Kass2010
boosty
Глава 56. Магловские сказки & Жизненные истории
🕑 Added 2022-05-13 08:24:38 +0000 UTC
Замок Драконий Утес
— И да и нет, — ответил Дракон, — магия направила ко мне для помощи один из самых старых и сильных кланов вервольфов. Если Магия считает, что нам нужна помощь воинов, то нас ждет что-то нехорошее.
— Почему именно оборотни могут нам помочь? Эти все проблемы с полнолунием… — покачал головой Люциус.
— О великая, я сказал вервольфы, а не ликане. Что, нынешние маги не знают разницы? — изумился Монтермар.
— Уверен, что никто не знает. Нас в школе учили только об оборотнях как опасных темных тварях высшего класса опасности 5Ⅹ, — серьезно ответил Малфой.
— А кентавры, видимо, это лошади? — поинтересовался Дракон.
— Нет, кентавры — это разумные волшебные существа, класс опасности 4Х, — сказал Люциус.
— А маги тогда тоже разумные волшебные существа? Себя вы как классифицируете? — спросил Монтермар.
— Как-то я не задумывался о собственной классификации, — смущенно ответил Люциус.
— Вот то-то и оно! Классифицируют они существ. Я тогда тоже разумное волшебное существо? По какому классу я прохожу? — уже веселился Дракон.
— Милорд, ну что вы, вы же не такой дракон, какие у нас живут, — совсем упал духом Малфой.
— А какой я дракон? Я летаю, дышу огнём — значит, я тоже тёмная тварь. Как вы всё это ловко расписали для себя. Вы, значит, маги. А остальные — разумные волшебные существа? Смотрите, не скажите этого при вервольфах. Сегодня приглашу их к ужину, и вы позовите наших друзей, кто в замке не живет. Устроим небольшой приём в их честь. Кстати, ваш сын сейчас на тренировке со всеми мужчинами замка, хотите взглянуть? — спросил Дракон.
— Конечно, мне это было бы очень интересно, — ответил Люциус.
Монтермар написал записку Рагноку с просьбой передать Церингену портключ в замок, который он прикладывает, и сообщить, что его и кого он пожелает взять с собой ждут к 18.00 сегодня. После этого он вывел Малфоя на замковую стену и провел к участку, с которого был хорошо виден внутренний двор. Дракон по приходе Люциуса послал Долохову записку, что дела сегодня не дадут ему возможности присоединиться к тренировке и что он просит его, Антонина, взять сегодняшнее занятие на себя.
Внутренний двор превратился в тренировочный центр с двумя полосами препятствий. Дети сначала кувыркались на мате, потом бежали, перепрыгивая через препятствия, потом подтягивались на перекладине (в основном пока висели и пытались сделать это), затем делали под руководством Анхелики какие-то упражнения с небольшими гантельками, потом перелезали через невысокую стену, за которой снова на матах «качали» пресс.
У взрослых было все сложнее. Сначала бег с препятствиями, потом прыжки с «вертушкой» с двумя маховиками — нижним, который нужно перепрыгнуть, и верхним, под который нужно присесть. Затем перекладина, отжимания, пресс, пять кругов бега — и всё по новой. Судя по виду тренирующихся, занимались они уже где-то полчаса и изрядно подустали, но Антонин, тренируясь наравне со всеми, спуску им не давал. Когда закончившие пробежку маги остановились, тяжело дыша, он громко сказал:
— Пять минут на восстановление дыхания — и еще кружок.
Дети, поглядывая на то, как сурово тренируются волшебники, тоже старались не отставать. Глядя, как Драко, достаточно бодро преодолев препятствия, добрался до перекладины и повис на ней, безуспешно пытаясь подтянуться, Люциус спросил:
— Как мой сын себя ведет?
— Приживается, меняется потихоньку в лучшую сторону. Получил вчера полезный урок дружбы и взаимовыручки. Думаю, из него будет толк, — сказал Дракон.
— Мне бы тоже надо форму набрать, и остальным не мешало бы, — заметил Люциус.
— Приходите к семи каждый день. Вход свободный, — пошутил Монтермар.
