Kass2010
boosty
Глава 10. Хэллоуинский бал
🕑 Added 2022-08-02 11:21:36 +0000 UTC
— Хозяйка! Утром рано заходил декан Слизерина, принёс зелья, вас велел не будить, но предупредить, что он зайдёт в обед, чтобы с вами походить по комнате.
— Спасибо, Тирли. Давай завтрак, зелья и книгу с моего стола в кабинете.
В обед действительно пришёл Снейп. Я спустила ноги с кровати и осторожно встала и сделала несколько небольших шагов с поддержкой профессора. Получилось неплохо: голова совсем не кружилась, осталась только слабость, о чём я и сообщила коллеге.
— Вот и хорошо, теперь обратно попробуйте сами дойти, а я подстрахую, — сказал Снейп.
Дорога обратно до кровати далась мне легко, но, дойдя до неё, я с удовольствием села, так как исчерпала за эти несколько шагов все силы.
— Ничего, не расстраивайтесь! Не забывайте принимать все мои зелья и через неделю будете, как новенькая.
— А вы пообедали?
— Пообедал.
— Врёте, когда бы вы успели.
— Я перекусил у себя, я часто так делаю, не обращайте внимания. Вы гостя-то ждёте?
— Гостя? А Элбана! Да, жду. А когда он придёт?
— Я зайду после ужина, устрою вас на диване в гостиной, а потом приведу вашего посетителя.
— А зачем на диване в гостиной? Я и тут хорошо лежу.
— Вы собираетесь принимать постороннего мужчину в спальне в дезабилье?
— После того, как мистер Булстроуд видел меня, можно сказать, в нижнем белье, думаю, остальное его не удивит.
— Но мы же в школе, давайте не будем порождать ненужные слухи.
— А то, что вы постоянно торчите у меня в спальне — не повод для сплетен?
— В данный момент я ваш целитель, а потому могу быть где угодно и сколь угодно долго.
— Ладно, убедили. Приму Элбана в гостиной.
***
В половине восьмого общими стараниями Тирли и профессора я полулежала на куче подушек на диване в гостиной под тёплым пледом, натянутым по самые уши, как будто я не голову разбила, а выздоравливаю от пневмонии. В восемь Снейп привёл мистера Булстроуда, который взволнованно поздоровался и сел в ближайшее ко мне кресло.
— Вы хотите составить нам компанию? — спросила я у профессора, который так и стоял посередине комнаты.
— Нет, я сейчас уйду и вернусь через некоторое время. Помни, Булстроуд, что я тебе сказал, — обратился он к Элбану.
— Я всё помню, Снейп, иди уже, дай нам поговорить.
Профессор ушёл, а Булстроуд стал расспрашивать меня сначала о самочувствии, потом о происшествии, потом о расследовании.
— Не понимаю, — сказал он, — почему директор не разрешил отправить вас в Мунго?
— Я думаю, он не хотел огласки. Две ученицы, которые намеренно причинили вред преподавателю и никто из профессоров не заметил их странного поведения — всё это вызвало бы много вопросов у общественности. Мне только интересно, что бы он стал делать, если бы я, всё-таки, умерла! Закопал мой труп во дворике часовой башни и сообщил всем, что я уволилась и уехала?
— Какие страшные и странные мысли приходят вам в голову!
— Совсем не странные! Давайте рассуждать логически. Травма была очень опасная, как сказал Северус.
— Северус? Вы зовёте Снейпа по имени?
— А почему бы и нет? Он же мой коллега. А здесь все преподаватели обращаются друг к другу по имени, по крайней мере, он мне так сказал.
— То есть, это он вас попросил называть его по имени?
— Ну, а кто ещё? Не Дамблдор же.
— Очень интересно!
— Вот тут, как раз, ничего интересного. Давайте вернёмся к важному! Итак: рана серьёзная, Северус требует отправить меня в Мунго, Дамблдор отказывает и приказывает ему лечить меня здесь. Предположим, что он не справился. Я умерла. Что вы станете делать на месте директора?
— Как что? Вызвать родственников и авроров.
— У меня нет близких родственников, кроме десятилетнего племянника, который сейчас учится в Бразилии. Никто не станет меня искать как минимум месяц. Есть соблазн скрыть мою смерть?
