Kass2010
boosty
Удачная сделка. Глава 38
🕑 Added 2022-07-18 17:58:40 +0000 UTC
Утром он вставал, завтракал, затем шел в парк, где ухаживал за разными волшебными животными в качестве класса по магозоологии. Потом возвращался в дом и изучал, что написано в учебнике о том или ином животном, далее конспектировал новые знания и добавлял пометки о том, что он заметил в ходе практики.
Затем он проделывал комплекс упражнений, назначенный ему целительницей.
После гимнастики у Гарри был перерыв для того, чтобы что-нибудь поесть, а затем у него были занятия по искусству, музыке, риторике и искусству управления своим поместьем. Всем этим с ним занимался сам лорд Лестрейндж. Корвус очень бы хотел проводить с Гарри как можно больше времени, но у него были свои обязанности, которые он должен был выполнять, в том числе и работа в Визенгамоте.
Далее шел еще один перерыв, после которого Гарри занимался с приходящими наставниками разными науками, начиная от Древних рун и Трансфигурации, заканчивая Магическим правом.
Учебный день Гарри заканчивался ровно в шесть тридцать, к ужину. Остальное время он мог тратить по собственному усмотрению, если только наставники не задавали ему домашних заданий, которые приходилось выполнять уже после ужина.
Его единственным свободным днем было воскресенье. Оно было свободным за исключением времени, которое он тратил на посещение Сириуса. Хотя и в больнице на встречах с крестным он мог делать все, что ему нравится. К примеру, он много читал Сириусу вслух.
Еще из свободного времени стоило вычесть конные прогулки с Корвусом, который считал, что Гарри обязательно должен овладеть верховой ездой. Пока он ездил на небольшие расстояния и на спокойной кобылке, чтобы минимизировать шанс упасть и что-нибудь себе сломать. Со временем расстояние прогулок увеличилось. Гарри с Корвусом уже совершали поездки вокруг поместья Лестрейндж.
Их первая конная прогулка состоялась сразу после первого посещения им Сириуса. Корвус подождал пока Гарри примет все свои зелья и предложил прокатиться чтобы очистить разум, а потом спокойно поговорить, если конечно Гарри этого захочет.
— Как, ты ждешь наш отпуск во Франции? — спросил Корвус, глядя прямо перед собой, когда его лошадь шла рысью. Гарри ехал рядом, стараясь не отставать и у него уже неплохо получалось.
— Определенно, — сказал Гарри, — я жду с нетерпением и радостью. Я никогда не был нигде, кроме Хогвартса. Однажды Был с Дурслями в зоопарке, но эта поездка кончилась катастрофически, и не стоит того, чтобы вспоминать о ней.
— Теперь все будет по другому, — заявил Корвус, — как можно быть разносторонне развитым и образованным, если ты не повидал мир и не погрузился хотя бы отчасти в разнообразие его культур?
Гарри промолчал, крепко сидя в седле он наслаждался пейзажами парка, их спокойствием и безмятежностью.
— Расскажешь, как прошла твоя встреча? — осторожно спросил Корвус, быстро взглянув мальчика, что ехал рядом с ним. Он чуть было не пожалел о заданном вопросе, когда лицо Гарри немного нахмурилось. Очевидно, все прошло не так уж и хорошо, как он понял из отчета, полученного от Антонио. В любом случае это был взгляд со стороны, чувства Гарри, они только его собственные.
— Я чувствую… немного плохо, — признался Гарри, его голос звучал расстроенно. — Когда я рассказал ему о том, что Дамблдор был Верховным чародеем Визенгамота, тогда когда он попал в Азкабан, Сириус был буквально раздавлен и опустошен. Он быстро ушел, я заметил у него слезы. Я заставил своего крестного отца плакать, у него произошел настоящий срыв.
— Многие люди готовы целовать землю, по которой прошел Дамблдор. Блэк просто был одним из них, — сказал Корвус. — Конечно ему было больно узнать и понять, что он всего навсего расходный материал в планах старика. Альбус заставляет своих пешек чувствовать себя нужными и важными, а сам жертвует ими, когда этого требует его игра.
