но мне нужен хотя бы еще один абзац до требуемой длины, — ответила Падма.
— Поторопитесь, я есть хочу, — проворчала Мариетта.
— Так не жди нас, — велела девочке Сью, которая, как и большинство студентов Рейвенкло понимала, что Гарри медленно ходит из-за болезни. Он не говорил им, но не нужно было быть гениями, чтобы увидеть, какой он худой и слабый. — Ты беги, а мы пойдем в своем темпе, — добавила она.
Мариетта подавила недовольство, прежде чем уйти, уже планируя извиниться перед Чо. Она знала, что Чо сама этого не сделает.
— Слава богу, — с облегчением прошептала Сью, когда Мариэтта поспешила вперед. — Я не знаю, кто хуже, она или Чо.
— Определенно Чо, — заявил Гарри, — особенно с ее вздернутым носом. Как она так ходит и не спотыкается постоянно?
Сью и Падма рассмеялись шутке Гарри, спускаясь еще на один этаж ниже.
-------
Звук сработавшего будильника вырвал Корвуса из сна. Сегодня суббота. Та самая суббота, когда увидеться с обоими сыновьями, а не только с одним Рабастаном. С колотящимся сердцем Корвус чуть не выпрыгнул из постели так резво, как он обычно делал, будучи молодым. Гарри написал, что Родольфус слаб и Корвус рассчитывал, что его, как и Басти, выведут из камеры за час до их встречи, чтобы его разум хотя бы немного прояснился.
Всю неделю Корвуса был очень: он читал очень много магловских законов и занимался разработкой законодательных актов для Магической Британии. Но и среди работы он всегда находил время для Гарри: когда бы он ему не написал, он всегда отвечал, потому что хотел, чтобы Гарри знал, что он важен для него.
Лорд Лестрейндж наскоро оделся, но все же убедился, что выглядит безупречно. Он никогда не выходил на улицу, в ином виде, чтобы не уронить достоинство имени Лестрейндж. Ему было интересно, получил ли Гарри свой подарок и что он о нем думает. Отбросив свои мысли, он Корвус вышел из спальни и отправился завтракать, у него было сорок пять минут до того, как ему нужно было быть в Азкабане. Сыновья. Он сегодня увидит сыновей! Часть его все еще не могла поверить, что Гарри придумал такое простое решение, которое было настолько очевидным, что ему захотелось ударить себя за то, что он не подумал об этом сам.
Гарри был очень умен. В своей речи на собрании Визенгамота Корвус использовал несколько фраз, которые он услышал от Гарри. Для одиннадцатилетнего мальчика он был очень красноречив. Корвус подозревал, что это произошло из-за того, что у него никогда не было друзей сверстников, и он разговаривал как взрослый.
Он и Гарри вели активную переписку по Закону о правах человека, его интерпретация для магического мира: как что лучше изложить, и что как аргументировать. Мерлин, мальчик был великолепен для своего возраста. Откровенно говоря, Гарри определенно следует стать юристом. Если он был так хорош в одиннадцать, он, честно говоря, не хотел оказаться в суде на стороне, противоположной той, которую будет защищать Гарри, когда вырастет и выучиться.
Корвус понимал, что процесс изменения законодательства не будет быстрым. Но даже если бы в этом году он смог только уменьшить время присутствие в камерах заключенных дементоров, он счел бы это победой. Но до конца года оставалось не так уж много времени, приближался октябрь. О, Мерлин, законы может не успеть вступить в силу. Уменьшение количества дементоров действительно означало, что в Азкабане потребуется больше охранников, но Корвус верил, что закон примут. Мерлин поможет любому, кто встанет у него на пути.
— Завтрак хозяина, — послышался голос его домашнего эльфа, который отвлек Корвуса от его размышлений. Он коротко кивнул и начал есть. При этом он размышлял о том, как лучше всего сообщить обо всем Родольфусу. Эта встреча могла стать довольно напряженной. А он этого он не хотел. Корвус желал, чтобы Гарри нравились его сыновья, такие, какие они есть, чтобы все, о ком он заботился, ладили. Да, пожалуй, он заботился о Гарри так же сильно, как и о своих сыновьях, мальчик пробрался в его сердце, хоть это было нелегко. Гарри был блестящим, умным, проницательным парнем, заслуживающим самую большую заботу в мире и никогда ранее не получавшим её. За то, что Гарри делал для него, Корвус был полон решимости добиться для мальчика всего чего угодно.
