Kass2010
boosty
Глава 31. Минерва Макгонагалл vs Альбус Дамблдор
🕑 Added 2022-10-31 19:11:15 +0000 UTC
Минерва Макгонагалл была дочерью волшебницы Исибэйл Макгонагалл (в девичестве МакДугалл) и пресвитерианского священника Роберта Макгонагалла. Их семья жила в настоящем старом двухэтажном шотландском доме, сложенном из дикого камня, Dalvrecht Manse Cottage, в предгорьях Кэрнгормс, в двух милях от деревни Томинтоул, где была церковь отца. Этот дом достался Роберту от деда Грегора МакГонагалла, мать которого была из клана МакГрегоров, из которого происходил знаменитый разбойник XVIII века Роб Рой — «Рыжий Роберт», чем дед очень гордился.
Дед Грегор не одобрял того, что внук стал священником и стал писать свою фамилию строчными буквами, не выделяя клан. Но ему понравилась девчонка МакДугалл, на которой он женился, хотя родители с обеих сторон были против. Роберт и Исибэйл увиделись еще в школе в Киркмайле, куда привозили детей со всей округи. Роберт был на шесть лет старше Исибэйл, и когда она только поступила в начальные классы, он уже переходил в среднюю школу, потому именно знакомы они не были. А в одиннадцать лет Исибэйл отправили в школу-интернат в Англии, как говорили всем её родители, а на самом деле в Хогвартс, так как члены клана МакДугалл в основном были волшебниками, но тщательно это скрывали, помня о печальной истории многих своих предков.
В 1563 году под влиянием церкви парламент Шотландии принял закон, согласно которому быть ведьмой стало незаконно. Этот закон был отменен в 1763 году, но за эти двести лет в результате охоты на ведьм по обвинению в колдовстве было казнено более четырех тысяч человек. Сюда не входят те, кто умер от пыток в темницах, не выдержав истязаний. И потому, хоть времена давно стали другими, шотландские маги очень тщательно скрывались от людей. А горцы, в свою очередь, по старой памяти сильно опасались ведьм и колдунов.
Когда Исибэйл МакДугалл блестяще окончила Хогвартс, будучи капитаном гриффиндорской квиддичной команды и став лучшей по чарам в выпуске, она вернулась на лето домой, а потом планировала учиться дальше. А Роберт Макгонагалл, который как раз в этом же году закончил Маршалл-колледж, один из двух старейших университетов Шотландии и главный центр подготовки пресвитерианских священников, готовился к принятию местного прихода. Исибэйл и Роберт случайно встретились на улице Томинтоула, понравились друг другу и стали встречаться. Исибэйл скрывала Роберта от родителей, зная, что они не одобрят брак с маглом, да еще и священником, а от Роберта утаивала то, что она волшебница, понимая, как в их горах относятся к магам.
В итоге молодые люди обратились к деду Роберта Грегору МакГонагаллу, который считал, что каждый имеет право решать, как ему жить и что «любой гэл имеет право на оленя на холме, лосося в реке и дерево в лесу». Ему было плевать на мнение как родителей Роберта, так и родителей Исибэйл, он сам благословил их и подарил на свадьбу дом, где они стали жить.
С учебой у Исибэйл не вышло, так как почти сразу после скромной свадьбы она забеременела и родила дочь, которую назвала Минерва в честь своей бабушки, чрезвычайно талантливой ведьмы. Это имя было странным выбором для горцев, и Роберту Макгонагаллу было трудно объяснить прихожанам выбор своей жены. Еще Роберта тревожило мрачное настроение его обычно оживленной супруги, она становилась все более замкнутой, часто уединялась с дочерью.
Позже Исибэйл расскажет Минерве, что с первых месяцев она проявляла небольшие, но узнаваемые признаки магии. Игрушки с верхних полок непонятным образом попадали в её кроватку, а волынка отца вдруг зазвучала сама, чему Минерва очень обрадовалась и рассмеялась. Исибэйл понимала, что ей нужно открыться Роберту, но боялась этого. Наконец, устав от постоянных расспросов мужа, Исибэйл достала свою палочку из запертого сундука и рассказала ему, что она волшебница. Роберт не стал любить свою жену от этого меньше, но сам факт, что она так долго от него это скрывала, очень его разочаровал.