— Сириуса так сильно предали, а он отказывается верить во многое. Например в то, что этот его друг, Люпин, просто ушел и бросил меня. Это выглядит так, как-будто Блэк не способен думать плохое о ком-либо. Все, что у Блэка есть прямо сейчас, — это его воспоминания, — осторожно пояснил Корвус, — осознание реальности в значительной степени пока недоступно для него. Кроме того дементоры сильно повлияли на его эмоции. Например, твой вид может сделать его немного одержимым и пока он не научится заново самоконтролю ему придется пока побыть в больнице Святого Мунго, где он всегда получит необходимую ему помощь. Никто точно сейчас не знает понадобятся ли ему недели или месяцы, чтобы снова адаптироваться к реальному миру.
— Родольфу с Басти тоже будет непросто, когда они выйдут из Азкабана, — сказал Гарри вслух, размышляя о влиянии дементоров на людей, но он был уверен, что братья Лестрейндж уже выздоравливали благодаря его заботе и новым тюремным правилам.
—Да, — задумчиво согласился Корвус, который видел как нестабильны были эмоции его старшего сына в первые их дни посещений, легко переходящие от ярости и гнева к полной апатии и истощению. Он начал стабилизироваться, в основном благодаря зельям, которые Гарри добавлял в горячий шоколад в каждый визит. — Со временем Сириус успокоится. В его состоянии виноват не только Азкабан и дементоры, но и наследственность. Блэки, как известно, могут быть чрезвычайно импульсивны и жестоки.
— Как Белла? — спросил Гарри и прикусил губу. — Ты пробовал что-то сделать для того, чтобы расторгнуть брачный контракт Беллатрисы и Родольфа?
Это был дерзкий вопрос, учитывая, кем был Корвус и с каким вниманием он относился к деталям любых документов. Гарри получил копию того брачного контракта от Корвуса в прошлое воскресенье перед сном. Гоблинам потребовалась неделя, чтобы найти ее оригинал в хранилищах Блэков, так что получил Контракт только сегодня утром.
— Конечно, я пытался, — ответил Корвус. — Родольф изо всех сил пытался контролировать поведение своей жены, которое было совершенно нелепым и обескураживающим. Моя невестка позорила имя Лестрейндж, совершенно игнорируя свой долг обеспечить род наследником. Единственным, кто мог заставить Беллатрикс вести себя более менее прилично, был Том. Но его забавляло многое из того, что она творила. Но магический брат не так то просто разрушить. Мир маглов позволил бы сделать это гораздо проще.
Корвус помолчал, а потом добавил: — Вот почему нужно быть осторожным при выборе партнера. Даже если вы вступаете в брак с чистокровным.
— Когда ты и Дорея заключили этот контракт, вы действительно собирались его использовать? — спросил Гарри, подталкивая свою кобылку и срывая яблоко с дерева. Оно было таким красивым и аппетитным, что мальчик не смог удержаться.
— Мы хотели, — печально проговорил Корвус, — к сожалению, у Дореи и Чарльза, и у нас с женой были только волшебники, и ни один из них не является носителем, что делало такой союз неподходящим. Плюс, Чарльз не одобрял договорные браки и, вероятно, не стал бы заставлять своего сына жениться на ком-то, кого он не любил.
— Не являлся Носителем? Носителем чего? — удивленно взглянул на Корвуса Гарри, отвлекаясь от своей охоты на яблоки.
Корвус откашлялся, несколько секунд посмотрел внимательно на мальчика и произнес: — Носитель — это тот, кто способен носить ребенка в своем теле. Это встречается все реже и реже, так как кровь существ не активируется у потомков. Чтобы выяснить является ли мальчик потенциальным Носителем проводится простой тест еще при рождении ребенка.
— Кровь существ? — переспросил Гарри, так как звучало это весьма непонятно.
— Кровь волшебных существ от нагов до гоблинов. Многие волшебные рода смешивали свою кровь с волшебными существами, чтобы усилить себя. Обычно это кровь спит у магов, но если она активна, ребенок рождается Носителем.
От такой ошеломительной информации Гарри замер с откушенным яблоком во рту.
— Многие предпочитают скрывать такую информацию. Волшебный мир, конечно, не так полон предрассудков как магловский, но есть часть волшебников, темных и малообразованных, которые считают Носителей «нечистыми», несмотря на то, что история показала, что те у кого есть хоть малая примесь крови волшебных существ особенные, одаренные и чрезвычайно магически могущественны.
— О! — все, что мог ответить на это Гарри.
Он чуть не расхохотался, просто представляя реакцию своего дяди если бы ему рассказали, что у магов и мужчины могут забеременеть.
Увидев недоумевающий взгляд Корвуса, пытающегося понять его странную реакцию на это информацию объяснил:
— Я представил взгляд Вернона, если бы он узнал об этом.