Тихий перезвон заставил Корвуса взглянуть на время, — ему пора было отправляться в Азкабан. Гарри должен был добраться туда через несколько минут, и он всегда хотел там раньше мальчика, чтобы обеспечить Гарри благополучие при его появлении. Он воспользовался порт-ключом и вскоре уже стоял перед охранниками тюрьмы Азкабана. Ни один из них не был особенно удивлен, увидев его. Хотя старший из них выглядел особенно раздраженным и Корвус подумал, не имеет ли Гарри какое-то отношение к этому.
— Доброе утро, — тупо сказал лорд Лестрейндж, коротко кивнув обоим, никто не мог сказать, что он был не вежлив.
— Лорд Лестрейндж, — они тоже кивнули и пробормотали свои приветствия, как всегда довольно угрюмо.
Корвусу ненавидел Азкабан до глубины души. Раньше он думал, что это хорошее средство устрашения, чтобы не дать волшебникам выйти из-под контроля. Тогда он был наивным маленьким дураком, теперь он знал все намного лучше: Азкабан разрушал своих заключенных.
Появился Гарри и остался стоять. Глаза Корвуса загорелись радостью: прогресс в лечении был на лицо.
— Гарри, — кивнул мальчику Корвус, и слегка улыбнулся.
— Корвус! — вскрикнул радостно Гарри, а потом, сменив тон на официальный, мальчик поздоровался с охранниками, и передал им коробку для осмотра. Охранник стал перебирать её содержимое и, увидев подушку, бросил на него странный взгляд, но Гарри просто посмотрел в ответ прямо и равнодушно.
Охранники удивлялись тому, зачем Гарри Поттер помогает таким людям, как Лестрейнджи. А камере Рабастана разрастались коробки, наполненные разными предметами, книгами и едой. Рабастана больше не нужно было тащить в комнату свиданий: он спокойно шел сам. А теперь он принес ему подушку. У них, что тут санаторий? Лестрейндж никак не заслуживал такого отношения. Правда, были заключенные и похуже. Но сам факт, что жизнь Рабастану облегчал Гарри Поттер, ужасно раздражал. Но поделать ничего было нельзя. Они вернули коробку и открыли дверь в комнату, где уже находились оба сына Лорда Лестрейнджа.
Как только дверь за спиной Корвуса, он, практически, прыгнул на своего старшего сына и схватил его в медвежьи объятия, которые могли принадлежать только отчаянно любящему своего ребенка человеку. Гарри наблюдал за происходящим с улыбкой на лице. Прежде чем подойти к своему месту, проскользнуть на него и поставить коробку на стол.
— Отец, — пробормотал Родольфус.
— Да, сынок, это я, — тихо сказал Корвус, и откинул голову назад, чтобы рассмотреть Родольфуса.
— Прошел год? — спросил Родольфус. — А как сюда попал Рабастан?
Лицо Басти помрачнело, видимо, его брат совсем не помнил их недавнюю встречу.
—Родольфус, разве ты не помнишь, что на прошлой неделе уже провел час с Рабастаном?
Отсутствующее выражение лица Родольфуса указывало на то, что он не помнил.
— Контракт о помолвке, — вставил Гарри, — ты теперь мой сопровождающий и будешь каждую неделю видеться с братом и отцом.
Казалось, после этих слов что-то в мозгу Родольфуса щелкнуло. Его взгляд уперся в коробку, которую открывал Рабастан.
— А что горячего шоколада нет? — спросил он, обиженно надувшись, не найдя его в коробке.
— Он там, — сказал, слегка усмехнувшись Гарри, — ищите лучше.
— Как прошли занятия на этой неделе? — спросил Рабастан, глотая слюни в предвкушении вкусного и горячего напитка.
— Кто ты, черт возьми? — требовательно спросил Родольфус.
— Вы меня не помните? — сказал Гарри с невинным выражением лица.
— Ты так и не сказал, кто ты такой, — заявил Род, прищурившись, — свет слепил его, он почти подпрыгнул, когда перед ним поставили большую кружку горячего шоколада.
— Это хорошо, вы помните, вы помните, что я вам что-то не сказал. Это означает, что то, что дементоры еще не окончательно повлияли на ваш разум, — сказал Гарри с сочувствием. — Я читал колдомедицинское исследование о влиянии дементоров на разум волшебников. Надо сказать, это устрашающе и отвратительно, сколько собрали информации: как авторы сидели и наблюдали за страданиями и безумием других волшебников, чтобы просто потом написать об этом. Это жутко!
— Ты это прочел? — спросил ошеломленный Корвус. — Твоя жажда знаний действительно не знает границ. — Но зачем ты это читал? Что ты планируешь?
— Ничего, — заявил Гарри, — пока ничего, — пробормотал он, но, конечно, его слышали все трое Лестрейнджей.
