Kass2010
boosty
Глава 25. Совет кланов
🕑 Added 2024-03-20 17:33:18 +0000 UTC
Еще во время торжества по случаю гибели Старейшины Илин Мэн Яо понял, что из-за своего недостойного происхождения, которое от него самого не зависело, из-за матери, что в глазах всех была падшей женщиной, что он не делай, все так и будут смотреть на него презрительно сверху вниз. Он так старался быть полезным, но отец лишь терпел его. После он выполнил много его грязных поручений, но и это ни на шаг не приблизило его к месту, что раньше занимал Цзинь Цзысюань. Даже расправа с кланом Тиншань Хэ, убийство не только его главы Хэ Су, но и большей части членов клана, сожжение его резиденции Лунный берег не заставили Цзинь Гуаншаня посмотреть на него, как на наследника.
Он понял, что пока сила и власть не будут на его стороне, пока его элементарно не начнут опасаться, он так и будет слышать от мелких сошек в спину, а от тех, кто имеет маломальский вес — в лицо, это постоянное «сын шлюхи». У него не было никакого статуса в Ордене Ланьлин Цзинь, а Цзинь Гуаншань, скорее принял у себя ещё одного ублюдка, от какой-нибудь более приличной женщины, чем его мать, и сделал бы его своим наследником или сразу назначил им крошку Цзинь Лина. Отец мог запросто приказать убить и его, чтобы он никому не смог рассказать о позорных деяниях, исполненных по его приказу. Цзинь Гуанъяо одновременно ненавидел своего отца за все, что с ним случилось в жизни, за то, как он к нему относился, и боялся его.
Мысль о том, как следует поступить пришла к нему неожиданно. Кто-то принес к нему в комнату небольшой сборник картинок, со сценами подвигов совершенных во время Аннигиляции солнца. Цзинь Гуаншань, ожидаемо в ней отсутствовал, зато одна страница была посвящена Цзинь Цзысюаню, который участвовал в боях с небольшим отрядом под командованием Не Минцзюэ с самого начала, несмотря на то, что сам Орден Ланьлин Цзинь присоединился к Аннигиляции Солнца в конце войны, да и тогда, сделал это неохотно. Был там и он сам. Художник отдал его подвигам целый разворот. Один из рисунков изображал его шпионом в Ордене Цишань Вэнь, передающим сведения союзникам, а на втором он был нарисован разящим мечом Вэнь Жоханя.
Сначала чувство гордости поднялось у него в груди. Две страницы! Ему посвятили две страницы, а Цзинь Цзысюаню одну, а Цзинь Гуаншаня там не было вовсе. Но торжествовал он недолго. Немного пролистав книгу, он обнаружил, что настоящими героями войны художник считал Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Вот Старейшина Илин парит в воздухе в своих развевающихся темных одеждах, играя на флейте, а внизу под ним горы трупов и Лань Ванцзи с гуцинем в руках. Вэй Усянь и Лань Ванцзи сражаются плечом к плечу. Затем Лань Ванцзи был нарисован прикрывающим Биченем Вэй Усяня с флейтой, потом Хангуан-Цзюнь выносящий из боя истощившего все силы Старейшину Илин после победы в Безночном городе. И ни одной страницы о том, что было после.
Мэн Яо мнил себя стоящим на дороге ведущей к величию, не жалел никого, чтобы из бордельного мальчика, сына шлюхи вскарабкаться на самый верх, а, на самом деле, так и остался почти никем. Даже смерть Вэнь Жоханя от его руки не сделала его настоящим героем. Нужно было действовать прямо сейчас, пока и это не забылось. Цзинь Гуанъяо захотелось порвать или сжечь глупую книжонку, кто только сподобился всё это нарисовать? Он знал только одного художника, кто мог по памяти изобразить лица всех главных участников Аннигиляции Солнца, включая тех, кто погиб, только он не думал, что тот занимается не только росписью вееров и рисованием эротических картинок…
Решено! Он убьет Цзинь Гуаншаня и займет его место. Только простой смерти этот старый похотливый козел не заслужил. Это смерть должна была стать настоящей местью за все его унижения. Это должен был быть позорный оскорбительный конец и сам отец обязан был осознавать, как именно он умирает.
