Kass2010
boosty
Глава 10. Накануне
🕑 Added 2022-09-11 01:53:19 +0000 UTC
— Возможно, магия еще и не признает тебя, — сообщил крестному отцу Леонид, держа за спиной скрещенные пальцы, чем очень позабавил гоблинов. — Попробуй надеть кольцо и все станет ясно.
— Хорошо, — согласился Сириус после недолгих размышлений, — только у меня будет тогда одно условие. Перед тем, как я попробую надеть кольцо лорда, ты, Гарри, наденешь кольцо наследника Блэков. Никто не знает, как сложится будущее, а я хочу быть уверен, что все имущество рода перейдет в твои руки, а не достанется сынку Цисси, которого я лично не знаю, но много слышал о нем.
— Вероятно от Уизли? — усмехнулся Леонид.
— Эмм… По-моему, да, — неуверенно произнес Блэк.
— Тогда выбрось свое знание на помойку. Драко, конечно, не идеал, но вполне достойный волшебник. Просто у Рона к нему какой-то нездоровый интерес, который он проявляет в том, что постоянно говорит ему гадости и всячески оскорбляет.
— Мерлин с ними со всеми: с Малфоями, с Уизли. Надевай кольцо наследника, Гарри.
Леонид надел кольцо, которое походило на черненую серебряную печатку с тремя воронами, которые были изображены на гербе Блэков. Размер подошел идеально, а легкое свечение показало, что магия приняла крестника Сириуса Блэка и внука Дореи Блэк в качестве наследника рода.
— Теперь ты, Сириус!
Блэк взял из шкатулки, что стояла на столе, перстень с большим черным бриллиантом, вокруг которого по оправе был написан девиз рода «Toujours pur» и быстро надел его на безымянный палец правой руки, где носил его отец Орион. Волна магии окатила Сириуса с головы до ног, а потом волнами разошлась в стороны, задев Леонида и гоблинов, оставив ощущение силы и приятное тепло.
— Поздравляю, коллега, — поклонился поверенный Поттеров Грипхук, поверенному Блэков Ферунгу. — Род Блэк обрел своего главу. Живите долго, лорд Блэк, и пусть враги умоются кровью на вашем пути.
— Благодарю, — ответил посерьезневший Сириус, затем отверг предложение начать прямо сегодня изучать финансовые документы, но потребовал выдать наследнику бездонный кошелек, в котором всегда должна находится сумма в размере тысячи галеонов.
— Зачем так много? — удивился Леонид.
— Время такое. Неизвестно, что тебе может понадобиться завтра.
Затем Леонида взял в оборот поверенный Поттеров и настоял, чтобы тот сразу примерил кольцо главы рода, так как кроме него в роду никого не осталось. Золотой перстень с рубином, на котором искусно была вырезана мантикора, принял Леонида, считая за Поттера, так же как и перстень Блэков принял Сириуса. Боровиков тоже отложил изучение финансовой отчетности, попросил лишь показать выписку о движении средств в ученическом сейфе. Ожидаемо там отметились и Дамблдор и Уизли. Леонид кивнул головой и передал документы Сириусу, для которого он их брал, чтобы тот убедился в чистых намерениях директора и шебутной семейки. Пока Блэк потихоньку закипал как чайник, переходя со строки на строку, Боровиков спросил насчет защитных артефактов и сразу получил полный комплект главы рода, который охранял лорда практически от всего, исключая, наверное, только смертельное заклятье.
— Надо сегодня же отправиться к Дамблдору! Как он посмел обирать сына Лили и Джеймса!
— Сириус, ничего пока предпринимать не нужно. Я хочу, чтобы ты отправился на лечение прежде, чем я уеду в Хогвартс. Только тогда я буду за тебя спокоен. До Йоля не желаю слышать о том, что ты вернулся в Блэк-Хаус. Письма пиши на имя Товы. Мою почту, скорее всего, кто-то будет вскрывать.
— Кстати, Гарри, произнес, немного смущаясь Блэк. Она точно крутит роман с Нюнчиком?
— Точно нет, Сириус. Но, боюсь, что тебе с ней действительно ничего не светит.
— Блэки никогда не сдаются! — подмигнул Леониду Сириус. — Приведу себя в порядок и начну осаду этой крепости по всем правилам!
Боровикову осталось только покачать головой. С ученическим сейфом он поступил так. Сменил ключ и взял к нему кошелек. Если кто-то спросит — так и объяснит: ключ потерял, гоблины выдали новый, который он у них и оставил для надежности, так как ему выдали кошелек, что удобнее, чем каждый раз ездить в тележках.