Исибэйл рассказала мужу, что им нужно будет скрывать факт того, что она и их дочь волшебницы, так как все маги Англии были связаны Международным Статутом секретности. Роберт же подумал, что, помимо этого Статута, скрываться придется и по причине негативного отношения к волшебникам у пуритански настроенных местных жителей. Наличие такой тайны, которую придется хранить всю жизнь от всех, изменило Роберта, он стал более замкнутым и отстраненным, а подорванное доверие между родителями наложило мрачный оттенок на детство Минервы.
У Макгонагаллов родилось еще двое сыновей: Малколм и Роберт. Отец был очень рад их рождению, но тому, что они также оказались волшебниками, — нет. Минерва была умным и наблюдательным ребенком, она, как могла, скрывала от отца проявление собственных магических способностей. Затем, когда младшие братья немного подросли, объясняла им, почему они не должны выставлять напоказ свою магию, и помогла матери утаивать от отца ущерб, нанесенный их детскими стихийными выбросами.
Минерва была очень близка со своим отцом. Она с болью наблюдала, как ему тяжело дается жизнь в семье с таким странным положением. Она старалась проводить с ним больше времени за обычными для простых людей занятиями: ходила с ним на рыбалку, помогала устраивать благотворительные церковные ярмарки, посещала деревенские праздники, том числе Хогманай*, когда отец надевал килт, а она широкую юбку из тартана* цветов клана МакГонагалл и шапку с чертополохом*, и они участвовали в праздничном шествии, где отец играл на волынке.
Мать в этом никогда участия не принимала: выросшей в чистокровной семье волшебников, ей было тяжело вписаться в жизнь магловской деревни, так как ей не хватало свободы открыто проявить свои значительные таланты. Когда на одиннадцатый день рождения Минервы ей пришло письмо о зачислении в школу чародейства и волшебства Хогвартс, мать её сильно плакала, а дочь понимала, что не только из гордости, но и из зависти к тому, что она будет там жить среди волшебников и свободно колдовать.
В Хогвартсе Распределяющая шляпа на голове Минервы колебалась при распределении между Рейвенкло и Гриффиндором, но в итоге отправила ее на последний. Минерва продемонстрировала впечатляющие способности к магии, особенно к трансфигурации, и вскоре стала лучшей на курсе. С помощью Альбуса Дамблдора она освоила искусство анимагии и научилась превращаться в кошку. Также Минерва была азартным игроком в квиддич и даже подумывала о спортивной карьере, но на седьмом курсе получила тяжелую травму, упав с метлы, и рассталась с этой идеей. Впрочем, страсть к игре и наметанный глаз на спортивные таланты остались при ней.
К концу обучения в Хогвартсе Минерва Макгонагалл достигла впечатляющих результатов: высшие оценки по СОВ и ТРИТОН, староста и победительница конкурса Transfiguration Today. Премия «Самый многообещающий новичок». Поэтому после окончания Хогвартса Минерва получила приглашение на работу в Министерство Магии и должна была приступить к работе в сентябре, а потому решила провести лето у родителей.
Когда она помогала отцу в церкви, то познакомилась с юношей-маглом Дугалом Маккуарри и влюбилась в него. Роман развивался стремительно, и уже в августе он сделал ей предложение, на которое девушка сначала ответила согласием. Но после двух дней мучительных размышлений о судьбе её родителей, считая, что их брак никогда не станет счастливым, ведь ей придется отречься от магических способностей, карьеры и самой себя, взяла свое согласие обратно.
Минерва уехала в Лондон и погрузилась в работу, не соглашаясь ни на какие свидания, на которые ее часто приглашали. Молодая, красивая и гордая шотландка тронула сердце её начальника Элфинстоуна Урхарта, который тайно вздыхал по ней, но все не решался об этом сказать. Спустя полгода из дома пришло известие, что её несостоявшийся муж женился на дочери фермера. Минерва была очень расстроена, она до сих пор страдала по Маккуарри, а он так быстро забыл её.
Утешая свою несчастную подчиненную, Урхарт признался Макгонагалл в чувствах и предложил руку и сердце. Но Минерва ему отказала.
Влюбленный мужчина делал затем ей это предложение не один раз, прежде чем Минерва наконец согласилась связать с ним жизнь. Семейная жизнь пары была счастливой, но недолгой — Элфинстоун погиб через три года от укуса ядовитой тентакулы. Минерва очень страдала и не могла ни ходить на работу, где все ей напоминало о муже, ни жить одна в опустевшем доме. И в этот момент ей удачно поступило предложение стать профессором трансфигурации в Хогвартсе, куда Макгонагалл перебралась и погрузилась в работу.