Цзинь Гуанъяо собрал из нескольких весенних домов жриц любви, которые в силу возраста или внешности не пользовались спросом, и привел к Цзинь Гуаншаню, которого предварительно напоил якобы придающим мужскую силу чаем. Он таким и был, только Мэн Яо добавил в него особых капель, которые не только возбуждали, но и не позволяли темпераменту успокоиться очень и очень долгое время… После, женщины, получившие приказ не давать мужчине ни минуты отдыха приступили к тому, зачем их наняли, хотя меж собой тихонько обсудили то, что клиент от такой нагрузки «не ровен час, испустит дух во время одного из заходов». Цзинь Гуаншань вскоре и сам это понял, скинув с себя очередную «даму». Он находился в странном состоянии, хрипел и не мог говорить и хотел, чтобы ему позвали целителя, но вместо этого Цзинь Гуанъяо привязал его к кровати, рассмеялся и сказал:
— Отец, не сопротивляйся! Ты же любишь это больше всего на свете, сейчас ты должен быть очень счастлив! Оу, что-то не так? Ты понял? Да, я хочу, чтобы ты з@@@@@@лся до смерти, похотливый козел!
Перепуганные проститутки столпились в углу комнаты.
— Продолжайте и не останавливайтесь! — приказал он им.
До двенадцатого раза Цзинь Гуаншань не дожил.
Цзинь Гуанъяо наслаждался своими воспоминаниями о смерти отца, и радовался позору, который, конечно пришлось скрыть, но когда это были такие секреты, которые можно было утаить от всех во дворце?
— Потерял силы на ночной охоте? Да он и сам не помнил, когда в последний раз на неё ходил! Цзинь Гуаншань охотился исключительно за продажными девками! — так все тихо шептались по углам.
Настала пора прибрать в свои руки сначала правящий клан и Орден Ланьлин Цзинь. За то время, что он прожил в Башне Кои и в процессе исполнения поручений отца, Ланьфан-цзунь хорошо изучил многих адептов, включая старейшин. Среди них было много ленивых, тщеславных и жадных заклинателей. Такие всегда полезны. Дай каждому то, что ему нужно, и не останется никаких препятствий для того, чтобы перетянуть их на свою сторону.
По закону наследником за отсутствием особой воли Цзинь Гуаншаня считался его внук Цзинь Лин. Прямо перед собранием клана неожиданно появился слух, что Цзинь Гуаншань оставил завещание, в котором назвал наследника. Если такой документ и был, то в нем точно не было имени Цзинь Гуанъяо. Пришлось ночью навестить кабинет отца и тщательно проверить все бумаги. Когда только этот постельный герой успел написать завещание? И зачем? Он точно не собирался умирать! Скорее всего, этот слух пошел от госпожи Цзинь, которая презирала его и собиралась защищать права своего внука, сына обожаемого ею Цзинь Цзысюаня. Старая паскуда! Как только он возглавит орден, она быстро отправится вслед за своим законным супругом.
Завещание все-таки нашлось. Оно было очень коротким. Цзинь Гуаншань назначал своим наследником Цзинь Лина, а свою супругу, до совершеннолетия главы клана, его регентом. Документ был сожжен прямо в кабинете. Придется перед собранием еще некоторых припугнуть, а другим посулить денег, чтобы даже не было упоминания о завещании. Чтобы обезопасить себя от поползновений госпожи Цзинь, Цзинь Гуанъяо сделал так, чтобы она «случайно» узнала о десяти трупах проституток, выбраненных на пустырь за территорию ордена, и то, что их убили по его приказу. У нее был стервозный характер, но ума было не занимать. Он упомянет в своей речи, что передаст власть Цзинь Лину, когда тот будет готов. Это должно было успокоить его бабку, а там ежедневная капелька безвкусного снадобья в чай… И вот, спустя полгода, госпожа скончается от сердечной болезни. Что поделать? Она уже была не молода, и так убивалась по смерти сына, невестки и супруга…
Учитывая возраст Цзинь Лина, а так же напомнив всем о героических подвигах Ланьфан-цзуня во время Аннигиляции солнца, Цзинь Гуанъяо большинством голосов был утвержден сначала главой правящего клана, а потом и Ордена. Цзинь Гуанъяо, произнося свою первую речь, как Глава, бросал смущенные улыбки, сверкая ямочками на щеках, обещал еще более укрепить положение Ордена, чтобы оставить «сыну героя войны Цзинь Цзысюаня», когда придет время, все в процветании. В конце была добавлена ненавязчивая фраза о том, что дабы сохранить главенствующее положение Ордена, он, его Глава, постарается унаследовать от почившего отца и титул верховного заклинателя. Но это как будет угодно богам.
