Kass2010
boosty
Удачная сделка. Глава 22
🕑 Added 2022-01-14 16:21:43 +0000 UTC
Тем временем Квиррелл грациозно прошелся по комнате, слегка улыбаясь удивлению и шоку на лицах присутствующих волшебников. Ему всегда нравилось появляться неожиданно, чтобы застать часть разговора, который его соратники вели, еще не зная, что их Лорд уже рядом. Нравилось наблюдать за их реакцией, когда они понимали, что их слова были услышаны им. Том вообще любил прятаться и слушать чужие разговоры, и бывал доволен, например, когда его старый друг цитировал его слова, чтобы доказать свою точку зрения. Он обычно всегда поддерживал Корвуса в его делах, точно так же, как Корвус, в свою очередь, поддерживал его. До той самой ночи…
— Милорд, вы вернулись в Британию уже в сентябре, почему вы до сих пор не обратились к нам за помощью? — спросил Корвус, не понимая, почему Темный Лорд скрыл от него свое возвращение и зачем он вообще появился именно в Хогвартсе. Логичнее было бы остановиться в его поместье или в мэноре Малфоев, или других соратников.
Люциус и Нарцисса застыли в поклоне, показывая свое почтение Лорду, в то время как Корвус беседовал с ним, как ни в чем не бывало. Все они знали, что он не умер до конца, так как темные метки, ни у кого не исчезли.
— И почему ты в этом так уверен, Корвус? — спросил более чем удивленный Темный Лорд, удобно усаживаясь в кресло и ожидая объяснений.
В его голосе прозвучали стальные нотки, чувствовалось, что ему не нравилась такая осведомленность Корвуса. Это заставило Нарциссу и Люциуса опасаться худшего. Глаза Квиринуса изменили цвет с коричневого на темно-красный, настоящий цвет глаз Темного Лорда, который он обрел после создания крестражей.
Малфои отчаянно высматривали за окнами сына. Они молили Магию, чтобы Драко как можно дольше не возвращался обратно, а когда вернется — держался вдали от этой комнаты. Драко не знал как нужно вести себя в присутствии Темного Лорда, и им бы не хотелось, чтобы он от этого пострадал.
«Ты определенно был в Хогвартсе с первого сентября», — подумал Корвус, стараясь не быть слишком резким, каким он был всегда. Ему неуважение сходило с рук, но он не был настолько глуп, чтобы намеренно раздражать Темного Лорда. Особенно учитывая, что он еще не знал его нынешнего настроения.
— Ты был осведомлен, где я, но при этом не искал встреч со мной, а, Корвус? Почему? — спросил своим свистящим голосом Волдеморт, используя голосовые связки Квиррелла не привычные к этому. Лорд так непринужденно управлял телом профессора, что чувствовалось, что он полностью его контролирует.
Корвус, давно знавший Том, услышал боль, в основе вопроса Воландеморта. До того, как впасть в безумие, Лорд заботился обо всех своих сторонниках, по-своему, защищал и спасал их, если это требовалось. Пытки и боль появились позднее, когда разум покинул голову Том, а его место заняла подозрительность, паранойя и жестокость. И ему было больно от того, что самые близкие соратники не беспокоились о нем.
— Мы с Люциусом искали тебя, проверяли каждый слух о твоем местонахождении, который доходил до нас, — сказал Корвус, не солгав о себе, но приврав про Люциуса, который определенно этого не делал, тем самым отблагодарив Малфоя за его поддержку в эти страшные для Лестрейнджа годы.
— Тем не менее, ты знал, что я был в Хогвартсе, и ничего не предпринял? — Волдеморт хотел знать, почему они не пришли к нему? Те, кто клялся в вечной верности? Он должен был знать, что, по крайней мере, несколько его последователей искали его. Он не хотел сомневаться в Корвусе, хотел по-прежнему верить ему.
— Я только сейчас осознал это, обдумав все факты, что были мне известны, — спокойно сообщил ему Корвус. — Могу ли я предположить, что Снейп был в курсе?
