Kass2010
boosty
Глава 24. Гномьи хитрости, переговоры и поисковые работы
🕑 Added 2021-11-24 19:24:52 +0000 UTC
Таурмирион аппарировал тоже не пустой. Еще вчера он попросил эльфов попробовать поохотиться в округе. Природа тут конечно везде очень бедная. Пустошь появилась тут после того, как Смауг выжиг драконьем пламенем окрестные леса, где раньше можно было завалить и матерого оленя. Теперь же получилось добыть лишь пару не особо мясистых горных козлов. Вот их-то и нес дракону принц, надеясь, что после такого долгого сна и эти бедолаги ему покажутся приемлемой едой.
Надо отдать должное эльфам Аурлора — выдержка у них железная. Сначала их магическим образом за секунды перемещают внутрь горы, а там они оказываются у лежбища дракона, с любопытством разглядывающего прибывших. При этом лица у командира разведчиков и его подчиненных не выражали ничего.
— Утро доброго, дорогие гости, —произнес Дракон.
— И вам хорошего утра, — хмыкнул Антонин.
— Уважаемый Смауг, вчера попытались найти что-то для вашего пропитания, но, увы, места тут нынче бедные. Вот, все, что смогли, — сказал Таурмирион, показывая тушки козлов, держа их за рога, — куда положить?
— Приятно внимание, а не сам дар, — ответил дракон. — Вот у той стены бросьте, попозже займусь ими. Готовы продолжить переговоры?
— Конечно, в каком составе мы будем дальше разговаривать? — уточнил принц.
— Я бы предпочел беседовать с вами, ваше высочество и одним-двумя вашими друзьями. А другим я могу подсказать очень интересный способ провести время.
— Согласен. Что за способ? — уточнил Таурмирион.
— Почему-то мне кажется, что вы сюда пришли не просто так. У вас же есть какая-то договоренность с гномами? — предположил Дракон.
— Допустим, — сказал Северус, — что это меняет?
— Что именно обещал вам Дубощит и за что конкретно? Это важно.
— Одну минутку, — сказал Руквуд, который везде таскал с собой свою бездонную сумку, откуда он достал контракт и прочел: «Цель: помощь в возврате украденных у гномов сокровищ, месть Смаугу (желательно). Вознаграждение: 1/23 сокровищ».
— Нет, ничего такого нет, — ответил Августус.
— Либо гномы сошли с ума, обещая такое, либо они не верили в успех операции, либо не собирались вам открывать всей правды о своих сокровищах, либо не собирались вам ничего платить, — сказал Смауг и засмеялся. — Чтобы гномы так неожиданно расщедрились? Никогда не поверю.
— Поясните, уважаемый дракон, — сказал Таурмирион, уже подозревая, что тот имел в виду, но желавший получить подтверждение своим выводам.
— Да ты и сам все уже понял, принц! Вы думаете, что то, что вы видите здесь — это и есть сокровища гномов? Ха! Три раза Ха! Гора оказалась удивительно щедра, да какой там удивительно, просто неимоверно щедра и богата. Скажите, ваше высочество, что добывали в горе гномы?
— Золото, серебро, мифрил! О, какой же…
— Погадите ругать себя, а еще?
— Камни, драгоценные и самоцветы.
— Как думаете, это все, что им требовалось каждый день для ремесленников, хранилось в королевской сокровищнице, в которую постоянно кто-то бегал за расходными материалами? А где хранились камни до и после их оценки? До и после их огранки? И здесь нет практически ничего из мифрила — так, пара мелочей. А где слитки обработанного металла? Где уже готовые изделия из него? Да и золота в слитках практически нет.
— Мерлиновы подштанники, они собирались нас обмануть! — выдохнул удивленный Блэк.
— Не обмануть, а постараться скрыть свои основные активы от законного дележа, — заметил Рейнард Мальсибер. Когда мой дед разводился со своей женой, он подмазал гоблинов, чтобы они отразили в списке его имущества только два сейфа и два дома, а остальное, о чем бабка не знала она так и не узнала и получила долю только с того, что было в списке.