Утверждение Цзинь Гуанъяо верховным заклинателем было невозможно без участия в Совете Лань Сичэня и Не Минцзюэ. А этих до окончания годичного траура ждать было бесполезно. Поэтому Ланьфан-цзунь постарался с пользой потратить оставшееся время.
У него уже был готов список недовольных его избранием, что отправились в тюрьму или в очень далекое путешествие без возможности вернуться. Всё зависело от того, насколько они были опасны. В свою очередь из тюрьмы были выпущены те, кто могли быть полезны новому Главе.
Одновременно с этим, Цзинь Гуанъяо начал разработку идеи о повсеместном строительстве Смотровых башен. Он планировал разместить их на территории каждого ордена и каждого клана. Официально он собирался навязать всем этот проект как идею всеобщей безопасности. За каждой вышкой закрепили специальную команду заклинателей, и если в округе происходило бы что-то странное, то они бы или сами принимали безотлагательные меры и сообщали об этом верховному заклинателю. И строительство, и содержание таких отрядов, было делом не дешевым. Хоть Орден Ланьлин Цзинь был всегда богаче остальных, а сейчас еще и был единственным орденом, что не пострадал во время войны, но для реализации этой идеи раскошелиться должны были все, для чего нужно было ввести постоянный налог.
Уж Цзинь Гуанъяо постарается всех убедить! А тогда можно и часть собранных средств пускать на личные цели, но, не это было главным. Смотровые башни были нужны, как опорные пункты для сбора информации. Он расставил бы на них верных людей и всегда знал бы, чем живут все кланы, а это означало, что он мог бы всех контролировать. Он мог бы даже отправить отряд заклинателей на территорию другого клана, обосновав это необходимостью связанной с какими-то полученными тревожными новостями.
Эти башни были нужны, потому он должен был стать верховным заклинателем.
И вот, наконец, год прошел. Была назначена дата Совета кланов. Цзинь Гуанъяо нетерпением ожидал момент своего триумфа. Наверняка и Не Минцзюэ, и Лань Сичэнь уже осведомлены о том, что он стал их ровней, таким же главой одного из Четырех Великих Орденов. Он предвкушал то, как он будет смотреть на них, а они на него. Когда же он сядет на кресло Великого Заклинателя это станет настоящим моментом его триумфа. Все, к чему он стремился, наконец, осуществиться. Чем меньше времени оставалось до Совета, тем большее его охватывало волнение.
***
Всё начиналось, как и было задумано, пока не заговорил Не Минцзюэ, а за ним Лань Сичэнь.
— Вам и самому должно быть известно, ведь на ваших руках кровь, как минимум одного из глав кланов. Это Хэ Су, Глава клана Тиншань Хэ. Ведь вы убили его? — взгляд Цзэу-Цзюня был острым как бритва, а голос холодным как лёд.
По залу тут и там раздались возгласы удивления, да и лица почти всех заклинателей отражали то, насколько они поражены там заявлением со стороны глав двух Великих кланов. Надо отдать должное Цзинь Гуанъяо, он отменно владел собой и ничем, ни жестом, ни взглядом, ни даже малейшим движением бровей не показал того, что обвинения имеют под собой хоть малейшие основания.