— И что же навело тебя на эту мысль? — спросил Волдеморт, вставая и оглядываясь вокруг. Впервые он побывал в Малфой-мэноре с Абраксасом, своим дорогим другом, по которому скучал. Лорд проигнорировал вопрос о Снейпе, так как посчитал, спрятанную в нем затаенную ревность неуместной. Он хорошо знал своего старого друга Корвуса и понимал, что тот чувствует сейчас.
Люциус и Нарцисса напряглись, увидев на линии взгляда Волдеморта их сына, их сердца стали биться быстрее. Корвус же сохранял спокойствие: он лучше всех умел читать Темного Лорда. И гораздо лучше, чем Люциус, который был умным и способным, но позволял эмоциям искажать верные выводы, особенно когда дело касалось его семьи. Если бы Люциус просто наблюдал, откинув в сторону свой страх за Драко, то он бы увидел, что Темный Лорд был в довольно хорошем настроении и, что очень радовало, в светлом уме. И сила его была при нем: тот факт, что он удерживал под контролем Квиррелла в течение нескольких месяцев, внушал трепет, так как говорил о его огромной магической силе.
— Корвус, — снова раздался свистящий голос Воландеморта, — я жду объяснений.
И Корвус рассказал о болях в шраме, которые периодически испытывал Гарри и как они пытались найти и объяснение.
Сам Воландеморт тут же вспомнил картину, которую однажды он наблюдал в видении: Азкабан изнутри и братьев Лестрейндж. Между ним и мальчиком, очевидно, была какая-то связь. Чем сильнее он становился, тем сильнее становилась и связь. Том тут же задался вопросом, сохранится ли связь после того, как он вернет свое тело.
— Скажи, ты брал мальчика в Азкабан на встречу с сыновьями? — спросил Воландеморт, поворачиваясь к Корвусу, наблюдая, как удивление на мгновение промелькнуло на его лице при этом неожиданном вопросе.
— Он ходит туда со мной каждую неделю, — ответил Корвус, наблюдая, как Воландеморт, без сомнения, так же удивлен, как он смог этого добиться. Поистине, он был должен гоблинам Гринготтса за то, что подали Гарри идею с Контрактом столько, сколько никогда не сможет выплатить.
— Насколько я помню, профессора Квиррелла просили стать свидетелем на суде над Дамблдором? — уточнил Корвус.
— Именно так, — почти весело ответил Воландеморта, это было бы действительно забавно, но увы, к тому времени он рассчитывает быть уже в собственном теле. Показания сможет дать настоящий Квиррелл, если останется в живых после ритуала.
— Рад снова видеть вас, — признался Корвус, воздерживаясь называть Лорда «Том» или «Риддл», хотя думал он о Лорде именно под этими именами, как и в самые первые дни их знакомства в Хогвартсе.
Это потом он стал пользоваться именем Воландеморт, но с некоторыми избранными общался по-старому. Какое-то время Корвус опасался, что Темный Лорд не сможет вернуться к ним, несмотря на все его разговоры о том, что он достиг бессмертия. Но, как оказалось, то были не пустые слова.
— А я рад вернуться, — искренне ответил Лорд, для которого встреча с Квиреллом стала отличной возможностью для того, чтобы вернуться в Британию, где он смог бы получить помощь своих верных сторонников.
Профессор магловедения из Хогвартса, случайно оказавшийся рядом — это был выигрышный билет, упавший под ноги. Настоящий джек-пот. Том сделал из этого ягненка, застенчивого, заикающегося волшебника настоящего гордого мага. Том нуждался в том, чтобы в него верили. А его сторонникам нужен был он и их общее дело. Это требовалось всем его рыцарям: и таким как Рудольфус, и таким как Северус. Общее дело, которое их делало братьями. А сейчас они все попрятались по норам, и Темный Лорд намеревался это исправить.
— Милорд, чем я могу вам помочь? — спросил Люциус, как всегда, слишком стараясь угодить.
Корвус поморщился, Люциус всегда был таким. Он подозревал, что Малфой видел в Воландеморте своего рода отца, как и большинство рыцарей из молодого поколения. Родители были слишком заняты делами по изменению мира, чтобы уделять достаточно внимания своим детям, что привело к именно к этому. И это повторялось снова. Он видел, как Драко загорелся, услышав, что он очень похож на своего дедушку. Думается, что Люциус редко делал комплименты своему сыну. Чего тогда ждать от других?