Из банка лорд Блэк и лорд Поттер, наследник Блэк отправились за покупками, так как Сириус заявил, что должен купить крестнику хоть раз за время его учебы все, что полагается его наследнику для того, чтобы достойно представлять род Блэк в школе.
Дмитрий Ополин отлично провел время, которое было предоставлено участникам на адаптацию в волшебном мире. Он поселился во французском поместье Малфоев на Ривьере, куда, получив сообщение от Нарциссы о его прибытии, вскоре нагрянули его родственники Малфуа, с которыми он перемещался по побережью с пляжа на пляж и, с суаре в честь рождения чьего-нибудь малолетнего ребенка, на бал по случаю совершеннолетия очередной дебютантки. Делал он это не только для развлечения, но и для того, чтобы отточить манеры и полностью погрузиться в жизнь аристократии.
Papa писал, что ему не стоит вообще возвращаться в Малфой-мэнор до начала учебного года, велел купить одежду и разные мелочи для учебы во Франции, а учебники по списку приобрел для него сам и отправил сразу в Хогвартс крестному, у которого он их должен был получить по приезду. Также Люциус сообщил, что они с Северусом долго думали, не стоит ли ему прибыть в школу камином, но сошлись на том, что лучше будет, как все приехать на «Хогвартс Экспрессе».
К письму прилагался международный порт-ключ, который должен был перенести Драко из Французской Ривьеры в Лондон на аппарационную площадку вокзала Кинг Кросс, что находилась на платформе 9 ¾ в районе первого вагона поезда. Будь Ополин настоящим Драко Малфоем, он, скорее всего, обязательно бы расстроился, что увидится с родителями кратко на вокзале, если они смогут там быть. Дмитрий же, наоборот, был этому рад, так как не был на сто процентов уверен, что не выдаст себя в чем-то перед Люциусом и Нарциссой, даже обладая памятью хозяина тела.
Марина Гарипова в своих новых нарядах, частично приобретенных ей самой в магловской части Лондона, а частично купленных вместе с отцом на Диагон аллее, последний раз взглянула на себя в зеркало и вздохнула. Как бы она не старалась кардинально изменить свой имидж, даже лишившись туалетов во всех оттенках розового, она напоминала себе Эль Вудс из той части «Блондинки в законе», где девушка пыталась выглядеть настоящей студенткой юрфака. Видимо блондинистую натуру ничем не скрыть, даже если сделать гладкую прическу, а волосы собрать в тугой пучок.
Вчера сова принесла ей письмо от Аллы и Насти, которые предлагали прибыть на вокзал пораньше и встретиться на перроне недалеко от транспортного камина, чтобы занять одно купе и попытаться разыскать остальных участников тренинга сначала на платформе 9 ¾, а если не получится, то в Хогвартс-Экспрессе во время пути. Когда Марина сообщила матери, что хочет в этот раз попрощаться с ней дома, а чтобы на вокзал ее сопроводил отец, та устроила истерику, которую Гарипова пресекла рассказом о возрождении страшного Неназываемого и необходимости быть под защитой мужчины и главы их рода.
Этот аргумент быстро успокоил впечатлительную ведьму, которая только сокрушалась тем, как ее куколка малышка Лав-Лав превратилась за одно лето в совершенно незнакомую ей серьезную девушку Лаванду Эбигейл Браун, которая предпочитала деловые костюмы темных тонов и белые рубашки, привычным розовым блузкам с рюшами и юбкам цвета фуксии с воланами и оборками.
Алла Кораблева и Анастасия Митрофанова получили от Ракху Говинд Сингх Патил очередные наставления как правильно вести себя в обществе, где кроме имеющих строгое традиционное воспитание чистокровных волшебников полно не знающих приличия маглорожденных студентов, особенно на Гриффиндоре, где учится Парвати. Также Сингх Патил напомнил о том, что для девушек уже присмотрены женихи в Индии, но он не станет возражать, если они присмотрят себе кого-то из англичан, относящихся к приличным семьям, чтобы укрепить положение рода в Магической Британии.