В Хогвартсе Минерва стала уважаемым профессором, строгим и требовательным. После назначения Дамблдора директором он передал ей пост декана Гриффиндора, а затем еще назначил временно исполняющей обязанности его заместителя, и поскольку Макгонагалл удачно справлялась со всем, то так она и осталась занимать три должности. За годы совместной работы с Альбусом Дамблдором у неё с ним сложились практически дружеские отношения, но она далеко не всегда одобряла его решения.
Она была против жестокости и убийств в борьбе с Темным Лордом, она не была согласна с размещением сына её погибших учеников Поттеров у маглов, а главное — ей не нравилось, что Альбус слишком сильно и слишком часто пытается влиять на студентов. А сегодня ей очень не нравилось, что скоро соберется Совет попечителей Хогвартса, а руководство к этому совсем не готово. С такими мыслями она отправилась в Большой зал на завтрак.
Альбус, на удивление, был на месте и спокойно завтракал, как будто у них нет никаких проблем. Минерва сказала ему тоном, не терпящим возражений:
— Альбус, нам нужно очень серьезно поговорить о делах школы, и сразу, как ты допьёшь чай, мы идем в твой кабинет.
Дамблдор знал, что когда Минерва переходила на этот тон в разговоре, спорить с ней было бесполезно, её жесткий шотландский характер иногда был просто неумолим. Потому, когда сама Макгонагалл позавтракала, он сразу поставил свою чашку, встал и сделал ей приглашающий жест следовать за ним. В кабинете Дамблдор расположился за столом, а Минерва села в кресло перед ним.
— Альбус, в связи с тем, что ты постоянно отсутствуешь в Хогвартсе и не занимаешься рабочими делами, у нас наметились большие проблемы.
— Какие именно, Минерва?
— Во-первых, у нас не рассчитан и не утвержден бюджет содержания студентов на следующий год по той простой причине, что я не знаю о числе поступающих на первый курс учеников. У меня есть список маглорожденных, которых посетили я и наши профессора, но количество других учеников ты мне не назвал. Книга Волшебников хранится у тебя, доступа у меня нет, тебя нет в Хогвартсе.
— Сегодня же я передам тебе общий список. Что еще?
— Во-вторых, у нас нет рассчитанного и утвержденного бюджета на оплату персонала на следующий год, так как не известно, кто и на каких условиях будет преподавать ЗОТИ, и нет ясности с тем, вернется ли к преподаванию зельеварения и исполнению обязанностей декана Слизерина Северус. Что ты мне скажешь по этому вопросу?
— Северус скорее вернется, у него же контракт с Хогвартсом, а с преподавателем ЗОТИ я разберусь в самое ближайшее время.
— Третий вопрос вытекает из второго, так как я не могу составить расписание и утвердить учебные планы в отсутствие двух преподавателей.
— Это все?
— Почти. Альбус, ты помнишь, какое сегодня число?
— Тринадцатое августа.
— Так вот, напоминаю тебе, что шестнадцатого августа состоится заседание Попечительского совета, где все перечисленные мной документы ты должен представить.
— Будет не просто, девочка моя, но мы же справимся. — Дамблдор перешел с «я» на «мы», так как понял, что стоит разделить ответственность с Минервой за свои промахи, хотя к ним она имеет опосредованное отношение, чтобы она взяла основную работу на себя, как обычно она и делает.
— Еще бы мне очень хотелось, чтобы ты дал мне объяснение того, что произошло на последнем несостоявшемся совещании, а также своего поведения после него, так как все это очень настораживает.
— Чуть позже, дорогая Минерва, сейчас прежде всего работа, ты же сама сказала, сколько дел не сделано.
— Я бы еще на твоем месте обратила внимание вон на ту стопку на твоем столе, если мне не изменяет зрение, это конверты из Визенгамота, скоро же должно состояться августовское заседание?
— Спасибо, Минерва, что напомнила, что бы я без тебя делал!
— И самое последнее, Альбус, ради Мерлина, что случилось с твоей бородой???
— Да вот решил немного укоротить, мешать что-то стала. Давай работать, начнем с количества студентов? Первое у тебя, показывай.
— Давай со студентов. В прошлом году в Хогвартсе было 329 учащихся:
Слизерин 67
Рейвенкло 73
Хаффлпафф 85
Гриффиндор 104
Пятьдесят четыре выпускника покинули Хогвартс, сколько к нам поступит в этом году? Я знаю только о семи маглорожденных.
— Так-так, где-то я составлял список… А, вот он! Вместе с маглорожденными сорок два первокурсника.