— Уважаемый Глава Лань, не ввели ли вас в заблуждение? Вы так долго отсутствовали, многое пропустили. Есть ли какие-то доказательства тому обвинению, что сейчас прозвучало? — спросил глава клана Балин Оуян.
— Я мог бы отсутствовать и годы, время не мешает мне отличать добро от зла, — проговорил Цзэу-Цзюнь, и его слова, по-прежнему, звучали холодно и спокойно. — Разумеется, я не стал бы выдвигать голословных обвинений. Если позволите, я прочту вам содержание данного свитка. Здесь заверенный тремя уважаемыми заклинателями рассказ свидетеля совершенного Цзинь Гуанъяо преступления.
По спине Ланьфан-цзуня побежал холодок. Цзэу-Цзюнь не опустился бы до подкупа фальшивого свидетеля. Это означало, что кто-то из адептов его Ордена либо продался, либо по каким-то иным соображениям предал его. Как только он услышал первые строки, то понял, что не ошибся. Изложено всё было правдиво и подробно.
Сейчас все узнают, что он убийца. Убийца главы другого клана. Убийца и мучитель. Он убил его без доказательств вины, без рассмотрения дела на Совете кланов. Придется пытаться защищаться грубо. Как бы ему не был симпатичен Лань Сичэнь, он прямо сейчас пожалеет о том, что пошел против него.
Глава Лань как раз закончил чтение свитка и подписей под ним.
— Я не верю! — воскликнул глава клана Пинъян Яо.
— А я очень даже верю, — сказала глава клан Мэйшань Юй, почтенная Юй Сянху, мать Юй Цзыюань, бабушка главы клана Цзян и прабабушка Цзинь Лина. — Этот юноша, не запомнила его имени, он так рвался к власти, отодвинул настоящего наследника, моего правнука. Да еще и захотел стать верховным заклинателем. Обычно такие идут, как раз, кровавой дорогой. И я удивлена, почему ты, Цзян Ваньинь, принял это! Бедные Юй Цзыюань и Цзян Яньли прокляли бы тебя за такое, будь они живы!
— Эти показания фальшивые! — поспешил высказаться Цзинь Гуанъяо, пока и старуха не наговорила чего-нибудь еще и Глава Цзян случайно не усовестивился от её слов. — Я уверен, что это заговор с целью меня опорочить. Глава клана Лань, а вы, случайно, не сохранили ли вещи Старейшины Илин? Тигриную печать, например? Хотя нет, Вэй Усянь сам её уничтожил, но вы, вполне, могли забрать его записи о том, как изготовить подобный артефакт. Мы не знаем, чем вы занимались, закрывшись в своих горах на целый год. Зато теперь всем очевидно другое. Хотите захватить власть и подчинить себе все ордена и кланы?
Тишина в зале стала абсолютной. Заклинатели переводили взгляды с Лань Сичэня на Цзинь Гуанъяо и обратно. Никто просто не мог ничего сказать. Как бы не звучало неожиданно обвинение в адрес Ланьфан-цзуня, но то, в чем он обвинил Цзэу-Цзюня, было вообще полным абсурдом. Не стал бы последний нефрит Гусу Лань замышлять подобное.
—А зачем главе Лань это делать? — тихо спросил глава клана Шицюань Тан, но в тишине его голос прозвучал оглушительно громко.
— Орден Гусу Лань я бы заподозрил в таком в последнюю очередь. Ведь и Лань Сичэнь, и Лань Ванцзи и Лань Цижэнь — все отказались занять пост верховного заклинателя, когда им его предлагали, — произнес глава клана Увэй Лаован. — К власти рветесь именно вы, Цзинь Гуанъяо. Сначала глава клана и Ордена, а теперь собираетесь стать верховным заклинателем. Больше, похоже, что вам самому не дает покоя тигриная печать. Вот она смогла бы дать вам и могущество, и власть.
После этих слов все разом зашумели, а некоторые и схватились за оружие.