Детская тренировка закончилась. Мальчики хотели прямо там присесть и отдохнуть, но Анхелика сказала:
— Никто не садится! Все идут в термы на водные процедуры, а потом на завтрак.
— Все слушаемся донну Анхелику, — поддержал её Долохов, — вперёд, в термы!
Взрослые маги и дети, еле передвигая ноги, поплелись в термы, предвкушая горячие ванны, парную и массаж. Люциус сказал Дракону:
— Совсем забыл рассказать. У нас оставалось еще трое маглорожденных первокурсников. Рональд Оуэн оказался дальней роднёй рода Монтегю. Но у мальчика была очень неблагополучная ситуация в семье. Оба родителя — ревностные католики — держали последние два года сына буквально под замком, не пуская даже в школу, так как считали его одержимым дьяволом. Джордж Гамильтон Монтегю с согласия родителей забрал у них сына и получил над ним полную опеку как в магловском, так и в магическом мире. А вот близнецов Николаса и Ирэн Брэдли не смогли разыскать — их не было по адресу, указанному в книге. Только вчера появилась их мать Аннабель Кимберли Брэдли и привезла детей. Оказалось, что она мать-одиночка и ездила в Бат, чтобы там подзаработать официанткой на чаевых в сезон на сборы детей в Хогвартс. При этом она чистокровная волшебница, окончившая Хогвартс с неплохими результатами, но почему-то жившая в магловском мире. Она никак не хотела идти с детьми в Гринготтс, пришлось применить легкий Конфундус, так как там явно скрывалась какая-то тайна. Проверка выявила, что отцом детей является Антонин, и он об этом не знает, так как к тому моменту, когда она узнала, что беременна, Долохов как раз женился. А потом уже мать не хотела, чтобы у детей был отец, сидящий в Азкабане. Надо ему после завтрака рассказать.
— Конечно, расскажите! Это даст ему большой стимул в жизни! Надо, видимо, поголовную проверку всех маглорожденных проводить, так, возможно, найдем потомков угасших родов, — задумчиво сказал Дракон. — Останетесь на завтрак?
— Пожалуй, да. Могу я пригласить сегодня, раз уж у нас небольшой приём, остальных наших сторонников: Уолдена Макнейра, Торфинна Роули, Лестера Гойла, Чарльза Крэбба, Гектора Уоррингтона и Татиона Флинта с супругами? — спросил Люциус.
— Зовите, я дам вам коллективный портключ, но до отправки возьмите с каждого Непреложный обет, — ответил Монтермар.
***
После завтрака Дракон пригласил Долохова к себе в кабинет. Малфой внимательно на него посмотрел и спросил:
— Антонин, тебе говорит что-то имя Аннабель Кимберли Брэдли?
— Аннушка, — немного смутился Долохов, — да, я был с ней близко знаком. А что такое?
— Судя по всему, очень близко, — сказал Люциус передавая Антонину пергаменты с результатами ритуала родства и фотографии детей.
Антонин внимательно все прочитал, то краснея, то бледнея, а потом сказал:
— Мне нужно немедленно их разыскать! Детки мои, такие хорошие, и имена дала русские: Ирочка и Коленька!
— Не нужно никого искать, — ответил Люциус, — сегодня к трем часам Нотт их доставит сюда. Считаю, что ты должен уговорить её на брак, а детей принять в род, но только не сейчас.
— Почему это не сейчас? — возмутился Долохов.
— Они в этом году поступают в Хогвартс. Ты хочешь, чтобы они пошли туда под твоей фамилией? — спросил Малфой.
— А почему бы и нет, — вступил в разговор Дракон, — поступят на Слизерин, там их в обиду не дадут, только нужно им найти сильного покровителя.
— Возможно, вы правы. Насчет покровителя подумаем, кто будет лучше, — ответил Малфой.
В этот момент в кабинете появился Бехар и сказал:
— Прошу прощения, могу я прервать на одну минуту ваш разговор, хозяин, у меня важное сообщение.
— Говори, — ответил Монтермар.
— Молодой мистер Блэк пришел в себя, — проговорил эльф.
— Отлично, сообщи еще лорду Принцу, пусть его осмотрит. Остальным пока ничего не говори.