— Но это не делает ему честь, — с оттенком мягкой грусти произнес Люпин.
— Зато это сделало внукам уверенное будущее, волк, а честь — понятие растяжимое. Что более честно — сохранить целостность имущества рода для потомков или передать его неверной супруге, которая тут же вышла замуж, передав в другой род, полученное ею от Мальсиберов, как свое приданое? Ты как считаешь?
— Это сложный вопрос, — ушел от ответа Ремус, хотя было очевидно, что все слизеринцы точно поддержат мнение Мальсибера.
— Очень интересно выдумаете, по-нашему по-родственному, — заметил Смауг.
— Мы почти все закончили змеиный факультет, — сказал Долохов, — а змеи — те же драконы, только маленькие и у них нет крыльев.
Смауг после этих слов расхохотался, и это выглядело весьма жутко:
— Вы мне нравитесь все больше и больше. Так вам понятна моя мысль? Нужно искать мастерские, склады, плавильни и другие места, где все это может храниться.
— Скажите, уважаемый дракон, — вдруг подал голос Августус, — а библиотека ведь может считаться сокровищем?
— Естественно, мой юный друг, особенно такая, где есть очень много книг не только на гномьем языке, но и на вестроне и эльфийских языках, — ответил ему Смауг. — И хочу официально заявить, что на раздел того, чего нет здесь, я не претендую. Делите найденное в горе только с гномами.
Юный друг дракона Руквуд сразу оживился. Он как никто другой предпочитал блеску золота новые знания и захватил с собой почти всю библиотеку Руквуд-мэнора на случай того, если вернуться в собственный мир не удастся.
— Могу я сделать предложение? — поинтересовался Аурлор.
— Конечно, нам ценно ваше мнение, — ответил за всех Долохов.
— Как я полагаю, плавильни, склады и мастерские точно не находятся рядом с библиотекой. Первые, по моему мнению, где здесь, внизу. А вторая — наверху, там, где жилые помещения. Поэтому нам стоит разделиться на две поисковые команды, в каждую из которых должны входить и маги и эльфы, раз мы подозреваем наличие здесь гномьих ловушек, то стоит равномерно распределить свои умения и навыки.
— Да, в этом есть рациональное зерно, — сказа Северус. — Принц, кого вы выбираете для переговоров?
— Я бы хотел, чтобы в них участвовали вы, профессор, и ты Аурлор.
«Мальчик определенно вырос, выбрал двух самых продуманных и изворотливых из всех своих спутников», — подумал Аурлор и сказал вслух:
— Это будет честью для меня, мои предки гордились бы тем, что я участвую в таком историческом событии.
— Это будет честью и для меня, — ответил Северус, который хоть и терпеть не мог пафос, но всегда уважал чужие традиции.
— Я разделю свою команду сам, — сказал Аурлор, — трое — Шаилир, Авинлиил и Ракслиан, двое — Ваинлаэр, Селиниар.
— Я бы рекомендовал в каждую группу по одному гиффу: в первую Сириус Блэк, во вторую — Ремус Люпин, один самый опытный слизеринец в первую — Антонин Долохов, и двое во вторую — Августус Руквуд, Рейнард Мальсибер. Можете поменяться, но так мне кажется рациональнее, — предложил Северус.
Решили ничего не менять, и первая поисковая группа направилась разыскивать материальные богатства, а вторая двинулась наверх за духовными. И на тех и на других принц повесил «Нити Ариадны», чтобы они нашли дорогу обратно или, если понадобится, отыскать их в горе самим.