— Но зачем?
— Чтобы избежать, во-первых, скандала, а, во-вторых, возможно наказания, так как вы, как директор, запретивший мою отправку в Мунго, косвенно виновны в моей смерти.
— Хм, непростой вопрос. Если посмотреть на дело с такой стороны, то да. Если я директор, а вас никто не начнёт быстро искать… Ужас, о чём я думаю! Я бы никогда так не поступил!
— Поступили бы, уж себе-то не врите. Что-то мне подсказывает, что у вас в биографии могут быть некие сомнительные моменты, которые и не с таким были связаны.
— Это вам Снейп рассказал?
— Абсолютно нет! Мы никогда вас с ним не обсуждали. Хотя нет, был один раз: он спросил меня, знаю ли я, сколько вам лет, и всё, больше ничего о вас не говорил.
— А возраст назвал?
— Да, нет. Я сказала, что для меня это неважно, и мы больше этот вопрос не поднимали.
— Мне сорок девять, в декабре исполнится пятьдесят.
— Для мага самый расцвет, чего вы смущаетесь?
— Мне кажется я намного вас старше. И у меня есть дочь, которой десять лет.
Тут я вспомнила, как именно упоминалась эта фамилия в книгах и в фильмах! Никакого Элбана я не помнила, потому, что его там не было, а была Миллисент Булстроуд — слизеринка, ровесница Гарри. В книгах она была описана крупной брюнеткой с карими глазами и массивной челюстью, а в кино её сделали не крупной, а конкретно толстой. Да ещё Спивак в своём переводе обозвала Булстроудов Бычешейдерами. Она вообще любительница «говорящих» имен: Кандальер, Зловестра, Гнусли, Гадвуд. Всё-таки её перевод я так и не оценила, чтобы там ни писали её сторонники. Булстроуд завозился в своём кресле, видимо, приняв моё затянувшееся молчание за неодобрение того, что у него есть дочь.
— О, простите, Элбан, я сильно задумалась, наверное. Просто вспомнила кое-что, к вам это совершенно не относится. А как зовут дочку?
— Её зовут Миллисент, — облегчённо вздохнул мужчина и в этот момент в дверь постучали, и, не дождавшись ответа, в гостиную вошёл слизеринский декан, он же по версии Спивак Злодеус Злей. Надо отметить, что выглядел он именно как Злей, умеет он так вот подать себя.
— Время вышло, — сказал он и сделал Элбану приглашающий к выходу жест рукой.
— А у меня тут что, как в тюрьме? Свидания, ограниченные по времени? — возмутилась я таким самоуправством.
— У вас тут как в больнице, где ваш целитель решает, сколько без вреда для своего здоровья вы сейчас можете общаться.
— Ну, хорошо, — вздохнула я, — до свидания, Элбан, и вам, Северус, тоже до свидания и спасибо за содействие.
***
До самого воскресения этот Злей продержал меня в моих покоях, но, надо отдать должное, к новой рабочей неделе я действительно совершенно поправилась и вышла к обеду в Большой зал. Преподаватели мне покивали, а профессор Флитвик, когда я уселась на своё место, неожиданно спросил:
— Септима, вы случайно не в курсе, что готовят мои студенты к концерту на хэллоуинском балу?
— Нет, я же не выходила из своих покоев! А почему вы думаете, что я должна быть в курсе?
— Это предположение. Просто мои вороны очень редко, можно сказать никогда, не участвовали в таких мероприятиях добровольно. А сейчас они который день собираются в дуэльном зале и что-то там репетируют по нескольку часов подряд.
— И вы, Филиус, не одиноки в этом предположении. Змейки тоже будут выступать, представляете? Видимо нас ждёт очень неожиданное представление.
— Я знала только про двух человек из Рейвенкло и двух слизеринцев, которые обещали выступить, но про остальных ничего не могу сказать.
— И кто же эти люди? — поинтересовался Флитвик.
— Маркус Бэддок, Алекс Паркинсон, Карлус Бёрк и Роберт Хиллиард.
— Понятно. Думаю, эти молодые люди тоже будут выступать, но готовятся там намного больше студентов.
— Так и хорошо же! А какой у вас будет костюм, профессор Флитвик?