Рабастан посмеялся и покачал головой, мальчик действительно был очень умен и очень упрям. Даже больше, чем Рольф в таком же возрасте. Учитывая разницу в воспитании, он был более чем удивлен.
— Кто ты? — проворчал Родольфус. Для наследника, и будущего лорда семьи Лестрейндж это недопустимо быть таким нетерпеливым, но он очень хотел получить ответ на свой вопрос.
— Я думаю, старику нужны очки, — снова поддразнил Рабастан своего старшего брата.
— Захлопнись! — рявкнул Родольфус.
— Сам захлопнись! — ответил Рабастан.
— Нет, ты, — добавил Родольфус, и на его лице промелькнула улыбка из-за спора, который они вели как детстве: Мерлин, он так сильно скучал по семье.
Лорд Лестрендж наблюдал, как его сыновья препираются хриплыми голосами, но с блестящими от удовольствия глазами. Корвус хотел закрыть глаза и сделать вид, что они сейчас в прошлом, в тех лучших временах, но он не стал этого делать, просто наслаждаясь тем фактом, что впервые за десять лет видел обоих своих сыновей вместе.
И тут он увидел лицо Гарри. Мальчик выглядел совершенно разбитым. Было очевидно, что Гарри был счастлив за братьев, но он явно думал о том, чего у него никогда не было, о своем постоянном одиночестве. Недолго думая, чтобы развеять эти мысли, Корвус, сидевший рядом с Гарри, заключил мальчика в объятия, давая ему заверения в том, что больше он не один, уже нет!
Увидев это, Родольфус опешил, в Рабастан весело фыркнул: он знал, что привлекло внимание Родольфуса. Их отец избегал физических контактов с другими, особенно теми, которые не были близкими родственниками. Это позволило Родольфусу понять, что его отец очень расположен к этому мальчику. Он тяжело сглотнул, глядя в глаза отцу, прежде чем кивнул один раз, медленно, понимающе. Ему было приятно, что у его отца есть кто-то, кто заботится о нем, а он в свою очередь тоже заботится о мальчике. Он искренне надеялся, что его отец не собирается делать ребенка наследником, так как не будет так легко манипулировать. Мальчик, наверное, получит деньги за обручение, но жадность может одолеть, кого угодно… и Родольфус начал волноваться, не сделает ли он что-то с их отцом? Мысли о смерти отца или о том, как его отец бездомный и без гроша в кармане из-за манипуляций маленького монстра, будет скитаться по стране, заставили его сердце опасно биться.
— Кто он? — он спросил у своего отца.
Корвус нахмурился, увидев плохо скрытую панику и страх в глазах его сына. Что могло быть причиной этого?
— Родольфус, о чем ты думаешь? — осторожно проговорил Корвус.
Рабастан сжал его плечо. Он отлично понимал состояние брата. Азкабан дезориентировал, эмоции накладывались друг на друга, вызывая беспокойство, гнев, ярость, страх. Ему повезло, зелья, которые Гарри добавлял в горячий шоколад, помогали ему. Он знал, что и у Родольфуса они в его кружке есть.
— Брат, пей горячий шоколад!
— Меня зовут Гарри Поттер, — решился сказать мальчик.
К счастью, Гарри ожидал, чего-то такого, что произошло далее. Родольфус бросился на него, но мальчик был готов вскочить и прыгнуть прочь от тянувшихся к его шее рук, которые Корвуса с опозданием схватил за запястья. Рабастан был медлительнее, чем его отец, и смог ухватить брата лишь за край его арестантской робы. Он был удивлен тем, что Гарри раскрыл свое инкогнито. Он думал, что мальчик продержится уловку еще какое-то время, но ошибался.
Родольфус задыхался, рыча, как раненый зверь, когда Корвус снова пытался усадить его. Обеспокоенный тем, что проклятые охранники услышат, войдут и положат конец этой встрече, а, возможно, и всем последующим для старшего сына.
— Довольно, Родольфус, достаточно! Успокойся! — сказал старший Лестрейндж, и тут он почувствовал жар в спине и обернулся.
Гарри стоял там, его лицо выражало крайнюю ярость, магия ярко вспыхивала вокруг него. Рабастан и Родольфус тоже чувствовали большую силу в одиннадцатилетнем мальчике, а кроме того, вдруг они впервые за десять лет почувствовали даже боль в руке — показалось, что их обожгла черная метка. Это вернуло Родольфуса в себя, и он отпрянул, сев с совершенно напуганным видом.