Корвус ухмыльнулся. Он никогда не встречался с Дурслем, и если бы встретился, то только для того, чтобы послать в него заклинание Авада Кедавра. Он не хотел слышать их оправданий. Они заслуживали всего самого наихудшего за свои действия по отношению к волшебному ребенку. Они уже платят за свои действия, но не так сильно, как ему бы хотелось.
— Готов вернуться? — спросил Корвус, заметив, что Гарри слегка дрожит.
— Сразу после того, как я добуду еще несколько яблок, — ответил Гарри, поднявшись в стременах, чтобы сорвать побольше плодов с ветвей, на которых они сидели.
— Сто лет не ел яблочного пирога с корицей. Я готовил его для Дурслей. Тетя Петуния всегда требовала совершенства, но есть его мне не давала. Мне иногда удавалось украсть кусок. Но сделать это было трудно. Тем не менее, я находил способы. Одного куска, конечно, было недостаточно, но он успокаивал ворчащий желудок на некоторое время.
Лицо Корвуса исказилось в кипящей ярости, когда он слушал, как Гарри произносит эти слова. В очередной раз столкнувшись с осознанием того, что Гарри готовил для этой неблагодарной семьи в течение многих лет в таком нежном возрасте никогда не позволять себе ничего. — Я уверен, что домовые эльфы испекут его для тебя, если ты попросишь. Просто отдай им яблоки.
К удивлению Корвуса, Гарри согласился, не упомянув о том, чтобы приготовить его самому. Видимо устал.
Как только Гарри посчитал что яблок достаточно, а Корвус уменьшил их и спрятал в карманы, они заставили лошадей повернуть в сторону конюшен, позволив им бежать немного быстрее.
Через пятнадцать минут они благополучно вернули лошадей в стойло, заменив старое сено было заменено новым. Гарри украдкой дал своей кобылке кубик сахара, и благодарно ее похлопал.
— Давай отдадим яблоки домовикам, — сказал Корвус.
— Как ты думаешь, меня проверили при рождении? Могу я быть Носителем? — спросил Гарри рассеянно. Было так много всего, чего он еще не знал об этом мире и о себе.
— Невозможно сказать. Это зависит от того, были ли у твоей матери домашние роды или она родина тебя в больнице Святого Мунго. Она сама могла и не знать о такой возможности из-за своего воспитания, но твой отец, определенно должен был быть в курсе. В больнице Святого Мунго хранятся истории болезни всех волшебников. Если попросить твою, то там можно найти эту информацию. лучше зайти туда лично, а не просить отправить ее совой, слишком много возможностей перехватить такие отправления.
— А можно сделать новое тестирование? Что для этого нужно? — уточнил Гарри.
— Одна капля крови раскроет все, что нужно знать, а простое заклинание занимает не более нескольких мгновений, — сообщил Корвус, похлопав Гарри по спине, когда тот направился на кухню. Сам Корвус проследовал в кабинет. У него было много непрочитанной корреспонденции. Сев за свой стол он стал думать. По-видимому, Блэк не поднимал вопроса усыновления иначе Гарри не был бы так спокоен. Он был лишь подавлен из-за реакции Блэка на информацию о Дамблдоре. Следовало ожидать, что Блэк почитал старого дурака, в ущерб своей семье. Им полностью манипулировали, заставляя верить, что все Блэки темными и злыми магами.
Корвус еще раз вздохнул и взялся за переписку. Большинство писем были счетами за провизию для дома и животных, находящихся под его опекой. Он отправил Гринготтсу чеки с Локи, чтобы гоблины отправили средства с его счета поставщикам. Затем были послания от знакомых, на некоторые из них он отвечал, другие оставил без ответа. Пришла информация о Ремусе Люпине. Он не был мертв и жил в Лондоне, в маленькой квартире и вел почти нищенское существование. Люпин поменял двадцать девять рабочих мест за последние десять лет нигде не оставаясь надолго. Его увольняли из-за «постоянных необъяснимых отсутствий на работе». Дамблдор не покончил с ним, что было прискорбно.
Раздался стук в его частично приоткрытую дверь. Было видно, что там стоит Гарри.
— Войди! — громко сказал Корвус.
— Я знаю, как это сделать! — воскликнул Гарри, почти подпрыгивая на месте от нетерпения, а на его лице была большая радостная улыбка. В руках мальчик держал какие-то пергаменты.
— И? — улыбнулся Корвус.
Гарри быстро разложил на столе то что принес.