***
Регулус Блэк лежал с открытыми глазами и никак не мог понять, что с ним случилось и где он. Только было он собрался позвать Кричера, как в дверь вошел Северус Снейп, который выглядел как-то... по-другому.
— Привет, Регулус! Как ты? — спросил тот со спокойным лицом и тревожными глазами. Регулус хотел ответить, что вроде неплохо, но не смог произнести ни слова, только издав какие-то хрипы.
— Подожди минутку, — сказал Северус, налил стакан воды и что-то в нее накапал, — давай я помогу тебе выпить.
Северус приподнял его голову и поднес стакан к губам. Регулус хотел взять его сам, но смог только немного приподнять руку, и она упала обратно на постель. Тогда он послушно выпил воду из рук Снейпа. Потом помолчал немного и снова сделал попытку заговорить.
— Что со мной, Северус? — хриплым голосом произнес Блэк.
— Ты совсем ничего не помнишь? Пещеру помнишь? — уточнил Северус.
— Точно! Пещера! Медальон! Инферналы! Я же умер??? Как я оказался жив? — изумился Регулус.
— Мы только недавно узнали твою историю и организовали операцию по поиску тела, а ты оказался жив. Сотни две инфери сожгли в той пещере. Знатное было сражение, — рассказал Северус, — и я теперь не Снейп, а лорд Принц. Но для тебя — всегда Северус.
— А долго я там был? — уточнил Блэк.
— Достаточно долгое время, — туманно ответил Северус, — но главное — ты жив, мама твоя тут и брат. Скоро с ними увидишься.
— Сириус? С матерью вместе? Шутишь? — удивился Регулус.
— Вот так вот жизнь повернулась. Твой старший брат переосмыслил ценности и почти привел свой мозг в порядок, за исключением того, что не лечится: безрассудства и глупости, — заметил Северус.
— А Кричер? — спросил Блэк, но Северус не успел ответить, так как домовик появился сам.
— Хозяин Регулус позвал своего недостойного Кричера! Как я рад, что вы живы! И леди Блэк так ждёт, когда вы проснетесь, и наследник Блэк тоже очень ждёт. Кричер позовет их?
— Ну давай уже, зови! — ответил Регулус.
— Тут вообще много наших, — сообщил Северус, — Барти, Басти, Рей…
В этот момент появился Кричер, держа за одну руку Вальбургу, а за другую Сириуса.
— Мой дорогой мальчик! — выдохнула Вальбурга, упав со слезами на грудь младшего сына, — это чудо! Слава Магии, ты жив!
— Ну что ты, мама, не нужно плакать! Я уже с тобой, всё плохое закончилось, — прошептал Регулус.
— Рег, братишка! Прости меня, что плохо думал о тебе! Ты оказался гораздо умнее и храбрее меня, — сказал Сириус, присаживаясь сбоку на кровать.
— Кто ты и куда дел моего брата Сири? — пошутил Регулус. — Ты тоже меня прости, брат.
— За что? — удивился Сириус.
— Мне нужно было оглушить тебя, похитить и найти хорошего мозгоправа ещё в школе, — грустно сказал младший Блэк, — твоё поведение так явно на это указывало.
— Да что ты тогда мог, — отмахнулся Сириус, — как выяснилось, никто не был виноват, кроме Дамблдора.
— Ментальная коррекция? — поинтересовался Регулус.
— В десять лет на дне рождения Джеймса, — ответил Сириус, — родители, и те не догадались.
— Мальчики мои, оставьте эти грустные воспоминания, — попросила Вальбурга, — у вас теперь вся жизнь впереди!
— Ну уж нет, мама! Этот старый хрен должен заплатить за все! — решительно ответил старший сын.
— Давайте я сейчас ещё раз осмотрю Рега, — вступил в разговор Северус, — потом Кричер принесёт ему лёгкий бульон, леди Вальбурга покормит сына и расскажет ему всё, что произошло, пока его не было. Потом позовёт меня, я дам Регу зелья, и он ещё поспит. Процесс восстановления не будет быстрым, поэтому торопить его не стоит.