-------
Вернувшись в Хогвартс, лорд Воландеморт, скучающий и почти спящий, пока Квиррелл оценивал школьные работы, вдруг внезапно увидел в уме Лестрейнджей: Корвуса, Рабастана и Родольфуса и далее пришло ощущение громадного прилива силы.
— Мой господин? — испуганно прошептал Квиррелл, чувствуя, насколько не в духе был его Лорд.
— Продолжай свою работу, Квиринус, — потребовал Воландеморт задумчивым тоном, а не испуганным. Что это было? Они пытались обратиться к нему? Невозможно, но только что было, нельзя отрицать, то, что произошло. У него было чувство, что это произойдет снова, и вот тогда он и узнает, что это вообще такое. Волнение от разгадки неизвестного захлестнуло его, Воландеморту очень нравились тайны.
----------
Корвус отпустил Родольфуса. Сердце колотилось от такого огромного количества неконтролируемой магии, которой владел маленький волшебник. Ему нужно было успокоить Гарри немедленно, прежде чем он что-то разрушит.
Рабастан откинулся на спинку стула, наблюдая за Гарри, с эмоциями, отражающимися на его лице. От трепета до страха. Он не ощущал такой силы со времен своего Лорда. Насколько могущественным был Гарри Поттер? И это ему только одиннадцать лет, что будет, когда он повзрослеет? Мерлин, он будет просто потрясающе прекрасным.
— Гарри? Пожалуйста, успокойся, — сказал Корвус, продвигаясь потихоньку к мальчику. — Ты в безопасности, я не позволю никому причинить тебе вред, — хотя он полагал, что его сын уже сделал это.
Корвус бросил на сына глубоко разочарованный взгляд через плечо, прежде чем, наконец, добрался до Гарри и одной рукой осторожно прикоснулся к царапинам на его шее, а другой, обнимая его.
— Твои эмоции взяли верх над тобой, заставляя твое волшебство действовать самостоятельно. Закрой глаза и успокойся, не позволяй своей силе контролировать тебя. Ты контролируешь её!
Гарри успешно сумел взять себя в руки, и он не чувствовал себя плохо, а только выглядел смущенным временной потерей контроля. Он посмотрел на братьев. У обоих было выражение лиц, которое было незнакомо ему… но это заставило его почувствовать себя счастливым и довольным.
— Этого больше не повторится, мы простим Родольфуса? Но если ты не хочешь, то не нужно. Я не буду рисковать твоим здоровьем, Гарри, — решительно заявил Корвус, отпустив мальчика и повернувшись к сыну лицом. — Даже если это означает, что тебя лишат компаньона.
Корвус не стал бы этого делать, но он должен был убедить своих сыновей, что он не потерпит, новых выходок в отношении Гарри. Кроме того, Гарри мог сам расторгнуть контракт, и он потерял бы право любых посещений. Он не мог этого вынести.
Родольфус чувствовал себя так, будто его ударили. Даже его брат молчал, и он задавался вопросом, что заставило отца и даже брата полюбить Поттера?
Гарри повернулся к Корвусу с удивлением на лице и сказал:
— Я хочу, чтобы он подписал такой же документ, что и вы с Рабастаном, особенно в части соглашения о соблюдении тайны.
— Это очень хорошая идея, я попрошу гоблинов прислать нам еще один экземпляр на следующей неделе, — кивнул Корвус, — Полностью согласен, это, наверное, самый простой способ.
— Какой документ? — спросил Родольфус.
Шок от действий отца в сочетании с огромной магией вывели его из подпитываемого гневом тумана. Ощущение такой силы мальчика заставило Родольфуса задуматься о возможности приблизиться к Гарри с намерением причинить боль. Узнав кто этот мальчик, он больше мог не волноваться о судьбе отца и семейном состоянии. Поттеру не нужны были их деньги, размеров состояния Поттеров он не знал, но был уверен, что уж точно оно было близко к состоянию Лестрейнджей.
Корвус легко и просто объяснил своему сыну, что влечет за собой документ. Инцидент был оставлен позади. Корвус не хотел, чтобы вся встреча была испорчена.
— Вы уже читали эту книгу? — спросил Гарри Рабастана, передавая ему новое издание о рунах, в то время как отец что-то тихо рассказывал Рольфу.
— Я так не думаю, — признал Рабастан, название было ему незнакомо.
— Что сделали эти грязные маглы?! — вдруг зарычал Родольфус и посмотрел на Гарри.
— Маглы причинили мне больше боли, чем Воландеморт, — тихо сказал Гарри.
— Ты никогда не перестанешь произносить это имя, правда? — протянул раздраженно Рабастан.