— Это очень, очень просто, — быстро сказал он Корвусу, — только я не нашел, где сказано, могу я это сделать сейчас или придется ждать пока мне исполнится пятнадцать лет. Вот, смотри. Это контракт для Блэков. Если бы Белла была лишена наследства и ее отсекли бы ото рода, то есть она больше не была бы Блэк ни по имени, ни по крови, то ее имя будет удалено с Блэковского гобелена и, автоматически, из Контракта, так как записанная в нем волшебница просто перестанет существовать! Я сейчас наследник Блэк и буду лордом Блэком, когда мне исполнится пятнадцать! Я смогу отсечь Беллатрису и и полностью лишить ее наследства!
— Это довольно кардинальное решение, — признался Корвус, — ты должен понимать, что она при отсечении от рода потеряет значительную часть своей магии, и их внешность также может измениться, отнимая родовые черты.
Отсечение от рода в мире магов мыло крайней мерой. Семья значила для волшебников все. Выбросить кого-то из нее обычно означало, что он или она сделали что-то настолько плохое, что даже семья больше не могла этого терпеть.
— Но это освободило бы Родольфа от необходимости оставаться с ней в браке, — отметил Гарри. — Так же, согласно их Контракту, у Беллы и Рода данный момент обязательно должен быть наследник. Вы можете использовать это, как дополнительный аргумент для инициации развода.
То что говорил Гарри звучащий обнадеживающе. Пусть это будет жестоко по отношению к Беллатрикс. Даже ее хранилища будут аннулированы, она стала бы безымянной и без гроша в кармане и изгнанная из жизни.
— Это все верно, — ответил Корвус, кивнув, — однако Том в свое время очень восхищался Беллатрикс… Я имею в виду того Тома, который Темный Лорд. Он может быть чрезвычайно расстроен.
— Но она же не умрет! — хмыкнул Гарри.
— Вполне возможно, что она могла бы. Это будет сильный шок, а в ее состоянии он может стать катастрофическим.
Если честно, сам Корвус и одной слезы не пролил бы при таком исходе. Даже на темной стороне все знали Беллатрикс и настороженно относились к ней, стараясь не иметь с ней дел. Даже Пожиратели Смерти.
— Думаешь? Об этом в книге ничего не сказано, — ответил Гарри.
— Просто писавший это не учитывал, что отсекаемый пребывает в пожизненном заключении в Азкабане, — заметил Корвус и слегка ухмыльнулся.
Гарри хихикнул, прижав руку ко рту, его зеленые глаза сверкали от веселья.
— Принеси книгу, я сам прочту, что там написано, — решил Корвус. — Но Гарри, понимаешь ли ты другие последствия. Весь Магический мир узнает о том, что ты Лорд — Блэк.
Гарри серьезно кивнул: — Да, я знаю.
Он, честно говоря, не заботился ни о ком другом кроме тех, о ком заботился. Он собирался помочь Родольфу, как только сможет. Корвус хотел, чтобы Родольф развелся с Беллатрикс, чтобы в будущем у него нормальная семья. Если он может сделать это для них, так почему, дракл побери, ему этого не сделать? Ради мнения каких-то чужих ему волшебников? Людей, которых он не знал? Да кто они такие, чтобы судить его?
— До того, как мне исполнится пятнадцать лет, никто ничего не узнает, — прямо сказал Гарри. — Единственным недостатком является то, что, возможно, все подумают, Сириус стал лордом Блэком и сделал это.
— Это правда, но если хоть кто-то из репортеров догадается сделать запрос, то узнает, что Сириус даже не наследник, а не то, что лорд Блэк.
— Кстати ты сказал на последнем занятии, что я отвечаю за каждого Блэка. Значит ли это то, что я должен назначать им содержание?
— Из Блэков остались только женщины и все они замужем, потому содержание им не положено, так как они больше не считаются Блэк. Они переходят в род мужа со своим трастовым хранилищем, Больше от рода они ничего не получают. Что касается Сириуса, то ему не понадобится содержание, так как он имеет собственные средства. Если он пустит свои деньги в оборот, то больше никогда не будет нуждаться в чьей-либо помощи.
От семей Поттер и Блэк не осталось никого, о ком Гарри заботится, пока у него не появятся собственные дети.
И разве не было очень обидно, что они не будут Лестрейндж?
Comments
Olga
<div ><div><span class="text">Спасибо!</span></div></div>
Анна Чернова
<div ><div><span class="text">Спасибо большое</span></div></div>
