Kass2010
boosty
Глава 45. Выступление Марволо и его последствия
🕑 Added 2023-06-27 19:24:15 +0000 UTC
Воспоминания Светозара Кудесника
Большой зал, построенный по принципу греческого амфитеатра, крытый, был весь заполнен представителями многочисленных магических анклавов. Они внимали Марволо, который говорил с большим воодушевлением, стоя на трибуне.
— Защита волшебных детей — это не только обязанность их родителей, но и всего магического сообщества в целом, в особенности, если эти дети родились вне Магического мира у обычных людей. Дети-волшебники являются будущим Магического Мира, и их благополучие и безопасность являются приоритетными задачами. К сожалению, не во всех анклавах это понимают.
По залу пробежал одобрительно-осуждающий гул голосов. Многие анклавы, действительно, не уделяли должного внимания этому вопросу. В том числе и Магическая Британия, от лица которой, тоже временно замещая Дамблдора, говорил лорд Слизерин.
— Часто обычные люди боятся детей-магов, видят в них угрозу собственному существованию, потому запирают их в домах, подвергают насилию, чтобы сделать их «нормальными». Такое обращение с волшебными детьми может привести к серьезным последствиям для них, включая психологические травмы, тяжелые физические повреждения, доведение до состояния обскура и скорая смерть. Особенно страшно, когда такое вот «избавление от ведьмовства» проводится осознанно, людьми, которые занимаются этим годами и видят в нем смысл своей жизни. И я говорю не о какой-то тайной инквизиции, а о вполне реальном месте.
«О чем он говорит?», «Где такое возможно?», «Да такого просто не может быть!» — послышались эти и другие реплики из зала.
Подождав, пока все затихнет, Марволо продолжил и рассказал о «Приюте заблудших душ» в монастыре Тор де Спекки в Риме, а когда представитель итальянского анклава стал отрицать его существование, подтвердил свои слова отрывками из воспоминаний Мальсибера и Розье, где они беседовали с Главным экзорцистом Римской епархии Габриэле Амортом и настоятельницей матерью Антонеллой.
Представители всех магических анклавов были взбудоражены, взволнованы, возмущены и разгневаны такими новостями. Итальянца увиденное сначала заставило покраснеть, а потом смертельно побледнеть. Он явно не знал, что такое существует на его родине, да и где?! Прямо в Риме! В самом центре столицы!
— Мы должны обязать Магическую Италию пресечь деятельность этого адского приюта и строго следить, что бы такое больше не повторялось!
Отовсюду слышались голоса одобрения.
— Все вы знаете, что по сравнению с обычными людьми нас ничтожно мало. Ценен каждый волшебник. Поэтому все мы: я, вы, другие маги ваших анклавов, мы все обязаны помогать детям-магам, родившимся за пределами нашего мира, принимать участие в их судьбе. Я сам испытал на себе, что значит быть волшебным ребенком, да еще и сиротой, оказавшимся волею судьбы в приюте для обычных детей.
И тут лорд Слизерин сделал то, чего от него никто не ожидал. Он продемонстрировал часть своих старых детских воспоминаний, о том, как его травили дети, как грубо относились воспитатели. Естественно в нарезку не вошли те воспоминания, которые относились к периоду, когда будущий Темный Лорд уже осознал свою силу и научился ею управлять, потому история выглядела душещипательно.
— Я считаю, чтобы защитить волшебных детей, необходимо принять ряд мер. Во-первых, родители должны быть своевременно, как только у ребенка начнет проявляться спонтанная магия, осведомлены о том, что это не козни дьявола, в которого наравне с богом верят обычные люди, а особые способности их ребенка, которые будут с ним всю жизнь. Просветить их, как вести себя так, чтобы не провоцировать у ребенка магические выбросы, и как действовать в случае их возникновения. Во-вторых, все магическое сообщество должно поддержать создание безопасных условий жизни для таких детей-магов. Если родители продолжают упорствовать в своих заблуждениях и действуют во вред ребенку, рассматривать меры по их защите, вплоть до изъятия детей и помещение их в магические семьи, которые будут готовы взять на себя их воспитание.
Марволо сделал паузу, и, окинув взглядом зал, продолжил.