Декан Рейвенкло удивлённо воззрился на меня:
— Костюм? Вы считаете, мне может подойти какой-то костюм?
— Да вам подойдет любой! Просто носите его так, как будто делали это всегда.
— Действительно, а Северус? Может, мне тоже надеть костюм?
— Меня Септима тоже уже практически убедила, посоветовала одеться вампиром, чтобы не разочаровывать некоторые слои нашего хогвартского общества.
— Вампиром, — засмеялся Флитвик, — это отличная идея! А у вас какой будет костюм, Септима?
— Я ещё не решила, но в самое ближайшее время определюсь!
***
Вечером я ходила по гостиной туда-сюда для здоровья и размышляла. Кем я могу быть на балу? Пираткой? Разбойницей? Цыганкой? Старой колдуньей? Стоп! Мне сейчас всего двадцать пять, отличная фигура и волосы — может Белоснежка? Шахерезада? Было бы неплохо выйти в прозрачных штанцах и золочёном лифчике, но, боюсь, Дамблдор этого не переживёт. Да и не только он. Может, ангелочек? Или наоборот — дьяволица? Надо вспомнить какая у меня в детстве была самая большая мечта… Вот, Золушка! Мне нужно платье как у диснеевской золушки и попрошу Флитвика сделать на туфли иллюзию, чтобы они выглядели как хрустальные. Решено! У меня никогда не было вечернего платья. Я даже замуж вышла в джинсах, так сложились обстоятельства. Тут же у нас кругом волшебство, отчего бы не исполнить хоть одну свою детскую мечту!
***
Декан Флитвик оказался очень любезным мужчиной. Помог мне вытащить воспоминания о Золушке на балу и заключить «вид на платье со всех сторон» в фиал, который, вместе с моими параметрами и изрядным количеством галеонов, Тирли отнесла в «Твилфитт и Таттинг». Декан Рейвенкло сказал попросить их доставить платье за сутки до бала, так как он собирается с ним тоже «поработать».
В итоге, в восемь часов вечера тридцать первого октября я стояла в «золушкином» платье, с такой же причёской, осыпанной хрустальными слёзками, только волосы мои — чёрные. Флитвик добавил иллюзорных перламутровых бабочек, которые летали по оборкам на декольте и подолу. Туфли выглядели так, как будто они выточены искусной рукой богемского мастера из цельного куска хрусталя — сияли и переливались несуществующими гранями, не хуже бриллиантов, будучи на самом деле простыми синими лодочками без всяких украшений. В такие моменты волшебство меня очень радует, так как в реальности носить хрустальные туфельки просто было бы невозможно!
Я уменьшила и положила в сумочку-мешочек гитару, так как рояля в большом зале я не заметила, а спеть ребятам обещала. «Сегодня будем рвать души струнами», — весело подумала я и собралась было уже выходить, но в мою дверь постучался и вошёл, как я поняла, сам граф Дракула, в чёрном смокинге с алым кушаком и чёрным плащом с кровавой атласной подкладкой. Увидев меня, Дракула слегка приоткрыл рот, где стали видны изрядной величины клыки.
— Северус? Вы что рот открыли — хотите меня укусить? Может, обойдёмся без этого? Я и так вам верю, что вы вампир, вы очень натурально выглядите.
— Я? Нет!
— Что вы «нет»? Не обойдётесь? Не хотите или не выглядите?
— Я хотел вам сказать, что вы просто изумительно выглядите, только я не пойму кто вы — принцесса?
— Не угадали. С маггловскими сказками знакомы?
— Знаком.
Тут я приподняла подол и показала ему одну свою драгоценную туфельку.
— Вы Золушка!
— Да, это я. Но и не надейтесь, что я буду разбрасываться такими чудесными туфельками по лестницам замка.
— И не нужно, а то какой-нибудь прохвост принц найдет и все — пиши пропало!
***
Зал как весь сегодняшний день изобиловал украшениями в виде страшных тыквенных голов. Столы были сдвинуты к стенам, а перед ними расставлены стулья для просмотра концерта и последующего отдыха во время бала. Наше с Северусом появление произвело впечатление. Особенно — на студентов Гриффиндора, после того, как Снейп им лучезарно улыбнулся, демонстрируя свои клыки. Мы прошли к местам для преподавателей. Флитвик выглядел браво в костюме гнома-горняка. На голове у него был залихватски заломленный колпак, поверх белой рубашки надет кожаный жилет и внизу такие же штаны. За пояс заткнуты молоток и долото, а в руке светящийся фонарь. Но самое главное — на лице у него была окладистая борода.