Кричер в тот же момент исчез, поспешив на кухню, а Сириус, сжав на прощанье плечо брата, тоже тихонько вышел. Северус наложил несколько диагностических заклинаний и вынес вердикт:
— Состояние внутренних органов хорошее. Мышцы только атрофировались. Будем пить тонизирующее зелье и каждый день относить тебя в термы — парить, замачивать в термальной воде и делать специальный массаж.
— В термы? Мы что, в Италии? — удивился Регулус.
— Что мы, как мы, где мы — это мама тебе сейчас за бульончиком расскажет, — подмигнул другу Северус, — а я пошёл за зельем.
***
После завтрака дети отправились с Бэллой и Розой на пляж. Сил играть в индейцев после утренней зарядки не было, мальчики только болтались в воде и загорали на песке.
— Давайте будем друг другу рассказывать какие-нибудь истории, — предложил Тео.
— Расскажите сказку, чтобы Роза тоже послушала, — попросила Бэлла.
— Тётя, ей ещё и года нет, что она там поймёт! — фыркнул Драко.
— Я расскажу! — сказал Харри, который перечитывал каждую из своих немногочисленных книг много раз и знал их почти наизусть. — Ханс Кристиан Андерсен, «Дикие лебеди». Далеко-далеко, в той стране, куда улетают от нас на зиму ласточки, жил король. У него было одиннадцать сыновей и одна дочка, Элиза… они превратились в одиннадцать прекрасных диких лебедей, с криком вылетели из дворцовых окон и понеслись над парками и лесами.
— Отравить эту королеву нужно было, — вставила реплику Бэлла, — тоже мне, принцы.
— Тетя, не мешайте! — сказал Драко. — Давай, Харри, что там дальше!
— Было раннее утро; когда они пролетали мимо избы, где ещё спала крепким сном их сестрица Элиза… Затем она спустила жаб в прозрачную воду, и вода сейчас же вся позеленела. Позвав Элизу, королева раздела её и велела ей войти в воду. Элиза послушалась.
— Империус, наверное, на нее наложила, — снова прокомментировала Бэлла, — кто бы со здоровой головой послушался, когда явно тёмный ритуал проводится!
— Тётя! Вы опять! — шикнул Драко.
— Все, молчу-молчу, — сказала Бэлла.
И Харри продолжил:
— Элиза послушалась, и одна жаба села ей на темя, другая на лоб, а третья на грудь… но помни, что с той минуты, как ты начнёшь свою работу, и до тех пор, пока не окончишь её, хотя бы она длилась целые годы, ты не должна говорить ни слова. Первое же слово, которое сорвётся у тебя с языка, пронзит сердца твоих братьев, как кинжалом.
— Вот Моргана дала заданьице бедной девочке! — ругнулась Бэлла, — сами тюфяки ничего не сделали, чтобы сестре помочь, а она теперь мучайся.
Драко ничего уже не стал говорить, только укоризненно посмотрел на тётку. Харри же рассказывал дальше:
— И фея коснулась её руки жгучей крапивой; Элиза почувствовала боль, как от ожога, и проснулась … И он посадил её на седло перед собой; Элиза плакала и ломала себе руки, но король сказал: — Я хочу только твоего счастья. Когда-нибудь ты сама поблагодаришь меня!
— Умыкнул король прынцессу, только не знает, что у нее довесок в двенадцать оборотней-птиц, — прокомментировала Бэлла, а Харри, видимо, смирившийся с этим, продолжал как ни в чем не бывало:
— И повёз её через горы, а охотники скакали следом… На широких могильных плитах сидели отвратительные ведьмы; они сбросили с себя лохмотья, точно собирались купаться, разрывали своими костлявыми пальцами свежие могилы, вытаскивали оттуда тела и пожирали их.
— Стоп! Вот тут стоп! Что это за ведьмы такие в твоей сказке? — возмутилась Бэлла.
— Тётя, — миролюбиво сказал Харри, — это же магловская сказка, они вот так ведьм себе представляют.
— Ничего себе, как они о нас думают! Нужно переписать эту сказку так: «сидели прекрасные ведьмы в шикарных платьях и пили кофе с пирожными», и уж точно не на кладбище!
— Обдумаем этот вопрос, — сказал Харри и продолжил: — Элизе пришлось пройти мимо них, и они так и таращили на неё свои злые глаза… И народ присудил — сжечь королеву на костре!