— Каждый год что-то всё меньше и меньше. Так скоро будем на одних деньгах попечителей работать. Кстати, о деньгах! За прошлый год задолженностей по оплате обучения нет, но, согласно твоему устному распоряжению, шестьдесят три маглорожденных студента получили дотацию из фондов Хогвартса в размере пятидесяти процентов стоимости обучения, ты обещал дать мне об этом письменный приказ, но так и не дал. Будь добр, оформи его задним числом, а также, если и в этом году ты планируешь так же поступить, оформи такой же приказ на следующий год. Я не собираюсь отвечать перед Советом попечителей за нецелевое расходование средств. Я полагаю, ты не ставишь их об этом в известность?
— Минерва, мне кажется, ты слишком много внимания уделяешь этому вопросу.
— Я так не думаю. В этом году у нас будет новый совет и новый его председатель; если попечители узнают о таком самоуправстве, я не хочу, чтобы неприятности были у меня. Распоряжение твое — неприятности тоже твои. Два приказа за прошлый и будущий год я хочу получить сегодня. Кроме того, в нарушение всех правил трое студентов, не являющихся маглорожденными, по каким-то причинам также оплачивают только пятьдесят процентов стоимости обучения. Либо ты даешь мне документ, на основании которого это происходит, либо они платят полную стоимость обучения, если ты забыл, я напомню фамилии: Уизли, Тонкс и Подмор.
— Минерва, мне кажется, ты слишком много внимания уделяешь этому вопросу. Да и совет не спросит, в этом году я хочу ввести в него Молли Уизли, у которой Билл уже учится, а Чарли как раз поступает, а также племянницу Эммелины Вэнс Мэвис Остин, у нее сын поступает на первый курс. Обе чистокровные, никаких препятствий быть не должно. С учетом того, что Бёрк нейтрал, наших мест будет четыре, двое тёмных ничего сделать не смогут. Тем более, мы делаем скидку на обучение нашим попечителям, так что все будет нормально.
— Альбус, а если что-то пойдет не так, как ты будешь оправдываться?
— Минерва, кто посмеет с меня что-то спросить? Я здесь директор Хогвартса, а не Совет попечителей.
— Поступай, как знаешь, но два документа о скидках на обучение у меня должны быть.
— Хорошо, Минерва, ты сделай и включи туда вместе с фамилиями маглорожденных Уизли, Тонкс и Подмора, а я подпишу для твоего спокойствия. Что дальше?
— Я сделаю, ты, главное, подпиши. Далее: что с преподавателем ЗОТИ? Кто будет преподавать и на каких условиях?
— Мне рекомендовали некого Даррена Марша, он маглорожденный, сразу после Хогвартса работу в магическом мире не нашел, устроился в магловские авроры — полицейским, как они говорят. Проработал там пять лет, а потом женился на волшебнице из состоятельной семьи, и как-то ему удалось перейти в наш Аврорат. Недавно попал под тёмное проклятье, долго лечился в Мунго, и ему рекомендовали на работе взять отпуск на несколько месяцев для восстановления. По-моему, идеальный кандидат. Попросим Миллисент, она оформит его к нам на временный контракт. Оклад такой же, как всегда по данной позиции, и учебный план ему дадим стандартный, по нему и делай расписание.
— Насчет Северуса — ты уверен, что он вернется из отпуска и выйдет на работу?
— Уверен абсолютно, у него же контракт; естественно, он будет работать.
— Что здесь произошло восьмого августа, расскажешь?
— Не сегодня, сама же видишь, столько работы.
— Как знаешь, но книжные полки займи чем-то, выглядеть будет странно для всех, что книг на них больше нет. Я пойду к себе в кабинет и займусь бюджетами, расписанием и планами.
Минерва ушла, а Альбус оглядел свой кабинет и подумал, что надо действительно что-то расставить и в книжном шкафу, и в витрине, где были артефакты. И тут ему пришла в голову замечательная идея. Пока у него нет времени и лишних денег на покупку чего-то более-менее ценного, надо просто создать видимость. И он отправился на восьмой этаж, где висит гобелен, на котором изображён Варнава Вздрюченный, пытающийся научить троллей балету и частенько получающий от них удары и тумаки.
Он вызвал туда же главного хогвартского эльфа и велел ему прислать четырех самых смышленых эльфов с коробками побольше. Когда эльфийская команда явилась, Дамблдор трижды прошел туда-сюда вдоль стены напротив гобелена, повторяя: «мне нужна комната, где всё спрятано». Когда в стене появилась дверь, он открыл ее и позвал домовиков следовать за ним.