— Одним из способов защиты детей является образование. Потому, в-третьих, мы должны обеспечить волшебных детей необходимым для дальнейшей жизни в Магическом мире и обучении в магических школах, образованием с ранних лет, создать условия для их развития. Каждый анклав сам должен решить в какой форме это осуществить, главное — это понимание главенство этой проблемы над прочими и осознание того, что над сохранением пополнения нашего общества нужно будет потрудиться, обеспечение возможности детям-магам успешными волшебниками — наша обязанность.
Лорд Слизерин, обернулся к месту председателя МКМ и, глядя прямо в глаза Светозару Кудеснику, произнес:
— Предлагаю МКМ разработать законы и правила, направленные на защиту детей-волшебников, которые. должны быть соблюдаемы всеми анклавами, чтобы обеспечить безопасность и благополучие детей-волшебников во всем мире.
— Поддерживаю! — громко проговорил Светозар Кудесник.
В зале все дружно захлопали в знак одобрения.
— И последнее, что я хотел сказать. То, что этот приют открыто существовал на территории Магической Италии не только вина их руководства, но и МКМ. Почему не проводились проверки или, хотя бы, скрытые расследования по всем анклавам с целью выявления такого наследия Инквизиции? Благодаря речам главы МКМ, постоянно славящего немагическое население нашего мира, мы совершенно забыли о том, как они могут быть опасны. Этот приют самое яркое тому доказательство. Считаю, что маг, постоянно отводящий всем волшебникам глаза от таких угроз не должен возглавлять МКМ.
— Поддерживаю! — еще раз проговорил довольный таким неожиданным предложением Светозар Кудесник и тут же выдвинул свою кандидатуру на замещение поста.
— Это будет бомба! — проговорил лорд Малфой, закончив просмотр. Можно было просто напечатать само выступление, без всяких журналистских рассуждений и общественность уже бы была впечатлена. Стоило доверить написание статьи серьезному мастеру, с надежной репутацией, а не авторам сенсационных статеек на основе слухов и побасенок.
***
Мальсибер и Розье вернулись в Британию и сразу же отправились к сюзерену на личный доклад. Письма — это письма, а живое слово — совсем другое дело.
— Значит, Сфорца сам не знает, куда подевалась Франческа, — мрачно повторил за Этаном Марволо.
— Не знает, и просил оповестить его, если мы ее найдем, — кивнул Розье.
— В виду информации, которую мы получили от итальянца, я полагаю, что нужно найти ведьму как можно скорее. Вряд ли он откажется от мщения, мысли о котором лелеяла не один год, — добавил Мальсибер глядя в сторону, но Лорд и без прямого взгляда понял, на что намекает Ойген.
— Я специально не сказал вам о моем родстве с Франческой, что бы вы на этом не зацикливались, — снизошел до пояснений свои вассалам.
— Милорд, давайте пригласим Нотта, Причарда и Пьюси. Они должны были в наше отсутствие проводить местное расследование. Наверняка что-то накопали, — предложил Розье.
— Еще нам нужны Уоррингтон и Флинт. Они расскажут вам кое-что интересное, — добавил Темный Лорд.
Грэхэм Причард, Гваур Пьюси, Огастес Нотт, Гектор Уоррингтон и Татион Флинт не заставили себя ждать.
— Докладывай ты, Пьюси, от выражений Огги у меня уши болят, — велел Марволо.
— Итак, сначала напомню, что вы уже знаете. На рабочем месте разыскиваемой особы были обнаружены: магловский роман — одна штука, купон на скидку в трактир «Годдери» в магловском Сити и мраморное пресс-папье с золотой фигуркой Хотея, изготовленное в Китае, дорогое, зачарованное на копирование документов, что им промокали в связанный с ней блокнот.
— А мне почему про этот артефакт не доложили? — холодно уточнил Темный Лорд.
— Я виноват, — опустил голову Причард. — Ойген срочно уехал, нас отправили обыскивать дом, и я просто забыл доложить. Но я вложил в папку расследования лист с его описанием.
Лорд Слизерин ничего не ответил, лишь кивнул Пьюси, чтобы тот продолжал.