Северус трансфигурировал из какого-то сундука мягкий диван в викторианском стиле, на который уселись все трое переговорщиков и выжидательно посмотрели на Смауга
— Я много думал и у меня есть дополнительные условия. Если Мелькор найдёт способ взломать Врата Ночи и вернется в Арду, не зависимо от того сбудется или нет пророчество Мандоса о Дагор Дагорате, когда он призовет всех созданных им слуг мне придется вернуться к Тёмному Властелину. Отказаться я просто не смогу.
— Это точно? — спросил Таурмирион.
— Он же создал нас всех, наверное, может и легко убить. Проверять как-то не очень хочется, — ответил Смауг и добавил:
— В связи с этим мое главное условие — вы не станете меня убивать, если это произойдет, и мы окажемся по разные стороны в сражении. Можно ранить, изгнать, обездвижить — но не убивать.
— Тогда вы тоже обещайте, что в любой битве, будет ли это Последняя или какая-то иная вы не станете нападать на лесных эльфов и моих магов — найдете себе другие жертвы.
— Это приемлемо, качнул головой дракон.
— И первое не касается других драконов, это личное соглашение между вами и нами, — добавил Аурлор.
— И это приемлемо.
— И вы сохраните в тайне все, что узнаете о нас за то время, что мы будем союзниками. И никому и никогда не раскроете наши секреты. — Присовокупил встречное требование Северус.
— Хорошо. Следующее мое требование — я должен иметь право отказаться выполнить то поручение, которое мне покажется ошибочным, — заявил Смауг.
— Обоснованно отказаться, чтобы мы понимали причины, — прокомментировал Аурлор.
— Согласен, — ответил дракон. — Еще один важный вопрос. Что вы думаете делать с Аркенстоном?
— Конечно, Аркенстон, как я про него забыл! Акцио Аркенстон!
В одном из золотых холмов внутри произошло какое-то движение, и через пару минут из образовавшейся в нем воронки вылетел квадратный деревянный, окованный металлом, сундучок и прилетел прямо в руки принцу. Таурмирион открыл его, и вокруг сразу стало гораздо светлее — внутри невзрачного хранилища, на черной бархатной подушке лежало Сердце Горы.
— Надо же, какая красота, — прошептал Северус, обычно не склонный к восхищению чем либо, кроме зелий.
— Я думаю, что стоит забрать его с собой и задействовать в переговорах с Торином в качестве одного из предметов торга, если он будет иметь что-то против того, что гора ждет его свободной от дракона и нашей части добычи, а также того, что месть Смаугу, увы, не будет реализована, — сказал Таурмирион.
— Поддерживаю, замечательное решение, — сказал Аурлор.
— А на нем есть какое-то проклятье? Что-то я такое слышал о безумии Дуринов? Уважаемый Смауг здешнее золото ведь не проклято? — вдруг вспомнил что-то такое прочитанное им в детстве, в качестве Гарри, принц.
— Это все выдумки людей и гномов. Как я могу что-то проклясть, если не имею Силы? Я могу сжечь, разрушить, сожрать в конце-концов. Но проклясть — нет. Длиннобороды сами по себе не совсем нормальные.
— А в Аркенстона есть Сила?
— А в Сильмариллах была Сила?
— В них был внутренний огонь. Они радовались свету и поглощали его, и отдавали. Но я не помню, чтобы говорили, что у них была Сила.
— Так почему она должна быть у Аркенстона? Гномы сами его назвали Государевым камнем, а Силы в нем нет, лишь красота. Гномы теряют разум от собственной неукротимой жадности, которую породили в них кольца, полученные от слуги и последователя Моргота. Они дали им богатство, но пробудили в их душах алчность и жестокость.
Северус поймал себя на том, что он интересом слушает Смауга, который оказался очень умным и много знающим собеседником и порадовался, что он будет жить вместе с ними, потому как такой источник знаний об этом мире бесценен.