— Надо было этого архиепископа Авадой приложить. Поди, сам на короля глаз положил, — снова была недовольна сюжетом Бэлла.
— Из великолепных королевских покоев Элизу перевели в мрачное, сырое подземелье с железными решётками на окнах, в которые со свистом врывался ветер… Это знамение небесное! Она невинна, — шептали многие, но не смели сказать этого вслух.
— Ну, наконец-то, просветление в мозгах настало! — обрадовалась Бэлла.
— Палач схватил Элизу за руку, но она поспешно набросила на лебедей одиннадцать рубашек, и… Все церковные колокола зазвонили сами собой, птицы слетелись целыми стаями, и ко дворцу потянулось такое свадебное шествие, какого не видал ещё ни один король!
— Я бы за этого козла не вышла, — заявила Бэлла, — потом снова придет кто-нибудь, что-то нашепчет ему в ухо, и он тебя снова на костер погонит.
— Спасибо, Харри! — сказал Тео, промолчавший весь рассказ. — Такая интересная сказка, у магов нет похожего, а еще расскажешь?
— Давайте, мальчики, покупаемся, а потом под тент — солнце уже высоко, Драко и Тео обгорят, а тебе, Харри, твою чернявую голову напечет. Там выпьем по фруктовому коктейлю со сказкой, — предложила Бэлла.
Ребят уговаривать не пришлось, и они с криками побежали к океану. На этом пляже было мелко, и у берега вода хорошо прогревалась, потому купаться было одно удовольствие. Пока мальчишки брызгались и топили друг друга, Бэлла возила по воде Розу, подложив ей руку под животик, и наслаждалась всем: океанской водой, голубым безоблачным небом, весельем ребят и теплым пузиком у неё на руке.
Через полчаса все устроились на шезлонгах с коктейлями из соков, и Харри начал новую сказку:
— Шарль Перро, «Золушка». Жил-был один почтенный и знатный человек. Первая жена его умерла, и он женился во второй раз… Поэтому сестры, а за ними и все в доме прозвали ее Золушкой.
— Подходит ей прозвище. Такая бесхарактерная, я б им там устроила «сладкую» жизнь — и мачехе, и дочкам её, — озвучила свое мнение Бэлла, а Харри, пропуская её слова мимо ушей, продолжал:
— А все-таки Золушка в своем стареньком платьице, перепачканном золою, была в сто раз милее, чем ее сестрицы, разодетые в бархат и шелк… Она была фея — волшебница — и слышала не только то, что говорят, но и то, что думают…
— Легилимент крестная её — полезное умение, — добавила Бэлла.
— Если ты опоздаешь хоть на одну минутку, сказала фея, твоя карета снова сделается тыквой, лошади — мышами, лакеи — ящерицами, а твой пышный наряд опять превратится в старенькое, залатанное платьице.
— А с трансфигурацией у этой волшебницы большие проблемы — фантазии много, а сил маловато. До двенадцати ночи — слабосилок она какой-то, — фыркнула Бэлла, — могла бы хоть до утра заколдовать.
— Не беспокойтесь, я не опоздаю! — ответила Золушка и, не помня себя от радости, отправилась во дворец… башмачок был точь-в-точь по ножке, а ножка — по башмачку.
— Волшебницы ему не попалось, мне бы любой размер был как раз: что увеличить, что уменьшить — это разве проблема? И жениться бы пришлось — а нечего давать опрометчивых обещаний! — прокомментировала Бэлла.
— Сестры замерли от удивления. Но еще больше удивились они, когда Золушка достала из кармана вторую хрустальную туфельку… А через несколько дней сыграли веселую свадьбу.
— Мне только одно непонятно, — сказала Бэлла. — Имея крестную волшебницу, почему Золушка не попросила проклясть мачеху и дочек сразу, как только они стали свои правила дома устанавливать? А там бы спокойно и на балы ездила, и принца окрутила. Все-таки маглы глуповатые. Но сказка хорошая, и рассказчик ты, Харри, замечательный! А теперь домой — скоро обед!