— Диплом Шармбатона и рекомендации от декана факультета Метриз Маргариты д’Эрбуа оказались очень качественной подделкой. Французская мадам даже не сразу определила, что это не ее подпись. Но мы уже и так знали, что никакой Марджори Фоссет не существует.
— Я не удивлен, — кивнул Марволо.
— На квартиру по выданному нам адресу, указанная ведьма заселилась за день до того, как приступила к работе в избирательном штабе Милорда. Квартира абсолютно безликая. Даже мало этих, как там сказал Дженнер… А вот: отпечатков пальцев мало. Уолтер подкинул мысль, что это была ширма. Подставная квартира. Она приходила туда после работы и аппарировала куда-то еще. Больше пока ничего выяснить не удалось.
— Вы позволите, Милорд? — спросил Мальсибер, и после кивка Слизерина сказал: — Надо наведаться в этот магловский трактир. А еще лучше — установить слежку за ним. Если мисс хранила купон на скидку, возможно, она там бывала не один раз, а в таком случае, есть вероятность, что ее настоящее жилье где-то рядом. Мы с Этаном последим за ним денька три, и кого-то нужно отправить сделать магловское фото пресс-папье и пройтись с ним по магловским антикварным магазинам, где продают китайские вещицы. Вдруг кто-то опознает саму вещь, и скажет, кто ее приобрел.
— Пусть Пьюси с Причардом этим займутся. Этан, проконсультируй их по одежде, чтобы не вызывали подозрений на той стороне, — распорядился Марволо. — Если встретите разыскиваемую ведьму — никаких травматичных чар и никаких проклятий. Только парализующие или связывающие заклинания!
Те, кто был в курсе, кивнули, с пониманием.
Гектор Уоррингтон кратко изложил суть пришествия в редакции «Ведьмополитена».
— На колдофото с обратной стороны оказался едва заметный водяной знак мастерской, где были напечатаны колдографии. Она находилась в Эдинбурге. Мы отправились туда. У нас уже был портрет проходимца, сделанный по воспоминаниям редакторши. Колдографы тоже его опознали. Мы решили искать его через магловскую полицию, так как по виду, он совершенно не походил на волшебника. Небольшие чары принуждения помогли нам выяснить, что молодой человек с похожей внешностью проходит по одному делу в небольшом городке Мидвелтон, это ближайший магловскаий город от Годриковой лощины. У тамошней мадам пропала «девочка» и парень-хастлер. Вот он как раз и был на колдофото.
— Но он же не мог наложить империо на редакторшу журнала, — удивился Пьюси. — Он магл! Волшебник никогда бы до такого не опустился.
— Оборотное! Мы нашли магловского детектива, который занимался пропажей, оказалось, что обоих нашли, но с потерей памяти. Явно кто-то наложил обливейт. Мадам, по документам, что мы забрали в полиции, не помнила точного адреса, куда отправила парочку, но указала, что это была Годрикова лощина, а заказчиком был дед с длинной бородой.
— Дамблдор?! Как, однако, прыток наш оппонент. Разве директору Хогвартса прилично таким заниматься? Я понимаю, что он явно их использовал, чтобы сделать эти колдографии, но факт остается фактом. Он лично посетил бордель и пригласил к себе домой пару его сотрудников. Мы не сможем доказать, что он сделал эти фальшивые колдографии, но факт обращения в магловский бордель — запросто! — широко улыбнулся Мальсибер.
— Об этом я не подумал, — сказал лорд Слизерин. — Придержим пока эту информацию. Достаточно того, что завтра вся Магическая Британия узнает о том, что его сняли с должности председателя МКМ и при каких обстоятельствах все произошло.
«И кто герой-спаситель несчастных детей» — хмыкнул про себя Мальсибер.
***
Вечером Северус играл с Поттером и Блэком, с которыми у него еще не было дружбы, но уже был устойчивый нейтралитет, в триктрак, старинную французскую настольную игруизвестна с XV века, где игроки передвигают шашки по доске по числу очков, выпавших на костях. Игру подарил ему лорд Малфой на Йоль. Развлечений у юных волшебников в школе было крайне мало, так что что-то новенькое их увлекло.