— Профессор Флитвик — вы отличный гном! Просто супер! — сказала я.
— А вы, самая очаровательная волшебница, которую я встречал в этом зале за всё время!
— Да ладно вам, профессор! Это всё платье и ваши чары!
Из остального административно-преподавальского состава на балу были ещё два декана: Минерва в женском шотландском костюме, видимо, считая тартан подходящим на все случаи жизни, Помона в образе богини плодородия, в длинном в пол платье, украшенном травами и колосками, и венком из подсолнухов на голове. Из преподавателей, кроме меня, был ещё Квиррел, в костюме звездочета (или Дамблдора? А что! И на него тоже было похоже!) и Дамблдор в своём собственном образе и как раз к моменту, когда я всех закончила разглядывать, он толкнул небольшую речь и объявил начало концерта.
Первыми выступали гриффиндорцы, и это было сильно! Часть из них пела, а часть танцевала танец мертвецов под песню «Halloween»
Я тот, кто прячется под твоей кроватью
I am the one hiding under your bed
Зубы острые, глаза светятся красным
Teeth ground sharp and eyes glowing red
Я тот, кто прячется под твоей лестницей
I am the one hiding under your stairs
Пальцы, как змеи, и пауки в моих волосах
Fingers like snakes and spiders in my hair
Это Хэллоуин, это Хэллоуин
This is Halloween, this is Halloween
Минерва, по-моему, была в ауте. И от слов песни и от того, как танцевали её студенты. «Ближе, ближе нужно быть к народу, госпожа декан, и вы были бы в курсе, что готовят ваши дети!» Дамблдор же и бровью не повел, как будто так всё и задумывалось.
Когда гриффиндорцы вернулись на свои места, посередине зала начали танец студентки Хаффлпаффа, изображающие ведьм, какими нас представляют обычные люди. Было неплохо, даже весело, не поняла только, зачем они навесили на себя восточные шарфики с монисто на бедра, которыми вилять можно было бы поменьше! Хотя, в музыке были какие-то восточные мотивы.
Затем староста барсуков Лаура Мэдли очень неплохо спела старинную балладу The Three Ravens.
А после неё на середину зала в белых рубашках и чёрных шортах, с нашитыми на них какими-то розеточками из лент, и, видимо, бубенцов, так как они позвякивали при ходьбе, вышли хорошо мне знакомые Маркус Бэддок, Алекс Паркинсон, Карлус Бёрк, Роберт Хиллиард и пятикурсник со Слизерина Теренс Хиггс. Паркинсон неожиданно сказал маленькую речь:
— Кроме церковного маггловского праздника Дня всех святых сегодня многие волшебники отмечают Самайн. Для тех, кто верен заветам старой Англии, совместно усилиями двух факультетов Рейвенкло и Слизерина мы покажем три традиционных танца: Rapper sword, Molly Dance и Border Morris. Наш небольшой коллектив, состоящий из меня, Алекса Паркинсона и еще двух моих коллег по факультету Маркуса Бэддока и Теренса Хиггса, а также старосты и студента Рейвенкло Карлуса Бёрка и Роберта Хиллиарда, исполнит Rapper sword. Это был очень интересный танец, в руках у ребят было что-то вроде имитации гибких мечей, с которыми они вытворяли очень сложные вещи — надо думать очень-очень долго тренировались. Когда они закончили, им все сильно хлопали и я в том числе.
Тут же за ними вышли старшекурсники Рейвенкло, которых возглавлял семикурсник Уолден Рассел, объявивший, что они исполнят Molly Dance. Это не было так технически сложно, как первый танец, но тоже очень интересно. Чувствовалось, что ребята добивались синхронности не один день.