— Принеси мой дневник, — резко сказал Воландеморт, и повернулся к Лестрейнджу. — Корвус… ты мне нужен!
Люциус вскочил со своего места в мгновение ока, спеша выполнить приказ Темного Лорда, слишком озадаченный этим, чтобы сообразить, что можно было отдать распоряжение домовику.
— Я нужен? Чем я могу помочь? — спросил Корвус.
— Беллатрикс никогда не говорила тебе о чаше, что я дал ей на хранение? — серьезно спросил Воландеморт.
— Говорила, и не один раз.
— Ты знаешь, где она оставила ее храниться? — уточнил Лорд более взволнованным голосом.
Если все крестражи будут на месте, да еще под рукой кровь Поттера, который Слизерин. Плюс философский камень, как идеальный катализатор — все должно пройти удачно. Только вот кровь Поттер должен отдать добровольно. С этим могла быть проблема.
— Она находится в главном хранилище Лестрейндж в Гринготтсе, — сообщил Корвус.
— Верни мне ее, пожалуйста, — попросил Корвуса Воландеморт, а не приказал, как Люциусу.
Корвус был его верным сторонником на протяжении десятилетий, а кроме этого — был для него хорошим другом, когда он в этом нуждался, одним из немногих оставшихся первых рыцарей. И, несмотря на мнение Дамблдора о том, что он не умеет испытывать положительные эмоции, он хорошо относился к Корвусу, даже лучше, чем тот мог предположить.
Волдеморт сел за стол, взял себе кусок торта и начал есть. Как он скучал по своему собственному телу и его ощущениям. Ему не терпелось поесть уже с собственными вкусовыми рецепторами, а не с чужими. Мерлин, это были долгие-долгие десять лет, он почти потерял надежду… Но, как только он собрался сдаться, на его пути оказался Квиррелл.
— Что вы собираетесь делать? — спросил Корвус, наблюдая, как Том ест, и в душе волнуясь о Гарри. Он не мог допустить, чтобы Темный Лорд причинил ему боль или того хуже. Он этого не заслужил, он был всего лишь предан семье Лестрейндж, даже более предан, чем Беллатрикс. Мало того, он был ребенком, а дети были неприкосновенны. Так было до той ночи. Это объясняло, почему Темный Лорд отправился туда один, несмотря на то, что всегда брал с собой, по крайней мере, еще одного-двух бойцов в качестве поддержки. В ту ночь он потерял много уважения.
— Я намереваюсь вернуться к своему прежнему «я», друг мой, — признался Волдеморт, ухмыляясь при виде шока на лице Корвуса. Да, он знал, что давно не использовал этот термин, он давно не был самим собой, он потерял себя в безумии. Даже сейчас он боролся с этим, надеясь, что ритуал вернет ему и тело, и душу.
— А Гарри? — спросил Корвус, откидываясь назад, пристально глядя на Волдеморта, ловя каждую самую мимолетную реакцию на его вопрос.
— Та ночь… Я каждый драклов день пребывал в ней более десяти лет, испытывая мучительную боль после того, как меня вырвали из моего тела. Я перебрал все возможные сценарии того, как мальчик мог выжить, ни один из них не оказался верным. Зная сейчас, что мальчик чистокровный Слизерин, потому, как оба его родителя относились к разным линиям рода, я могу объяснить, почему я не смог его убить. Магия Слизерина не дает членам рода покушаться на жизнь друг друга, а если кто-то и попробует это сделать, то как минимум лишится магии. Все это сделал Салазар, чтобы его потомки не убивали друг друга в борьбе за наследство.
Получалось, что никакой магии крови Лили Поттер там не было, несмотря на все утверждения Дамблдора. А то, что он и Гарри оказались родственниками, ставило под большое сомнение то пророчество, из-за которого все и случилось.