— Оставим в покое гномов, — закончил свои слова дракон, — и давайте обсудим детали нашего соглашения…
В то время пока шли переговоры, первая группа продвигалась почти в полной темноте по нижнему уровню, освещая себе дорогу лишь факелами, которые наколдовали волшебники для эльфов. Сами же они держали зажженные люмосы. Коридор, по которому они шли закончился. Искатели оказались в большом зале с какими-то желобами и непонятными конструкциями на втором ярусе той стены, откуда эти желоба и выходили.
— А что такое эти «доменные печи» — спросил Шаилир, который из всех троих в этом отряде лучше всех говорил на всеобщем языке.
— В них очень сильно нагревают металл, и вот по этим штукам он течет в формы, где застывает, в данном случае, как я думаю, в слитки. Мы в плавильне, где-то рядом должны быть склады самородного золота и готовых слитков.
— Тони — правее вверху я вижу вагонетки подобные тем, что есть в Гринготтсе, — сообщил Блэк, чье зрение Гримма было острее, чем у простых магов, а еще работало в темноте.
— Давайте поднимемся на второй ярус и посмотрим, что в тех вагонетках, — предложил Долохов.
Часть вагонеток была пустой, а несколько были полны золотыми самородками. Следуя вдоль рельс, по которым ранее передвигался этот транспорт, отряд дошел до больших железных дверей.
Часть вагонеток была пустой, а несколько были полны золотыми самородками. Следуя вдоль рельс, по которым ранее передвигался этот транспорт, отряд дошел до больших железных дверей.
— Скорее всего, за ними склад сырья, — прокомментировал Антонин. — И эти ворота могут иметь смертоносные секреты, как думаете, ребята?
Ребятами Долохов назвал разведчиков из их пятерки, и те сразу поняли, что он сказал. Авинлиил, который в отряде, видимо, был еще и лучником, встал у стены и пустил вдоль ворот пять стрел на разных уровнях. На пролет одной из них, той, которая примерно шла на уровне головы среднего роста эльфа, из ворот вылетело копье со стальным наконечником на очень большой скорости, придававшей ему огромную убойную силу. На пролет той, что была отправлена на высоте головы среднего роста человека, с двух сторон от ворот был произведен залп из стрелометов, выпустивших одну за другой десяток стрел во все стороны, так, что эльфы едва увернулись, а маги бы, скорее всего, пострадали, если бы не третий, молчаливый эльф по имени Ракслиан, который сбил их с ног и прижал к полу, закрыв собой.
Когда выстрелы закончились, Антонин сказал их спасителю:
— Спасибо, что спас, но рисковать собой не стоило.
На что тот, что-то сказал на эльфийском и постучал себя по груди и рассмеялся.
— Он говорит, что на нем крепкий кожаный доспех, а под ним неплохая кольчуга, а у вас только тряпочки, — перевел слова товарища Шаилир.
— Все равно спасибо, — Блэк схватил руку эльфа и пожал ее, — я ваш должник.
Эльф с удивлением посмотрел на свою руку и покивал в ответ, перевод тут особо был не нужен.
Маги бросили в двери несколько отталкивающих заклинаний, проверяя, не сработает ли еще какая сигнализация на прикосновения. Вроде бы больше ловушек не было. Вскрыли замки Алохоморой и распахнули створы, прячась за ними снаружи. Ничего изнутри, к общей радости не вылетело, не выкатилось и не выстрелило. Тогда отряд рискнул войти. Внутри было довольно большое помещение со стеллажами, н которых стояли ящики полные самородного золота.
— Ну вот, одну ухороночку нашли, — весело сказал Блэк, — что делать будем?
— Поставим маячок, который нам выдал Августус, и пойдем проверять следующие ворота, там, по идее, должны быть серебро и этот металл, забыл, как он называется?
— Мифрил, или «Лунное серебро», — флегматично ответил Шаилир.
На вскрытие еще двух складов потратили еще два часа, как и предполагалось, были обнаружены хранилища серебра и мифрила.
— Теперь что? — спросил Сириус, устанавливая в последний склад маячок.