— Тихо! — гаркнул на весь зал своим мощным командирским голосом Чифэн Цзунь, успевший просмотреть еще кое-какие записи, что подсунул ему Не Хуайсан. — Похоже, что это не единственное преступление Мэн Яо. Имеются обоснованные подозрения, что он был причастен к смерти Цзинь Гуаншаня, а также очернению имени героя Аннигиляции солнца Вэй Усяня. Ведь именно из этого дома расходились слухи о том, что он, чуть ли не собирается захватить весь мир. Предлагаю поместить этого заклинателя под арест. Провести тщательное расследование, а временной главой Цзинь назначить супругу покойного последнего главы госпожу Цзинь.
Адепты Не и Лань, исполняя приказ глав своих орденов, обезоружили Цзинь Гуанъяо и связали его. Ошеломленный стремительным крахом своего успеха, заклинатель старался не терять свое лицо. Он был уверен, что сумеет найти способ оправдаться, а недостойное поведение сильно бы испортило мнение о нём. Единственное, что он себе позволил, это обратиться к Лань Сичэню.
— Как коротка ваша память, глава Лань. Облачные Глубины были сожжены дотла, и вам пришлось бежать, кто приютил вас и оградил от всех опасностей? Так вы платите мне за добро?
— К этому времени я достаточно сделал для вас, чтобы считать, что меж нами нет долгов. И, поверьте, если будет доказано, что именно вы распространяли массовую клевету в адрес Вэй Усяня, которая спровоцировала нас на конфликт с ним, в результате которого погиб мой брат, я убью вас сам лично.
Все присутствующие в зале смотрели на Лань Сичэня с удивлением. Это был какой-то другой глава Лань, прежде им не известный.
Когда Цзинь Гуанъяо увели, Не Минцзюэ встал и сказал:
— Мы же собирались избрать нового верховного заклинателя, давайте сделаем это. Предлагаю достойнейшего кандидата, уважаемого Лань Сичэня. В этот раз, я всех могу заверить, он не станет возражать.
Почти все проголосовали «за». Впереди было еще расследование деяний Мэн Яо, и восстановление доброго имени Вэй Усяня, но всем и так уже было ясно, что все теперь изменится в лучшую сторону.
Mo Dao Zu Shi Drunken Dreams.mp3
***Британия, Западный Корнуолл, поместье Поттермеор
— Я весь этот учебный год размышлял и анализировал, придя к неутешительному выводу. Вы, молодой человек, — обратился он к Лань Чжаню, — возможно тот, за кого себя выдаете, а вот вы, — и он кивнул Вэй Ину, — определенно не Гарри Поттер, хотя все тесты говорят о том, вы это он. Куда делся настоящий Гарри?
Профессор совершенно не был уверен в своем очень смелом предположении, просто хотел удостовериться, что его воображение очень сильно разыгралось. Но к тому, что произошло дальше Снейп был совершенно не готов.
Заклинатели переглянулись и помолчали. Потом Вэй Ин посмотрел на Снейпа и произнес:
— Это сделали не мы. Нас сюда отправили, не спрашивая, хотим мы этого или нет. А мальчик сейчас где-то в нашем мире. Небожители обещали, что ему там будет хорошо, и он вернется сюда после того, как мы выполним нашу миссию.
— В вашем мире — это, в каком?
— Там, где мы родились…
Далее Северус услышал довольно спутанный рассказ о том, где раньше жили те, кто сейчас сидел перед ним, что в их мире происходило, и как их занесло сюда.
— Правильно ли я понял, что настоящий Гарри Поттер не мёртв?
— Те, кто нас сюда отправил, заверили, что нет. Его душа вернется в это тело, когда мы выполним здесь свою миссию. Когда я попал в тело Гарри Поттера, он уже почти умер. Высшие силы перенесли его душу туда, где для него будет безопасно, чтобы он мог повзрослеть, набраться сил и знаний. Я как раз в этот момент умер, и, оказался душой, призванной на его место. Для меня миссия в вашем мире — это искупление. Как только я её закончу, то смогу переродиться в своем прежнем мире.
— А ваш молчаливый друг? Он тоже нагрешил? — и Снейп посмотрел на Лань Чжаня.