Волдеморт понял, что Корвус чрезвычайно оберегает мальчика, он видел это в каждом его движении и слышал в каждом слове. Раньше единственными, кого защищал Корвус, были то его сыновья. Что же ты за мальчик, Гарри Поттер, что за несколько месяцев пробрался в самое сердце его друга?
— Кажется, вас не удивляет мое присутствие в жизни Гарри, — уточнил Корвус, слегка наклонив голову и наблюдая за Темным Лордом. — Гарри и я скрываем это, чтобы Дамблдор оставался в неведении относительно изменений в жизни мальчика. Хотелось бы знать откуда об этом знаете вы?
— Твой мальчик, определенно, любит раздражать старого дурака, — сказал Воландеморт с искренней улыбкой на лице. — И можешь успокоиться, вас никто не выдал, я просто узнал книгу, которую он читал. Это была одна из самых редких книг в мире, возможно, даже единственный экземпляр, оставшийся на Британских островах, и мне не потребовалось много времени, чтобы сложить два и два. А потом еще и видение об Азкабане укрепило мою уверенность.
Корвус обрадовался тому, что Дамблдор не проник в их с Гарри тайну. Это было последнее, что им было нужно, особенно перед судом.
— Это все хорошо, но вы не ответили на вопрос: каковы намерения по отношению к Гарри? — настаивал Корвус.
Вошел Люциус:
— Вот дневник, как вы просили, милорд, — пробормотал он, немного запыхавшись, так как ему пришлось сбегать в подземелья и обратно.
Воландеморт почти не обратил внимания на Люциуса, просто взял дневник и положил его себе на колени, лениво постукивая по нему пальцами. А затем обратился к Корвусу: — Устроит ли тебя нерушимый обет?
— Нерушимый обет? О чем? Что вы не нападете на Гарри?
— С некоторыми оговорками, — признал Воландеморт, в данный момент, обдумывая его текст.
— Какими оговорками? — уточнил Корвус, выпрямляясь, сузив глаза от созерцания, готовый отстаивать интересы своего мальчика в споре с Темным Лордом.
И тут с прогулки вернулись мальчики.
— Отец? — спросил Драко, заставив Нарциссу и Люциуса подскочить на своих местах от неожиданности и автоматически повернуть головы на звук и обнаружить там двух мальчиков, стоявших прямо у двери.
— Профессор Квиррелл, здравствуйте, — произнес совершенно сбитый с толку Драко, который даже не знал, что его отец знаком с этим преподавателем.
А Гарри начал потирать лоб, морщиться и подозрительно смотреть на Квиррелла. «Так вот в ком дело!», — подумал про себя мальчик, понимая, что именно Квиррелл заставлял в Хогвартсе его шрам болеть. Он собрался спросить его о причинах этого, но мгновенно прикрыл рот, когда Корвус жестом приказал ему хранить молчание.
— Ты закончил показывать мистеру Поттеру территорию, сынок? — спросила Нарцисса, ее тон заметно изменился, когда она произнесла фамилию гостя. Гарри не дал ей разрешения использовать его имя, поэтому она сейчас вспомнила об этом и назвала его «мистер».
— Да, мы закончили — сообщил Драко, — не пора ли начинать?
Мальчик имел в виду ритуал, который они выполняли обычно в этот праздничный день.
— Боюсь, что ни Гарри, ни я не сможем остаться для ритуала, — пояснил Корвус, вставая.
Гарри был бы благодарен за это. Он вообще не очень хотел приходить сюда, а учитывая, насколько груба была по отношению к нему Нарцисса после того, как сама же пригласила, он и вовсе не желал тут оставаться надолго. Гарри вообще подозревал, что идея с приглашением принадлежала Люциусу, а Нарцисса была против.
— Спасибо, за чудесный прием, — сказал довольно равнодушно Гарри.
Чувствовалось, что на самом деле он так не думает. — Я напишу тебе, Драко, — добавил он уже с искренней улыбкой своему другу.
— Спасибо, что пришли, — мягко сказал Люциус, кивая.
— Люциус, я хочу поговорить прямо сейчас, Корвус, я буду у тебя через полчаса, — сообщил Воландеморт, мельком взглянув на Гарри и ухмыльнувшись, когда заметил выражение его лица.