И на третий танец вышли старшекурсники Слизерина в костюмах, делавших их похожими на каких-то больших чёрных птиц или злых духов. Они очень зажигательно станцевали Border Morris. Судя по удивленным лицам, как преподавателей, так и студентов Гриффиндора и Хаффлпаффа (вороны-то были в курсе) никто и никогда не видел слизеринцев так лихо отплясывающих и кричащих во время танца.
Когда это буйство закончилось, Карлус Бёрк объявил, что сейчас со стороны преподавателей выступит профессор Вектор. Я достала из сумочки и увеличила гитару, а мой сосед-вампир любезно установил мне удобный стул посередине зала. Я сказала:
— Поддерживая сторонников традиций, я исполню старинную балладу Scarborough Fair.
Мне нравится эта милая история о том, как юноша и девушка дают друг другу невыполнимые задания, чтобы снова стать близкими друг для друга. Спела я, видимо, неплохо, так как хлопали мне сильно. И я уже собралась идти, но студенты всё хлопали и хлопали, намекая на ещё одну песню. Ко второй я сегодня не готовилась, так что пришлось снова воспользоваться русским репертуаром и исполнить чудесный романс на слова Иосифа Бродского «Колечко»:
Пролитую слезу
Из будущего привезу,
Вставлю её в колечко.
Будешь гулять одна,
Надевай его на
Безымянный, конечно…
После последних нот в зале стояла тишина. Никто, конечно, ничего не понял, но все прониклись тоской русской души, свойственной для всех романсов. Потом, всё-таки, все захлопали и я быстро уменьшила гитару, чтобы не заставили петь ещё.
— А теперь, да начнётся бал! — пафосно объявил Дамблдор, и откуда-то заиграла музыка, а конкретно — «Венский вальс» Штрауса. Непонятно как оказавшийся прямо передо мной Паркинсон пригласил меня составить ему пару. Танцевал он прекрасно, чувствовалось, что учился он этому не в Хогвартсе.
— Профессор, — сказал Алекс в костюме Робина Гуда, — вы сегодня просто ослепительны! Вся мужская часть нашего факультета гадает, что это за образ?
— Вы можете не знать. Я Золушка из маггловской сказки.
— Золушка? Увы, я действительно не знаю, а в чем её смысл?
— Сироту обижала злая мачеха, а добрая волшебница наколдовала ей карету с лошадьми и платье, а ещё подарила хрустальные туфельки, чтобы она пошла на бал в королевский дворец. Принц увидел её там и влюбился. Но ей нужно было уходить до двенадцати часов, так как волшебство к этому времени должно было рассеяться. Она побежала по лестнице и уронила одну туфельку, по который влюбленный принц её и нашёл.
Тут музыка закончилась, и Алекс неожиданно упал на одно колено и сказал:
— Вы позволите взглянуть?
— Пожалуйста, — сказала я и слегка приподняла подол и выставила вперёд одну сияющую и переливающуюся всеми цветами радуги в свете тысяч свечей под потолком туфельку.
— Она же Золушка! — крикнул кто-то со стороны Гриффиндора и все сидящие рядом с ним начали что-то оживленно обсуждать. В этот момент снова заиграла музыка и рядом со мной оказался профессор Квиррел. Пришлось танцевать и с ним. После этого танца грозный Дракула-Снейп сказал, что мне нужно отдохнуть, и утащил меня «сидеть» между ним и Флитвиком, отгоняя всех желающих пригласить меня на танец то грозным взглядом, то клыкастым оскалом.
— И что, я так вот за весь бал только два танца и потанцую? — жалобно заныла я своему целителю.
— Можно ещё один, но в самом конце и со мной, чтобы я был уверен, что если у вас вдруг закружится голова, вас не уронит какой-нибудь болван или ребёнок! — разрешил Снейп.
— А кто играет музыку?
— Это не кто, а что. Специальный музыкальный артефакт.
— А он все известные мелодии знает?
— Известные да. Вы хотите что-то конкретное?
— Да! Я никогда не танцевала под «Вальс цветов» русского композитора Чайковского из балета «Щелкунчик», а так всегда хотелось…
Северус отошёл на пять минут, доверив мою охрану Флитвику, а, когда вернулся, игравшая мелодия как раз закончилась и зазвучали первые ноты «Вальса цветов», профессор подал мне руку и вывел на середину зала. Мы простояли там самую долгую минуту в моей жизни, ожидая окончания звучания вступления. Хорошо, что к нам начали присоединяться другие пары старшекурсников, а то ощущать себя центром внимания мне не очень нравилось, и, когда, наконец, пошла вальсовая мелодия, мы заскользили по кругу под самую восхитительную музыку.