Мать, Пратибха Деви Сингх Патил, заняла половину сундуков дочерей традиционными нарядами, взяв с них слово, что они будут их носить всегда в тех случаях, когда форма не обязательна. Кораблева тут же живо представила себе, как они с Настей приходят в субботу в библиотеку в лехенга-чоли, открывающем участок девичьего тела от пупка почти до груди. Никакая дупатта на голове их не спасет от навязчивого внимания озабоченных подростков. Анастасия, догадавшись по выражению лица своей «сестры» о чем та подумала, озвучила эту мысль в осторожных выражениях матери, добавив, что в таком наряде может быть еще и просто холодно. Но та была непреклонна, ответив, что они могут чаще надевать сари или шальвар-камиз. Слово уже было дано, «близняшкам» оставалось только надеяться, что увив такое безобразие кто-нибудь вроде Снейпа или консервативной Минервы это дело запретит.
Покончив с обсуждением одежды, прекрасная индианка вздохнула и сообщила, что, возможно, в этом году девочкам придется провести зимние каникулы в Хогвартсе, так как раджа Уттар-Прадеша, глава главной линии рода Патил очень болен и вероятно скоро отправится на перерождение, а церемония похорон и всякие траурные обряды не для юных глаз и душ. По этой причине в сундуки отправились бансури и тамбур, специальная музыкальная шкатулка для занятий танцами коврики для йоги и красочные издания «Ведической кулинарии» и «Магической камасутры», чтобы дочери не забрасывали свои занятия.
Ирина Павлова до сентября полностью изменила не только внешность, но жизнь Ксенофилиуса Лавгуда. Так вышло, что вместо одного, она приобрела двух эльфов: домовика и домовушку. Эльфийка должна была убираться в башне, готовить и регулярно кормить Ксено, который просто забывал о таких мелочах, как завтрак, обед и ужин. Ей же надлежало подавать каждое утро подобающую планам хозяина одежду и следить за ее чистотой и сохранностью.
Домовика Ирина купила потому, что он был обучен не только ведению хозяйства, но и библиотекарскому делу и счетоводству. Павлова и не чаяла найти такое сокровище. Она объяснила эльфу, чем занимается ее отец, и тот очень обрадовался, что ему не придется стряпать и стирать, а в его обязанности войдет помощь хозяину Лавгуду с печатью журнала, ведением расчетов по его реализации, а также планирование хозяйственных расходов и закупки всего необходимого для дела и дома, чтобы Ксено не касался денежных вопросов, которые он не любил, да и особенно не понимал.
Гоблины за немалые деньги сделали из башни Лавгудов настоящую неприступную крепость, куда не мог попасть никто, кроме Ксенофилиуса и Луны, тех гостей, которых они сами проведут за руку, а также их собственных домовиков. Единственными посторонними, кто мог проходить через многослойные щиты дома, были почтовые совы, и то, только в том случае, если на письмах и посылках, что они несли Лавгудам, не были наложены какие-либо чары или заклинания.
Кроме того, она попросила в качестве дополнительного бонуса наложить защиту от несанкционированного открытия на ее сундук, и на все вещи, начиная от перьев и пергаментов, и заканчивая теплой меховой мантией, за которую она немало заплатила Таттингу, мощные жалящие чары, на тот случай, если к ним прикасался другой волшебник без разрешения хозяйки. Никаких больше прогулок босиком в поисках туфель!
Ольга Расторгуева была довольна собой. Отношения с Невиллом развивались семимильными шагами. В конце Августа они ужинали вместе с Августой Лонгботтом и Амелией Боунс, и обе ведьмы, умиляясь трогательным отношениям внука и племянницы, сговорились о помолвке и провели несложный ритуал в результате которого «молодые» ехали в Хогвартс с помолвочными кольцами.
Ольга не испытывала никаких угрызений совести перед своим персонажем, не думая о том, что будет дальше со Сьюзен, когда их тренинг завершится. Она первый раз реализовала свою мечту, и даже больше. Планировав выйти замуж за мужчину с хорошим доходом в своем мире, здесь она стала невестой состоятельного аристократа, наследника рода. По этому случаю Амелия потратилась на подходящий для невесты наследника гардероб, а бабушка Невилла задарила будущую леди украшениями, каждое из которых являлось защитным артефактом. Реализуя собственный план, Расторгуева совершенно позабыла о своих коллегах по работе, а когда подошло время ехать в Хогвартс, решали, что они сами ее узнают и найдут.
Августа и Амелия после помолвки приняли еще одно очень серьезное решение. Невилл должен был перевестись на Хаффлпафф, чтобы вывести его из зоны активного влияния Дамблдора, которой являлся Гриффиндор. Советник по правовым вопросам руководителя ДМП где-то отыскал копию изначального устава Хогвартса, где говорилось о том, что если ученики заключили помолвку, а учатся на разных факультетах, то один из них может перейти на факультет другого чтобы проводить вместе больше времени. На основании этого пункта устава правовед составил от имени леди Лонгботтом, как опекуна Невилла, заявление, которое она подписала и отправила директору школы, после чего нареченные стали спокойно собирать свои сундуки.