Он наблюдал за Гарри с того момента, как тот вошел в Хогвартс. Видел, как он набирает вес и уверенность в себе, как делает большие успехи в учебе, как много читает книг. Они действительно были похожи и не удивительно, что их сходство пугало Дамблдора до глубины души.
Нарцисса изо всех сил пыталась найти оправдание, чтобы уйти вместе с Драко, так как без сомнения, Темный Лорд хотел поговорить с Люциусом наедине. Но, как назло, ничего не приходило в голову, а убежать без повода она не могла в силу воспитания, прививаемого с младенчества. Немного успокоившись, Нарцисса предложила сыну проводить друга, и они вместе последовали за Корвусом и Гарри, оставив мужа с Темным Лордом.
— Возможно, ты хотел бы пригласить Драко к нам? — спросил Лестрейндж у мальчика, а затем повернулся к юному Малфою:
— Конечно, я бы хотел! — ответил обрадованный Драко.
Мальчик был идеальным чистокровным наследником, но кроме того был слишком зависим от своих родителей и их одобрения. В силу возраста он еще не умел играть в долгие игры, и до конца держать лицо. Гарри тоже не мог, но невероятно быстро учился, и Корвус не мог дождаться момента, когда он повзрослеет и бросит вызов всем.
— Разве мы не идем домой? — спросил Гарри у Корвуса.
— Мне нужно срочно в Гринготтс, — пояснил Корвус. — Не волнуйся, Гарри, я не позволю никому причинить тебе вред. В данный момент я работаю над улучшением твоей безопасности.
Гарри серьезно посмотрел на Корвуса и сказал:
— Я доверяю тебе. Ты первый человек в моей жизни, кому я верю.
— Я рад, — ответил Лестрейндж, который сам в этой жизни никому не верил. Доверие играет страшные шутки с людьми, из-за доверия его мальчики теперь на всю жизнь прикованы к Азкабану.
— Это был он, не так ли? — спросил Гарри, потирая шрам, который, наконец, успокаивался.
— Да, — сказал Корвус, который не собирался лгать мальчику, особенно о том, о чем тот сам успел догадаться.
Корвус аппарировал их обоих как можно ближе к Гринготтсу, его мысли были заняты событиями сегодняшнего дня. Он ожидал, что это будет обычный праздничный обед, поскольку в гостях у Малфоев другого не бывает. Он не был слишком удивлен возвращением Тома. Он знал, что тот вернется, это был просто вопрос времени. Но то, как он появился, когда и где — его изумило.
Хотя Диагон Аллея была практически пуста, Корвус мысленно отругал себя за бездумность и немедленно произнес заклинание невидимости для всех, кроме гоблинов — эти существа были неподвластны многим заклинаниям и чарам.
— Ты беспокоишься, — заметил Гарри, что само по себе было шоком, ведь он никогда не видел Корвуса от ничего, кроме уверенности и собранности.
— Нет, — сразу же возразил Корвус, — если только немного. Но я уверен, что нет никакой опасности для нас.
— Если ты смотришься так из-за незначительного страха, то как ты будешь выглядеть, когда будешь реально обеспокоен, — заметил Гарри, когда они поднялись по мраморным ступеням Гринготтса.
Корвусу так хотелось закатить глаза, — у этого мальчика отлично подвешен язык. Определенно будет хорошо работать в качестве юриста, что подтверждалось и его недавней работой с законодательными материалами.
— Если все пойдет, как я планирую, то ты будешь в полной безопасности, Гарри, — тихо пробормотал Корвус. В банке было пусто, все праздновали Йоль. К счастью, ему не нужно было осматривать все хранилища, так как он знал, в каком именно размещена чаша.
— Чем я могу вам помочь? — спросил ворчливый гоблин, скучающий до слез.
— Я хотел бы посетить главное семейное хранилище, — нейтрально произнес Корвус.
— Следуйте за мной, — произнес гоблин и повел их по длинному извилистому пути к глубокому подземелью Гринготтса.