— О нет, он был одним из самых праведных заклинателей нашего мира. Ему не повезло с тем, что я оказался его чжицзи. Он стал меня спасать, а в итоге мы оба погибли.
— Нет! Мне повезло! — проговорил Лань Чжань и выразительно посмотрел на Вэй Ина. — Лучше тебя никого нет!
— Я понял, вы такая стандартная парочка друзей: один очень плохой парень, и один очень хороший, — ухмыльнулся Снейп, немного успокоенный тем, что сын подруги не погиб безвозвратно, а, наоборот, его избавили от не самой завидной доли, что вскоре его ожидала.
— Вэй Ин — хороший! — твердо заявил Лань Чжань, почти оскорбленный за своего обожаемого чжицзи.
— Ну, нет, я не злодей. Хоть меня и называли Магистром Темного пути, и я действительно тёмный заклинатель, но я никогда не стремился причинять зло. Просто обстоятельства под конец моей жизни стали сильнее меня.
— Вэй Ин — добрый! Спас много людей, — добавил Лань Чжань, которому не нравилось, что местный темный маг будет плохо думать о его чжицзи.
— Спас, а что толку? Все равно их всех убили, — вздохнул Вэй Ин и его глаза стали очень печальными.
— Я услышал вас обоих, — заверил Северус, чтобы прекратить этот бесконечный спор. — Сколько вам лет на самом деле?
— Когда попали сюда, нам было по двадцать один. Здесь прошло два года, значит теперь двадцать три, — ответил тот мальчик, что был Поттером.
— Как уже догадался, ваше настоящее имя Вэй Ин?
— Только близкие! Только друзья! Господин Вэй, Вэй Усянь, — строго проинформировал зельевара Лань Чжань. Подумал секунду и добавил: — пожалуйста.
— У нас тоже не принято назвать кого-то по имени, если у тебя нет на это разрешения. Спасибо, что объяснили мне. Тогда как я могу обращаться к вам?
— А это у нас Лань Ванцзи, или Второй Господин клана Лань, или Хангуан-Цзюнь. Думаю, что в этом мире уместно было бы называть его наследник Лань. Это я простой парень, а мой чжицзи из благородных.
— Нет, не простой парень, — Лань Чжань покачал головой. — Кто был первый ученик Ордена Юньмэн Цзян? А третий в списке лучших молодых заклинателей?
— В списке — четвертым, — улыбнулся, с умилением глядя на ворчание своего чжицзи, Вэй Ин.
— Нет, третьим! Все знали, как попал туда Цзинь Цзысюань.
— Предлагаю пока на этом завершить нашу приватную беседу, поговорим об остальном завтра. Я рад, что вы открылись мне, и буду помогать вам в выполнении вашей миссии, чтобы поскорее вернуть обратно настоящего Гарри Поттера. Кто-то еще знает правду? — спросил Северус, у которого от множества незнакомых слов и непривычных имен стала побаливать голова.
— Цао лаоши, здесь больше никто, — сообщил Вэй Ин.
— Теперь мне понятно, почему он увез вас в Китай. Конечно, он не мог не заметить ваших боевых умений. Как-нибудь покажите мне, что на самом деле вы можете.
— Всё нельзя! — замотал головой Лань Чжань, придя в ужас от мысли, что его чжицзи поднимет для Снейпа какое-нибудь корнуолльское кладбище. Вот по кому он не скучал, так это по всякой нечисти из родного мира.
— Конечно, нет, не думаю, что профессор имел ввиду мое тёмное заклинательство. Уверен, что он просто хочет посмотреть красивый бой, — широко улыбнулся Вэй Ин.
— Именно так, — ответил, вставая Северус, хотя этот тёмный маг умел такое, судя по создаваемым им талисманам, что он взглянул бы и другие его навыки. Все это могло в будущем очень пригодиться.
Comments
Яна Мойдунова
<div ><div><span class="text">спасибо большое завтра, за главу. жду продолжения</span></div>
Ксения Москаленко
<div ><div><span class="text">Спасибо большое за новую главу. <br>жду продолжения. </span></div>