Алексей Славин и Иван Коротков делали покупки к школе в магическом квартале Эдинбурга. Глава клана МакМиллан, пристыженный тем, что его племянника взял под крыло другой лэрд, выдал племяннику солидную сумму для сборов в Хогвартс, а Кормак МакЛагген и подавно нужды в деньгах не испытывал. Потому юноши бродили по узким улочкам, заходя в разные лавки и получая от этого огромное удовольствие. Пусть это была и не Диагон аллея, но не менее, а возможно и более, интересное место. Вчера они получили весточку от Леонида, который предлагал встретиться за час до отправления на платформе 9 ¾, чтобы потом не потеряться в толпе.
— Все же интересно, в чем суть самого тренинга? — спросил Алексея Иван.
— Екатерина до того, как мы сюда попали, сказал, что заказала командообразующий тренинг, а его цель, как известно формирование и усиление общего командного духа, сплочение коллектива; развитие ответственности за общее дело, участие каждого в решении общих задач, ну и все такое… — Славин неопределенно махнул рукой.
— То есть мы должны будем что? Как-то исправить канон как пытаются сделать все попаданцы? Или нам дадут какие-то задания?
— Понятия не имею. Думаю, что это нам расскажет Екатерина на общем сборе.
Екатерина Девольская позавтракала утром в своих покоях и взялась листать учебники по рунологии, отмечая, что прекрасно ориентируется в этой магической науке и вполне может выполнять частные заказы, как делала Бабблинг. Перед обедом в ее кабинете возник Зорро и сообщил, что директор в курсе ее прибытия в замок и настойчиво предлагает ей присоединиться к остальным профессорам, что тоже уже в Хогвартсе за обедом. Это была не очень хорошая новость, но рано или поздно нужно было выходить «на люди». Екатерина решительно накинула мантию на свои джинсы и футболку и направилась в сторону Большого зала, доверив ногам идти самим, куда они знают, так как сама понятия не имела, где находится эта большая школьная столовая.
Преподаватели в отсутствие школьников все равно ели внизу, за столом, за который усаживались со всех сторон. Другая мебель пока в зале была раздвинута к стенам. Свободно было только одно место, прямо напротив мрачного декана Слизерина. Кроме него еще были Минерва Макгонагалл, Помона Спраут, Филиус Флитвик, Септима Вектор и Аврора Синистра. И, конечно же, сам Дамблдор. Узнала она всех, пользуясь памятью своего персонажа, но, надо отметить, сотрудники Хогвартса были узнаваемы по книжному описанию и образам в фильмах.
Были некоторые нюансы.
Декан Хаффлпаффа была более стройной, не носила вещей странного цвета детской неожиданности и не имела кудряшек мышиного цвета. Это была фигуристая шатенка с гладкими волосами, собранными в пучок, На ней была, видимо, рабочая мантия, перепоясанная кожаным ремнем, на котором висели маленькие грабельки и тяпочка, и за него же были заткнуты садовые перчатки.
Минерва Макгонагалл выглядела лет на сорок. Очень напомнила Екатерине весьма неприятного директора школы, где она пару лет преподавала в молодости. Отличалась каким-то скорбным выражением лица и большой любовью к шотландской клетке в одежде.
Флитвик не походил ни на первого, сыгравшего его роль в кино ни на второго. Его объединял с ними только рост. В чертах лица было гораздо больше от гоблина, чем показали в фильме, да и форма ушей тоже была близка к его родителю со стороны банкиров магического мира.
Профессор Вектор вообще Екатерине не вспомнилась. Здесь она походила на среднестатистическую учительницу точных наук: серьезное лицо, невыразительная внешность, непримечательная одежда. Хотя черты лица у арифмантши были правильные и симпатичные. Чувствовалось, что такой образ был делом рук самой ведьмы. Видимо она не любила привлекать к себе внимание.
Аврору Синистру Девольская тоже не помнила ни по фильмам, ни по книгам. Тут за столом сидела дама около тридцати. С хорошей фигурой (насколько можно было судить о том, что у объекта под мантией) и ухоженными лицом и волосами. Он все время поглядывала на Снейпа, который сидел с ней рядом, но он не обращал на нее никакого внимания, весь сосредоточенный на своей тарелке.