***
Барти и Август перед обедом занесли Монтермару шкатулку-ловушку: наконец им удалось поймать часть души Риддла. Вальбурга рассказала, что Регулус пришел в себя, с ним все в порядке, только мышцы ослабли, что порадовало всех. Дракон заявил:
— Сегодня вечером у нас будет небольшой приём в парадной столовой. Я жду важных персон, и Люциус приведет еще много гостей — прошу всех соответствовать. Эльфы в вашем распоряжении. Леди Вальбурга, прошу вас быть сегодня за хозяйку мероприятия, за неимением у меня оной.
— Это честь для меня, милорд, все будет в полном порядке, не волнуйтесь. К которому часу ожидаются гости?
— Мои будут в шесть, но мы сначала будем общаться приватно, остальные от семи до семи тридцати. До восьми хотелось бы сесть за стол.
— Все будет вовремя, — пообещала Вальбурга.
***
После обеда Антонин и Монтермар ожидали в кабинете Нотта. Тот прибыл, а с ним приятного вида шатенка лет тридцати пяти — сорока и двое детей. Девочка была больше похожа на мать, а мальчик — копия Долохова, который, глядя на них, прослезился.
— Вы наш отец? — серьезно спросил Николас.
— Да, сын, но я только сегодня утром узнал о вашем существовании и безумно рад, что вы есть! Идите ко мне, я вас обниму.
Дети с опаской подошли к незнакомому им человеку, поглядывая на мать, которая им кивнула. Первые объятия вышли неуверенными и оттого неуклюжими, но начало было положено.
— Давайте, дети, вы немного посмотрите замок, наверняка вам интересно, куда вы попали, а взрослые чуть-чуть поговорят, — сказал Дракон. — А как только мы закончим, вас сразу позовут. Договорились?
Брат с сестрой дружно кивнули. Монтермар вызвал Сириуса — как обладателя самого легкого характера — и попросил его провести детей по стене и показать им все, что они захотят. Тот с готовностью согласился и увел Ирэн и Николаса, пообещав им, что они увидят много интересного.
— Я сейчас кое-что скажу от себя и оставлю вас одних, — сказал Дракон. — Мисс Брэдли, то, что вы скрыли детей на то время, было очень правильно. Но сейчас я бы просил вас дать Антонину возможность признать их и принять в род. Не мне вам объяснять, что с родовой поддержкой их магия станет сильнее. И подумайте о том, что вам предложит Антонин. Я же со своей стороны предоставляю вам и детям проживание в моем замке на неограниченный срок, что бы вы ни решили. А теперь я покину вас, встретимся вечером на приеме. Антонин, не забудь распорядиться эльфам насчет одежды для мисс Брэдли и детей, и вот, — он протянул Долохову маленький пергамент, на котором было написано:
«Если согласится на свадьбу, помолвочные кольца в правом верхнем ящике стола в зеленом футляре», а сам направился в мастерскую, где рассчитывал найти Басти и Рея, так как помнил, что обещал им сегодня попозировать.
Через двадцать минут с крыши донжона под восторженные крики Раба, Рея и Барти взлетел угольно-черный дракон. Он отлетел подальше, а потом направился прямо на зрителей: Рей делал колдографии, а задачей Рабастана и Барти было смотреть с разных ракурсов, чтобы потом извлечь воспоминания. Монтермар, как и обещал, громко поревел и подышал огнём, но аккуратно, стараясь не задеть замок. Сириус и дети Долохова как раз были на стене замка, и это зрелище привело их в дикий восторг. Такого они от сегодняшнего визита точно не ожидали.
— Надеюсь, мама согласится на предложение отца, — тихо шепнул Николас Ирэн. — Жить в замке с драконом на острове в океане — это не в каморке над рестораном с одной кроватью на троих.
— И отец наш, по-моему, добрый человек, по крайней мере, он был искренне рад нас всех видеть, — шепнула ему в ответ сестра.
В этот момент рядом с ними возникли мать с отцом, доставленные эльфом.
— Дети, — сказала Аннабель, сверкая помолвочным кольцом с бриллиантом на пальце, — ваш отец сделал мне предложение выйти за него замуж, и я его приняла.
— Урааааа! — радостно закричали Николас и Ирэн.
— Здорово, поздравляю, — сказал Сириус, хлопнув по спине Долохова, — на свадьбе погуляем!