Дрожь пробежала по телу Гарри от громкого рычания, которое отражалось эхом от стен. Гарри ахнул от шока при виде гоблина, который гремел чем-то, что явно пугая громадного дракона. Гарри поднес руку ко рту от ужаса: вся магия была в их распоряжении, а они поймать и заточили под землёй дракона? Дышал ли он когда-нибудь свежим воздухом?
— Те, кто сделал это — не заслуживают жизни в мире магии, раз они могут так поступать с другими магическими существами, — громко сказал Гарри, его голос эхом разнесся по туннелю и пещере, к полу которой был прикован дракон.
— Гарри, — предупреждающе позвал его Корвус. — Не подходи близко к дракону, он зажарит тебя в своем пламени.
Но Гарри, казалось, не слышал его и стал говорить на парселтанге, а исходящая от него магия давала понять, что это не просто свистящие и шипящие слова, а парселмагия. Гоблин же не обратил внимания на происходящее, ибо был занят открытием хранилища Лестрейнджей и не видел, что делается вокруг.
Гарри закончив колдовать еще что-то пошипел, но уже без магии.
— И что ты сейчас сделал? — тревожно прошептал Корвус
Но Гарри только покачал головой, он не был настолько глуп, чтобы обсуждать здесь свои действия.
— Хорошо, я понял, — сказал Корвус.
Когда дверь в хранилище Лестрейнджей открылась, Гарри увидел пространство похожее на логово пиратов или разбойников, заполненное открытыми сундуками полными драгоценностей, горами золотых монет, заставленное серебряными доспехами, оружием разного вида и застеленное шкурами странных существ.
— Вижу, что тебе здесь нравится, не так ли? — спросил Корвус, сверкая глазами, когда он понял, что Гарри развеселился.
— Рабастан устроил это безобразие, когда ему было шестнадцать, — сказал Корвус, и его губы чуть растянулись в улыбке, напомнив лучших временах. Родольфус смеялся вместе с ним, оба они были беззаботно счастливы, прежде чем мир показал его мальчикам, насколько он может быть уродлив.
— Родольфус был разочарован тем, что не смог среди кучи вещей найти себе подходящий королевский скипетр.
«Мерлин, они будут вне себя от радости, узнав, что Темный Лорд вернулся», — подумал Корвус.
«Мы вытащим их, — поклялся в этот момент про себя Гарри. — Однажды они станут свободны».
— Ничего здесь не трогай, — предупредил мальчика Корвус. — На все сокровища внутри наложены чары умножения и жжения. При прикосновении все становится горячим на ощупь и будет воспроизводить свои копии до тех пор, пока вор не будет похоронен или сожжен. — Объяснил Корвус.
— Впечатляет, — восхитился коварством задумки Гарри. — Интересно, а в моем хранилище тоже есть подобные чары?
— Узнаешь, когда отправишься в него в первый раз. Поскольку никто из твоих предков не смог передать тебе предупреждения о каких-либо мерах безопасности, гоблины осмотрят его, чтобы убедиться, что ты случайно не был проклят сам, — объяснил Корвус, тем временем забирая чашу, которая, если судить по символике, принадлежала Хельге Хаффлпафф. И это была не просто чаша. Лестрейндж чувствовал, что это было что-то еще.
— Итак, мы закончили твое дело? — спросил Гарри, наблюдая за тем, как Корвус укладывает чашу во внутренний карман.
— Это обязательно нужно было делать сегодня? А зачем? Ты хочешь ее продать? Она дорого стоит?
— Эта вещь не для продажи, — сообщил Корвус. — Пойдем отсюда, — мягко, но твердо Корвус подтолкнул Гарри к выходу из хранилища, где их ждал гоблин. Пока он закрывал хранилище, Гарри еще о чем-то пошипел с драконом. О чем бы они ни говорили — это определенно испортило хорошее настроение Гарри.
— Жаль, что я совсем не понимаю парселтанг. И я понятия не имел, что драконы его понимают — признал Корвус, и это было нелегко в его возрасте признать незнание такой простой вещи. Особенно если учесть, что его «хороший друг» змееуст и всегда был готов отвечать на все вопросы о его способностях. Корвус подумал, что и сам Том мог тоже этого не знать.