— К любому, кто был достаточно глуп, чтобы называть так Лорда, мы нанесли неприятный визит, — сказал Родольфус. — Это всегда были члены Ордена Дамблдора. Наш Лорд придумал это, чтобы найти их всех.
— О, это такие чары, что-то вроде сигнализации или уведомления? Я что-то читал об этом, — оживился Гарри.
Родольфус попятился, мальчик был странным. Обычно от одного его взгляда все в ужасе бежали прочь. А этот мальчик лишь волновался, о том, что может узнать поподробнее о непонятной пока ему магии?
— И где же ты читал об этом? — спокойно спросил Корвус.
— Это было упомянуто в книге о чарах, — задумчиво сказал Гарри, — но никаких пояснений не было. И я поискал в библиотеке в общей гостиной, там много книг по чарам, и нашлась одна, которая рассказала мне больше об этом.
— Конечно, — иронично ответил Корвус. У Гарри была такая же жажда информации, которую видел только у самого Темного Лорда. — Ты молодец, что всем интересуешься.
Гарри покраснел, но улыбнулся. Родольфус внимательно наблюдал за мальчиком, видя в нем немного от Поттера, но больше он был похож на Блэков. Если, действительно, Гарри вместе с Темным Лордом были последними наследниками Слизерина, то они не могли убить друг друга. Мальчик владел парселтангом, что исключало ошибку. Рольф начал видеть его в совершенно новом свете.
— Наше сообщество настолько мало по сравнению с общим магическим населением в мире. Фактически мы самое маленькое из всех в мире магических государств. Некоторые рода были почти уничтожены во время правления войны с Грин-де-Вальдом. Имя Лестрейндж чуть было полностью не утеряно из-за действий моего прадеда.
Гарри посмотрел на Корвуса, в его ярко-зеленых глазах вспыхнуло любопытство, пока он внимательно слушал.
— Каждый ребенок считается подарком, который нужно лелеять и любить, большинству ведьм трудно иметь более одного ребенка, особенно в старых родах, — Корвус продолжил свои объяснения. — Когда у мага двое детей, он считает, что ему повезло. Поэтому мы всегда обеспечиваем их безопасность и благополучие.
— У семьи Уизли их больше двух, — заметил Гарри, — только в Хогвартсе их четверо.
— У них семеро детей, — ответил Корвус. — гораздо больше, чем они могут себе позволить. Дамблдор выделяет их детям стипендии на обучение в Хогвартсе, а они могли быть даны другим детям, чье положение хуже и не по их вине, как у Уизли.
— За жестокое обращение с детьми магов, в зависимости от суровости обвинений, могут приговорить к пожизненному заключению в Азкабане, — объяснил Рабастан. — Семья твоих опекунов никогда больше не увидит свет, если предъявить им обвинение.
— Тюрьмы недостаточно, — жестко подчеркнул Гарри. Он хотел, чтобы они страдали, так сильно, что сами желали смерти.
— Я понимаю, они будут страдать, — согласился Рабастан. Их отец был более мстительным, чем он и Род. Только его месть была тонкой и долгой. Они могли многому научиться у своего отца, но были слишком нетерпеливы для этого.
Корвус откинулся на спинку сиденья, внимательно прислушиваясь и наблюдая. Казалось, что он смог достучаться до своего старшего сына. Во время беседы Родольфус и Рабастан ели бутерброды, печенье и шоколадом. На этот раз Корвус отсекал Гарри от разговора. Он рассказал о своей деятельности в Визенгамоте, и об их с Гарри планах по изменению законодательства. Горячо хвалил Гарри за его идеи.
Последнее, что Родольфус сказал своему отцу в конце встречи, крепко обняв его, было:
— Думаю, ты прав, он чудо, — впервые за долгое время Родольфус почувствовал в душе надежду на будущую жизнь вне этой адской дыры.
По его возвращению в камеру дементоры попытались снова раздавить его, забрать все, что он сегодня обрел. Но Родольфус отчаянно сопротивлялся, заперев все, что ему дорого внутри себя, а особенно обретенную надежду.
— Где ты был? Куда ты ходил? — раздался пронзительный, скрипучий голос Беллатрисы.
Родольфус проигнорировал жену. Она не была в порядке, часто разговаривая с Лордом, которого она видела рядом с собой.
— Заткнись, гарпия! — прохрипел голос Сириуса Блэка.
Родольфус ухмыльнулся. Думает ли Блэк о своем крестнике? Ему отчаянно захотелось рассказать ему все, жаль было нельзя. Это была бы такая сладкая месть…
Comments
Olga
<div ><div><span class="text">Спасибо за главу!!!!</span></div></div>
Наталия
<div ><div><span class="text">Спасибо!</span></div></div>