Было так волшебно хорошо, что был даже соблазн закрыть глаза, но испугавшись, что мой строгий целитель подумает, что мне нехорошо, отказалось от этой идеи. Сначала я смотрела куда-то в грудь слизеринскому декану, так как он был прилично выше меня. Затем он как-то меня перехватил по-другому, что заставило меня сильнее откинуться назад и смотреть теперь уже ему в лицо, а вернее в глаза, так как смотреть на нос или подбородок как-то неуважительно для партнера. Какие же у него колдовские глаза, жаль, конечно, что он так до сих пор любит Эванс. Хорошо хоть не гей, как описали его в тысячах фанфиков. А вообще, откуда я это знаю? Может, всё-таки, гей? Я же не проверяла. Да хотя, что любовь к мёртвой Лили, что другая сексуальная ориентация — один черт.
— О чём вы так напряжённо думаете? — поинтересовался вдруг Северус, после очередной моей раскрутки. — Мне, почему-то, кажется, что обо мне. Я не ошибся?
Я засмущалась. Слава богу, у меня защита на разуме, что-то я совсем расслабилась вот так пялиться глаза в глаза легилименту!
— Можно, я задам вам странный вопрос, но вы дадите слово, что не обидитесь!
— Давайте, задавайте!
— Северус, скажите, вам нравятся мужчины?
— Откуда такие мысли? Я дал повод так думать?
— Нет, совсем нет. Просто вы такой известный зельевар, сильный волшебник, импозантный и харизматичный мужчина, а не женаты и не помолвлены. Вот я и подумала, возможно, у вас партнёр-мужчина?
— У меня нет никакого партнёра и быть не может! А то, что я ещё просто не встретил свою женщину, вам в голову не пришло? Сразу подумали о мужчинах?
— Нет, не сразу. Сначала я подумала, что вы вдовец. Что потеряли свою любимую.
— Что у вас в голове творится, не знал, что у математиков такая буйная фантазия. Идёмте, я вам кое-что покажу.
Мы вышли из Большого зала и куда-то пошли наверх, пока не оказались на каком-то уютном балкончике, скрытом с двух сторон башнями. Снейп снял с себя плащ и накинул на меня вместе с согревающими чарами.
— Ну? Что вы мне хотели показать, Северус?
— Вот что, — сказал он, притянул меня к себе и пробормотал, — я хотел сделать это с того момента, как увидел вас сегодня в этом образе, а, хотя нет, с того момента, как вы заняли своё место рядом со мной в Большом зале, или даже ещё тогда, когда вы врезались в меня в Гринготтсе.
И он меня поцеловал. Хорошо так поцеловал. Душевно. Так что я забыла всё, что решила про него для себя.
=========================
На случай если кто забыл, что это за платье у золушки (или просто не видел)
Гриффиндорцы танцуют под кавер 2015 года Marilyn Manson на на песню "Halloween"из мультфильма Тима Бертона "Кошмар перед рождеством" 1993 года, но мы будем считать, что в 1990 эта песня уже была))
The Three Ravens На русский язык самый известный литературный перевод сделал Пушкин («Шотландская песня», всем известная по строкам «Знаю, будет нам обед В чистом поле под ракитой Богатырь лежит убитый»), но что характерно: переводил он с французского перевода английского сборника шотландских баллад В. Скотта.
Rapper sword
историю танца я написала под видео, если кому будет интересно, откройте это видео на youtube
Molly Dance
историю танца я написала под видео, если кому будет интересно, откройте это видео на youtube
Border Morris
историю танца я написала под видео, если кому будет интересно, откройте это видео на youtube
Scarborough Fair
мне больше нравится русский вариант
Романс Колечко (И. Бродский, В. Берковский. Исп. П. Агуреева)
Comments
Dobromir2006
<div ><div><span class="text">"А то какой-нибудь прохвост Принц найдёт и всё - пиши пропало"<br>Очень тонкая самоирония, профессор!))</span></div></div>