— Слышал, у тебя помолвка на Остару? — спросил Принц Блэка.
— Да, и ты приглашен. Не знаю только, отправить тебе приглашение в мэнор Принцев, вместе с приглашениями для старого Октавиуса и Эйлин, или в мэнор Малфоев, так как ты под их покровительством.
— Может быть проще отдать мне его лично в руки? Такая идея не приходила в твою дурную голову? — хмыкнул Северус.
— Нет, но я ее рассмотрю, — заржал Сириус. — С Марлин еще посоветуюсь, и с маман.
— Гриффиндорское дурачье, — фыркнул Северус, который никак не мог привыкнуть к тому, что они больше воюют друг с другом, что оборотня-Люпина больше нет в Хогвартсе, а Питер как-то отдалился От Поттера с Блэком, которые оказались после прочистки мозгов очень даже неплохими парнями.
— А ты, чего все без невесты? Неужели дед тебе не намекал? — поинтересовался Поттер.
— Намекал, и не только он. Но я всем сказал, что не женюсь.
— Опа! — вскинулся Сириус. — И с чего же такие заявления, только не говори, что я и Джеймс нравимся тебе больше, чем симпатичные ведьмочки.
Блэк закрыл лицо руками и сделал вид что рыдает, а Поттер наигранно выпучил глаза и отодвинулся от Принца.
— Паяцы! Я никогда не женюсь потому, что влюблен. Но предмет моей любви не разделяет мои чувства. Я буду вечным её рыцарем.
— Как Ланселот для Гвиневеры? — с романтичным придыханием спросил Блэк, всем своим видом изображая восхищение.
— Чтоб ты знал, Гвиневера полюбила Ланселота, они не могли скрыть свои чувства и стали видеться друг с другом тайно. Она же была женой короля Артура.
— Тоже так хочешь? — спросил Джеймс.
— Мне такое не светит. Её будущий муж вряд ли такое потерпит и все кончится трагически. Она будет убита, как Гвиневера, но я не успею умереть от горя, как Ланселот. Меня тоже прикончат.
— Да еще сто раз все поменяется! Встретишь ты свою Джульетту! — хлопнул по плечу Принца неунывающий Сириус.
Джеймс закрыл руками лицо, а Северус закатил глаза.
— Что не так-то?
— Джульетта заколола себя, после того, как Ромео покончил с собой, выпив яд, так как думал, что Джульетта мертва.
— Да, Блэк, умеешь ты утешать, — покачал головой Северус и все трое рассмеялись.
***
Альбус Дамблдор провел вчерашний день в Визенгамоте. Там действительно обсуждался законопроект о введении ежегодной медицинской комиссии для всех сотрудников Министерства.
Автор законопроекта, а им был Эйвери-старший, магистр магического права, и сторонник Темного Лорда, по сведениям Дамблдора, приводил весьма разумные аргументы. Он напомнил, что есть масса сглазов, порч и проклятий, которые никак не дают о себе знать годами. И, если не проводить специальную проверку, волшебник может долго о них не знать. Сотрудники Министерства далеко не всем нравятся, а невербальным волшебством владеют многие. Проводя такие проверки, Министерство обезопасит здоровье своих служащих.
Кроме этого, Эйвери еще предлагал два вида проверок. Первый — экстренный. Если другие заметят, что кто-то странно себя ведет или выглядит необычно. Та можно будет избежать, к примеру, последствий деятельности чиновника, находящегося под подвластным проклятием. Второй — входной. Перед тем как взять кого-то на работу, или получить повышение, кандидаты должны будут проходить внеплановую стандартную проверку, плюс еще получать заключение в больнице Святого Мунго о своем душевном здоровье, чтобы невыявленные ранее душевные недуги не заставили новых чиновников понаделать дел.
Закон обсуждали долго. Альбус был резко против, утверждая, что таким образом Министерство будет вторгаться в личную жизнь волшебников, что недопустимо. Но Эйвери разбил все его аргументы, заверив, что подробности будут скрыты клятвой целителей, а Министерство будет только получать бумагу о том, здоров ли чиновник или ему нужно пройти лечение. Никто из даже Светлой фракции не понял, что этот закон от Тёмных направлен лично против него, Альбуса. Легковерные маги почти единогласно проголосовали «за», не увидев ничего плохого в таком законе, а лишь одну пользу. Дамблдор вернулся в Хогвартс злым. К утру его настроение не улучшилось.