«Эх, мать, — подумала Екатерина, — надо было тебе садиться напротив предмета своего внимания».
И она заняла как раз это место. Заметив, что кто-то стал отбрасывать тень, на его тарелку, Северус поднял глаза и, увидев, кто сел напротив него и пристально посмотрел на Девольскую. Казалось, он пытался понять, что-то вчера было или это ему приснилось. Чувствовалась напряженная работа мысли в голове зельевара, и Екатерина, не выдержав, ему подмигнула. От такого неожиданного демарша, зельевар едва не подавился маслинкой, которую только что отправил себе в рот, а профессор Синистра подозрительно посмотрела на мастера рунологии, заподозрив, что такое подмигивание в сторону сурового слизеринского декана могло говорить о многом. Увы, всем им пришлось отвлечься, так как директор решил сказать пару слов коллегам.
— К трем часам прибудут остальные профессора. На это время я и назначил педсовет. Жду всех вас у себя в кабинете.
Екатерина есть особенно не хотела, потому немного перекусив, решила, что успеет переодеться, чтобы явиться к директору в достойном виде. Джинсы с футболкой она заменила на облегающее платье футляр, с довольно большим разрезом по правой ноге, а кроссовки на туфли на высоких каблуках. Под мантией, конечно, никто этого не увидит, а ей самой будет комфортно, среди остальных.
К директору она пришла одной их первых. Дверь предусмотрительно была открыта. Окинув кабинет быстрым взглядом, Девольская заняла одно из кресел у окна, подальше от директорского стола. Прямо следом за ней заявился Снейп. Создалось такое ощущение, что он шел прямо за спиной Екатерины. «Следил он за мной что ли?» — подумала она, но отогнала эту мысль подальше.
Когда все собрались, Дамблдор сообщил, что в этом году место профессора ЗоТИ займет первый помощник министра Долорес Амбридж. Что, мол, он совершенно никак не смог никого найти и ему навязали эту ведьму. Никто по этому поводу ничего не сказал. Опасались прослушек? Зато когда директор сообщил о том, что Невилл Лонгботтом переходит на факультет Хаффлпафф, Минерва и Помона сцепились как кошка с собакой. Все узнали много нового о деканах барсуков и львов с их слов, но в итоге победил Дамблдор, заявив, что спорт — пустое дело. Переход произведен согласно уставу, как помолвленного студента.
Это был явный неканон и что-то новенькое. «Неужели это кто-то из наших поработал?» — удивилась Екатерина и в задумчивости закинула ногу на ногу, как привыкла сидеть в кабинете, забыв о том, что мантия может распахнуться и всем станут видны ее туфли и нога в разрезе юбки. Особенно тому, кто сидит совсем рядом.
— Если бы я был на вашем месте, то запахнул мантию поглубже, — очень тихо произнес Северус, глядя на покачивающуюся ногу Екатерины.
— Хорошо, что вы не на нем. Не уверена, что вид вашей ноги в чулке в разрезе платья, которое бы было на вас надето, мне бы понравился, — ответила Девольская машинально, все еще размышляя о том, кто из ее сотрудниц мог бы окрутить Лонгботтома.
Сидевшая за зельеваром Роланда Хуч закашлялась, маскируя смех и одобрительно показала ей большой палец, а вот Синистра напряглась. «Похоже на то, что зельевар окучил эту грядочку», — отметила в уме Девольская, заметив уже не первую болезненную реакцию на ее слова или действия в адрес Снейпа от астрономши. Сам же Северус пошел красными пятнами, которые сильно выделялись на его бледном лице и черном фоне одежды.
— Мальчик мой, тебе нехорошо? — забеспокоился директор.
— Ему хорошо, он думает, не сменить ли ему имидж и волнуется, как мы это воспримем, — бросила провокационную реплику тренерша, после которой пятна превратились в ровный бордовый окрас.
— Да что вы себе позволяете! — выкрикнул декан Слизерина, и стекла в шкафах директора мелко затряслись, угрожая вот-вот лопнуть.
— Предлагаю закончить на сегодня. Зайдите каждый завтра к Минерве по поводу расписания. Северус, задержись! — проговорил директор и все резво стали покидать его кабинет.
До прибытия Хогвартс-экспресса и начала тренинга оставалось всего ничего.
Comments
Голубева светлана
<div ><div><span class="text">боже, какая же прелесть! </span></div><div></div></div>
Olga
<div ><div><span class="text">Спасибо!!</span></div></div>