И вот все трое забрались в тележку, чтобы вернуться наверх.
— Я думал, что драконы рептилоиды. Но не думаю, что все рептилии говорят на парселтанге, — рассуждал сидя в тележке Гарри.
— Совершенно верно, — согласился Корвус. Он читал книгу, о которой говорил сейчас Гарри десяток раз за свою жизнь, она была очень интересной.
— У нас останется время для открытия подарков? — спросил Гарри, которому не терпелось увидеть реакцию Корвуса на его дар. Он потратил все свободное время, которое у него сейчас было, на то, чтобы закончить его вовремя.
— Конечно, — пообещал Корвус, у них не было слишком много подарков, он подготовил один для Гарри от себя, и один общий от Родольфуса и от Рабастана, который он приобрел по их описанию. Что-то Гарри прислали его друзья вместе с подарками от Малфоев, и было что-то от Дамблдора. У него возникло искушение сжечь этот подарок.
Когда они, наконец, вышли за пределы Гринготтса, и вокруг не стало посторонних ушей, Корвус сказал: — Я надеюсь, ты понимаешь, что должен проявлять осторожность, беседуя с ним. Он не терпит неуважения и может за него наказать.
Конечно, он защитил бы Гарри от Круциатуса, если бы Том попробовал наложить его на мальчика. Учитывая плохое здоровье Гарри, тот мог бы одним заклинанием легко сломать ему множество костей.
Гарри промолчал, но кивнул, показав, что услышал Корвуса и понял. Пришла его очередь испытывать тревогу, которая постепенно перерастала в ужас от предстоящего столкновения с Темным Лордом Воландемортом. Только в голове у него не сходились две картинки — то, что рассказывал о нем Корвус, и то, что считали другие.
— Готов? — спросил Корвус, обхватив мальчика руками, и только после того, как получил добро, он аппарировал их обоих обратно в поместье Лестрейнджей. — Ну, что ты думаешь? — спросил Корвус, которому было очень интересно услышать мнение Гарри.
— Люциус жуткий, — признался Гарри, его не волновало, что Корвус и Люциус были друзьями, — он слишком заинтересовался мной, и это было неприятно.
— Я заметил твою реакцию, — кивнул Корвус, — Какова была ее причина?
— Особой причины не было. Просто было тревожно, — признался Гарри.
— О, я не принял вовремя свои зелья! — воскликнул Гарри обеспокоенно, так как чувствовал, что его тело начинает болеть.
— Нет, ты не опоздал, дело не в этом, — успокоил мальчика Корвус, когда они шли немного медленнее, чем обычно по территории поместья к дому.
— Ты сейчас чувствуешь боль немного острее, так как твое тело пережило недавно шок.
Как только они вошли в дом, сразу появился эльф с коробкой зелий, так как ему было приказано подготовить ее к тому моменту, когда Гарри вернется. На этот раз Гарри ничего не сказал, даже простого спасибо, так как спешил выпить их все и чуть не заплакал от облегчения, когда боль улеглась.
— С Люциусом понятно, а что с Нарциссой? — продолжил их разговор Корвус, как будто он и не прерывался.
— Мне хотелось отрезать ей нос, — пробормотал Гарри очень тихо, но Корвус услышал его и рассмеялся.
— Давай где-нибудь устроимся для дальнейшего разговора, — предложил Корвус, чьи щеки и живот немного болели от смеха.
— Передняя гостиная? — Гарри предположил ее, потому что там были самые удобные диваны.
— Отлично, хочешь чем-нибудь запить свои зелья?
— Стакан апельсинового сока будет в самый раз, — ответил Гарри, открывая дверь в гостиную, где уже горел огонь в камине, и Гарри с наслаждением опустился на мягкий диван.
Корвус заказал им напитки и призвал в комнату подарки.
— Вот это да! Это… это так замечательно! — Гарри был в восторге от большой коробки набора для артефакторики и рунного ремесла. В ней были десятки материалов, кожа, специальная хлопковая бумага, драгоценные камни и, что более важно, настоящие инструменты для гравировки и вырезания, разные иглы. Дорогие драгоценные и самоцветные камни. Все они были настоящими, конечно там не было бриллиантов, но кубический цирконий и аметисты были точно, как на первый взгляд заметил мальчик.