Помещение, в которое они попали, было похоже то ли на свалку, то ли на склад неплохо сохранившихся самых разнообразных вещей: от большого трехстворчатого шкафа до фарфорового чайника с отбитой ручкой. Было много книг, одежды, каких-то картин, шкатулок, сундуков, корзин и разных мелких предметов непонятного назначения. Нагроможденные друг на друга, многочисленные вещи лежали на столах, стояли на полу и были просто свалены в громадные кучи.
Альбус дал двум эльфам указание отобрать двести пятьдесят книг по следующим признакам: книги должны быть старыми, толстыми, с целыми корешками, желательно в кожаных переплетах. Двум другим он сказал искать предметы небольшого размера, которые могли бы быть похожи на артефакты.
Домовики закивали и нырнули вглубь зала между куч.
Дамблдор тоже решил пройтись: может быть, сам что-то присмотрит. На одном из небольших шкафов он увидел гипсовый бюст, который издалека выглядел очень прилично, и Альбус решил рассмотреть его поближе. Он потянулся и случайно слегка толкнул сам шкаф, бюст пролетел вниз буквально в нескольких сантиметрах от головы Дамблдора, а прямо ему в руки свалилась не видимая снизу красивая диадема в форме серебряного ворона, раскрывшего в обе стороны большие крылья. Тело ворона представляло собой достаточно крупный сапфир, а голова и крылья были украшены бриллиантами. По нижнему ободу диадемы шла надпись «Ума палата дороже злата».
— Мордред и Моргана! Это же диадема Ровены Рейвенкло! — воскликнул Альбус и сразу представил, как он, Великий светлый волшебник, являет миру утерянный сотни лет назад сильнейший артефакт одной из основательниц Хогвартса.
«Возможно, даже дадут еще один орден Мерлина, — подумал Дамбдлор.
Но вдруг от диадемы просто полыхнуло тёмной силой. Да еще и знакомой!
«Пожалуй, с орденом придется подождать, похоже, я нашел хоркрукс Тома Ридла! А это не менее ценно, чем сама диадема!», — порадовался Альбус, взял первую попавшуюся шкатулку и положил в нее диадему.
Пора было принимать работу у эльфов. Те, кто собирали книги, сделали всё точно, как он велел. Книги выглядели достаточно ценными, перебирать их он не стал, так как был увлечен мыслями о хоркруксе, и велел отнести к нему в кабинет и красиво расставить на полках. Также осмотрел добычу команды «артефакторов», отобрал десяток самых ему — а значит, и другим, — непонятных и примечательных и сказал аккуратно все установить в его стеклянную витрину.
В итоге на одной полке у директора стояли «Общая магическая теория» Гроберскона, «Сто способов привлечь внимание молодого мага» Варфалии Неброн, «Если вы решили стать вампиром» Дейтена Брока, «Кибалион» Гермеса Трисмегиста, «Яичная диета для повышения магической силы и не только» Люсьены Монтруа, «Магические элементы» Гептамерона, «Магия тантрического секса» Рупиндер Арандхати, «Проверенный способ превратить горстку кнатов в кучу галеонов» Монтеона Кьюбера, «Я верю в возрождение атлантов» Милоша Каховски и «Египетские привороты на вечную любовь» Азиза Арани. Эльфы все расставили, как и велел директор, «красиво»: по цвету корешков и размеру. В их понимании всё очень хорошо смотрелось.
Стеклянную же витрину украсили магловские, неизвестно как попавшие в Хогвартс «Шары Ньютона» и «Вечный маятник», сувенирный египетский жук скарабей, большой шар из змеевика на подставке, золотая табакерка со шпинелью на крышке и достаточно симпатичный серебряный вечный календарь.
===========
Хогманай — шотландский Новый год, сопровождается шествием с волынщиками и факелами
Тартан — тяжелая домотканая теплая шерстяная ткань с клетчатым орнаментом, состоящим из горизонтальных и вертикальных полос, а также прямоугольных областей, заполненных диагональными полосками, общий рисунок ткани символизирует определённый клан, а также местность его расположения.
Чертополох — колючий сорняк, является полуофициальным национальным символом Шотландии, изображается, в частности, на денежных знаках. Согласно преданию, в XIII веке прибрежные поселения скоттов страдали от набегов викингов. Однажды удалось избежать неожиданного ночного нападения благодаря тому, что викинги босиком зашли в заросли шотландского чертополоха и, уколовшись о сорняк, закричали, чем и выдали себя.