За завтраком, когда совы принесли почту, все подписчики «Ежедневного пророка» увидели на первой полосе большую статью с заголовком: «ДАМБЛДОР БОЛЬШЕ НЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ МКМ. ВСКРЫЛИСЬ ШОКИРУЮЩИЕ ФАКТЫ!» Прочел заголовок и сам Альбус, лихорадочно соображая, за какие именно шокирующие факты его сняли с очень нужного ему поста.
***
Настроение после прочтения утреннего выпуска «Ежедневного Пророка» у Марволо было отличным и мысли его повернули совершенно в другую сторону, противоположную от Альбуса Дамблдора.
Марволо исполнилось сорок шесть лет, он думал, что никогда в этой жизни никого не полюбит, но юная Лютеция определенно затронула какие-то струны в его душе. Он думал, что знает все о жизни, но встреча с Лютецией изменила его взгляды. Она была такой красивой, юной и свежей, но в тоже время очень умной.
Чем-то она была похожа на него самого. Молодая ведьма всегда предлагала интересные решения разнообразных проблем, умела эффективно использовать всех и все для достижения поставленных целей.
Когда она говорила, её хотелось слушать и слушать, а не сбежать куда-нибудь подальше, как обычно в обществе большинства других волшебниц. Еще Лютеция отлично сама умела внимать другим, а что еще более важно — понимать говорящего.
Как и положено высокородной леди она всегда сохраняла спокойствие в самых сложных ситуациях и умела быть гибкой, закрывая глаза на недостатки мужчин своей семьи. А когда он увидел, как она сражается, когда она дралась с Беллой, внутри него заворочался внутренний зверь, давая понять, что леди может быть и достойным противником.
Марволо не мог сказать, что в его сердце распустились цветы любви, но что-то там отчетливо ощущалось. А если вспомнить то осеннее катание на лодке, да поцелуй после…
Он хотел сделать что-то особенное для своей будущей супруги, чтобы показать ей, что она для него очень важна. Но что? Куда ее пригласить, что подарить, что сказать?
Марволо трансфигурировал мантию в магловское пальто и вышел в обычный Лондон. Пошел на прогулку по городу, надеясь поймать вдохновение. Он бродил по улицам, забывая обо всем и наслаждаясь окружающей красотой, несмотря на отвратительную промозглую сырость. Снега не было, мороза тоже, зато пальто отяжелело от водяной взвеси в воздухе, которая уже не была дождем, но и туманом еще не стало.
Вот оно! Он устроит пикник там, где тепло и солнечно. Еще с младшей магловской школы Темный Лорд помнил, что когда в Северном полушарии зима, то в это же время в Южном — лето. Во время своих странствий по миру он посетил несколько мест в южном полушарии. Все они были очень интересными. Оставалось определиться, куда именно пригласить прекрасную Лютецию на следующий уик-энд.
Будет ли он рассказывать её о неожиданно появившейся у него взрослой дочери, причине всех их последних беспокойств, Марволо еще не решил.
Comments
Dobromir2006
<div ><div><span class="text">Екатерина Дружинина, есть кое-что ещё хуже. Дочка-лапочка про Лютецию знает. А с тормозами у неё ещё более никак, чем у папеньки. Лютеция уже в зоне риска, а ни отец с братом, ни жених со своей Пожираловкой - ни вот столечко не забеспокоились. Девчоночка-то пострашнее двух младших Прюэттов будет, с такой наследственностью.</span></div></div>
Мария Баженова
<div ><div><span class="text">Мда, ничему Тома жизнь не учит. Сам не расскажет, найдутся доброхоты. Только же извинялся. Вот же.. Глупый человек.</span></div></div>
Екатерина Дружинина
<div ><div><span class="text">"Ещё не решил" он рассказывать о дочери, видите ли. Как бы потом не аукнулось, только ведь прощение выпросил.</span></div></div>
![[SYK] from patreon](https://leaqio.com/kistorage/56232.jpg)