— Я предполагаю, что тебе это нравится? Это подарок от мальчиков, — с улыбкой уточнил Корвус.
Большая часть подарков для него самого была от знакомых, но один, действительно заинтересовал его и в этот момент он и был занят его открытием. Это была рукописная книга, в красивом переплете, страницы которой все были пропитаны магией, которая перевела письменные буквы в печатный шрифт. Гарри сделал для него перевод книги с парселтанга его любимого автора, которой не существовало на английском языке. Корвус держал в руках уникальный единственный экземпляр книги, которую он имел более десяти лет, но не мог прочесть, и теперь она была доступна для него. Сколько же времени мальчик потратил на это?
— Тебе нравится? — спросил Гарри, обеспокоенный молчанием волшебника.
— Мне очень нравится, спасибо, Гарри, — Корвуса выглядел заметно растроганным, таким, каким его могли увидеть только Гарри и его сыновья. Он любил именно этого автора, который был змееустом, у него была вся коллекция его книг, но только пять были переведены. Том был всегда слишком занят, чтобы Корвус даже подумал о том, чтобы попросить его перевести. Он рассказал Гарри об этих книгах в тот день, когда узнал о его особом даре и мальчик запомнил.
Лицо Гарри расплылось в широкой улыбке, он был явно доволен собой. Он раньше никогда не дарил подарков и не получал их. Все это было для него в новинку. Друзья прислали ему несколько наборов сладостей и книг, ему было все равно, что именно они подарили — главное, что они думали о нем, только это имело значение. Последним подарком был конверт от Корвуса, в котором были документы на летнюю поездку во Францию и Италию. Это был большой маршрут, растянутый на все летние каникулы, но со свободными субботами для посещений Азкабана.
— И мы будем путешествовать вдвоем?
— Да, только мы с тобой.
— А если нас кто-то увидит вместе?
— Очень сомнительно, что новости о нашем путешествии дойдут до Британии. Кроме английских волшебников никому нет дела до Мальчиком-Который-Выжил.
— Класс! Тогда я займусь языками!
— И вот тут-то и пригодится твой последний подарок, — ответил Корвус с легким самодовольством. — Книга, которая поможет тебе в стремлении выучить французский язык.
Гарри бросился к Корвусу и обнял его.
— Спасибо! Спасибо за все! — прошептал мальчик, и чувствовалось счастье, исходящие от него.
— Не за что, — сказал Корвус, похлопывая его Гарри спине.
— А мы с тобой, оказывается уже и не одни, — проговорил Корвус, который почувствовал сдвиг в защите мэнора и прибытие Темного Лорда.
***
На следующее утро заголовок «Ежедневный Пророк» вышел с таким заголовком на передовице:
«Таинственное происшествие в Гринготтсе! Пропал дракон-стражник! Никаких признаков взлома, как уверяют гоблины!»
Под заголовком было изображение такого же дракона, как был в подземельях банка. Никто не мог предположить, как злоумышленникам удалось незаметно вытащить такую громаду из Гринготтса.
Корвус читал эту статью и убеждал себя, что все это просто совпадение, это должно быть так.
Comments
Аврил1488
<div ><div><span class="text">Ооо, Вы мой островок радости и адекватности, особенно на этой неделе!! 🤗🤗</span></div></div>
Анна Чернова
<div ><div><span class="text">Спасибище Вам за Ваш кропотливый труд. Глава восхитительна, столько всего интересного! Гарри прелесть, так изящно помог дракоше покинуть персональный драконий ад, проклял гоблинов, и показал себя достойнейшим образом на встрече. Корвус полюбивший мальчика всем сердцем, думаю, сделает все возможное и невозможное для его безопасности и благополучия, Волди уже как мне кажется почуствовал это и Гарри обижать не станет, но вот что он потребует за неприложный обет, неизвестно и от того становится тревожно.<br>В предвкушении развития интригующего сюжета.</span></div></div>