— А теперь спустимся ниже, туда, где застывали готовые слитки и поищем, куда они их оттуда перемещали, — сказал Антонин, — никто не возражает?
Эльфы, как всегда спокойные, как сфинксы, совершенно не возражали. Но по блеску их глаз было понятно, что сегодняшние приключения им очень нравятся, хоть какое-то разнообразие за тысячи лет.
Склад со слитками искали дольше, но все же нашли.
В этот момент прямо перед отрядом возник большой олень, сотканный из сияющего света, и голосом Таурмириона произнес:
«Возвращайтесь, мы завершили переговоры и на сегодня хотим закончить поисковые работы и вернуться в лагерь».
«Возвращайтесь, мы завершили переговоры и на сегодня хотим закончить поисковые работы и вернуться в лагерь».
Бедные разведчики чуть на колени не попадали, увидев такое чудо.
— Эй, отомрите! — постучал по плечу Шаилира Сириус, — это ничего страшного, это ваш принц прислал сообщение.
— О валар! Он был соткан из света звезд, как живой сильмарилл, — прошептал ошеломленный эльф.
А потом сказал, что-то своим напарникам на эльфийском, видимо сообщив, что они закончили на сегодня и возвращаются в пещеру.
Плавильня и склады были не так уж далеко от логова Смауга, поэтому решили не рисковать тройной аппарацией и вернуться туда пешком.
Плавильня и склады были не так уж далеко от логова Смауга, поэтому решили не рисковать тройной аппарацией и вернуться туда пешком.
Шли молча. Маги размышляли об истинном размере сокровищ, которые им достанутся. А эльфы думали о том, что младшего принца, видимо, благословил и вернул в домой сам Эру Илуватар, другого объяснения всему происходящему они не находили.
====================
Поскольку я дважды в этой главе упоминаю пророчество, то стоит привести его содержание, для тех, кто, возможно, его не помнит:
«Когда мир будет стар, а Силы утомятся, тогда Моргот, увидев спящую стражу, вернётся через Врата Ночи из Безвременной Пустоты; и уничтожит он Солнце и Луну. Но к нему спустится Эарендиль, подобный белому опаляющему пламени, и низвергнет его с небес. Тогда на полях Валинора грянет Последняя Битва. В тот день Тулкас сразится с Морготом, и по правую руку от него будет Эонве, а по левую — Турин Турамбар, сын Хурина, освобождённый от Судьбы Людей в Конце Мира; и чёрный меч Турина принесёт Морготу смерть и окончательную гибель; и так будут отомщены дети Хурина и все люди.
После этого Земля будет разрушена и переделана, и Сильмариллы будут извлечены из Воздуха, Земли и Моря; ибо Эарендиль спустится и отдаст то пламя, что было дано ему на хранение. Тогда Феанор возьмёт Три Самоцвета и он разобьет Камни, и с помощью их огня Йаванна вновь зажжет Два Древа, и тогда загорится великий свет. И падут Горы Валинора, так что Свет распространится по всему миру. В том свете Боги вновь станут юными, а эльфы пробудятся, и восстанут все их мёртвые, и замысел Илуватара касательно эльфов будет завершён».
После этого Земля будет разрушена и переделана, и Сильмариллы будут извлечены из Воздуха, Земли и Моря; ибо Эарендиль спустится и отдаст то пламя, что было дано ему на хранение. Тогда Феанор возьмёт Три Самоцвета и он разобьет Камни, и с помощью их огня Йаванна вновь зажжет Два Древа, и тогда загорится великий свет. И падут Горы Валинора, так что Свет распространится по всему миру. В том свете Боги вновь станут юными, а эльфы пробудятся, и восстанут все их мёртвые, и замысел Илуватара касательно эльфов будет завершён».
Comments
Анна Чернова
<div ><div><span class="text">Спасибо</span></div></div>
Kass2010
<div ><div><span class="text">Анна Чернова, это опечатка))) я уже исправила 😂</span></div></div>
