Kass2010
boosty
Глава 12. Король Гондора
🕑 Added 2024-07-08 16:11:41 +0000 UTC
Супруга Главного казначея Гондора Адунабела, троюродная сестра наместника Эктелиона, Анкалимэ в свои тридцать пять оставалась столь же прекрасной, как и раньше. Годы, казалось, были не властны над ней. Лицо оставалось гладким и белым, как отполированный мрамор. На нём не было ни одной морщинки. Серые нуменорские глаза, как прежде, блестели под прямыми тонкими бровями. В копне длинных, темных волос не было ни одного седого волоса. Пухлые губы были подобны лепесткам алых роз, стройному и гибкому телу могли позавидовать бессмертные эльфийки. Она происходила из рода правящих наместников Гондора, хотя сама утверждала, что она потомок первой правящей королевы Нуменора Тар-Анкалимэ, имя которой она и носила.
Кроме красоты, знатная дама Гондора сохранила и качества своего характера, которыми отличалась в дни молодости: была такой же настойчивой, упрямой и жестокой. Прежним осталось и сердце Анкалимэ. С самых малых лет она мечтала править Минас Тиритом, но наместник Тургон выбрал для сына другую невесту, тихую скромницу Иорет. А Анкалимэ выдали замуж за уже тогда немолодого Адунабела. С тех пор, в её сердце копилась обида, ненависть к Иорет, её мужу Эктелиону, а теперь и к их сыну Денетору. Анкалимэ не собиралась всю жизнь прожить на вторых ролях. Трон наместников Гондора, а, возможно, и корона его королевы, постоянно её манили.
Когда наместник Эктелион II получил от эльфийских лордов послание с пожеланием доброго здоровья и сообщением о том, что в связи с гибелью Саурона и установившимся миром, Арагорн, сын Араторна, наследник Исилдура и Элендила, подлинный король Гондора возвращается в Минас Тирит, чтобы занять свой законный трон, этот дурачок был рад и даже сказал пламенную речь о том, что наместники выполнили свою миссию с честью и сохранили престол для истинного короля. Совет приветствовал эту новость, хоть и неохотно. Голоса разума, звучащие из уст Адунабела и Барзагара, вложенные в их головы Анкалимэ, услышаны не были.
Дерзкая и отважная аристократка никогда и ничего не боялась, не испугала её и необходимость предпринять радикальные меры: этот мальчик не должен был попасть в Минас Тирит. В ночь, когда отряд стражи направился в Осгилиат, чтобы предотвратить там высадку отряда наследника Исильдура, Анкалимэ вышла на самый край мощеного двора на вершине отрога, на самом верхнем уровне города, на смотровую площадку, откуда открывался вид на долину Андуина. В безоблачную ночь его воды блестели как лунное серебро.
Анкалимэ надеялась увидеть, как стражи вскоре возвратятся обратно в Минас Тирит. Возвратятся одни, без незнакомого отряда, но видно Эру Илуватар сегодня был не на их стороне. Свет факелов, которых стало в два раза больше, как и всадников в отряде, отразился в её глазах, упал на бледный лоб и сжатые губы Анкалимэ. Она тут отошла от края, затем быстро развернулась и поспешила в сторону лестницы, ведущей с последнего, седьмого уровня на шестой, где был её дом.
В темном проходе воздух был холодный и сырой, как и везде в скальном городе. Хорошо, что у высших сановников была особая привилегия: им разрешалось иметь крошечный сад у дома, что при плотной застройке Минас Тирита было неслыханной роскошью. Анкалимэ нуждалась в воздухе, терпко пахнувшем цветами. Она спешила туда по каменными лесенкам и переходам, что вели ее в полутьме, и где её шаги гулко отзывались под каменными сводами.
Анкалимэ не нужно было спускаться до главных въездных ворот, чтобы разглядеть прибывших. На одной из сторон её дома был балкон выходивший на улицу, по которой кавалькада поднималась наверх. Впереди отряда незнакомцев ехал красивый, крепкий, жилистый и сильный мужчина, в седле перед которым покачивался, привалившись к нему, закутанный в плащ мальчик. Рядом с ними на красивой белой кобыле ехала леди, чья богато вышитая накидка скрывала фигуру, а её капюшон — лицо.
За этой парой следовал Гендальф. Он уже бывал в Минас Тирите, Анкалимэ видела его и не могла перепутать с кем-то другим. За майар следовал отряд из дюжины эльфов и десятка роханцев. Не много, чтобы противостоять войску, но достаточно, чтобы отбиться от нападения небольшого отряда.
Итак, настоящий король, потомок Исильдура, все таки, прибыл в Минас Тирит, чтобы занять трон своих предков.
***
Гондор знал в прошлом блистательные времена. Первые его правители, и множество королей более поздних времен собрали, сохранили и приумножили сокровища науки и культуры Нуменора, долгое время поражали соседей своей мощью, присоединяли новые земли. Среди войн, крови и природных бедствий Гондор выстоял, сохранил богатство и силу, владычествовал над многими землями и народами.
Но эти времена эти миновали. Постоянная угроза со стороны Мордора, стычки с орками, нашествия истерлингов, нападения пиратов Умбара, — все это привело к тому, что от могущественного прежде государства откалывались земли, нищали на его территориях крестьяне, а в городах — ремесленники. Даже жители Минас Тирита, что всегда были на особом положении, были недовольны своей жизнью.
Нынешний Наместник был хорошим правителем, но за то время, что он был у власти успел сделать для Гондора не так много, особенно, с учетом того, что Темный Властелин пал совсем недавно, и угроза войны все еще серой тенью присутствовала в сознании каждого гондорца, никак не желая его покидать.
Эктелион вышел навстречу прибывшим и поприветствовал сонного, только что разбуженного Арагорна, Гильраэн и её супруга Рудольфуса, который внешне не походил ни на дунэдайн, ни на представителя ни одного из известных наместнику народов. Он мог бы сойти за жителя Дейла, если бы этот город давно не лежал в руинах, а часть его жителей уже не обосновалась в Гондоре. Гэндальф многообещающе посмотрел на Эктелиона, этот взгляд посулил ему интересный разговор наедине. Наместник коротко кивнул майар.
— Прошу вас всех проследовать во дворец. Там уже приготовлены покои для наследника и его семьи, для уважаемого Гэндальфа. Остальных мы разместим на уровень ниже.
Старший эльфийского отряда вопросительно посмотрел на Руди и тот кивнул, подтверждая, что они могут идти отдыхать, он справится. Лесные эльфы не стали спорить с магом. Они много раз видели на что способны эти, кажущиеся совершенно обычными людьми, волшебники. Их взяли с собой больше для того, чтобы производить впечатление на окружающих. Если понадобиться, маг или исчезнет мгновенно вместе с леди и мальчиком, и поубивает всех, кто посмеет на них напасть.
Роханцы от гостеприимства отказались. У них не было дел в Минас Тирите, да и спать они больше предпочитали на Пеленнорских полях, чем крошечных комнатах в казарме городской стражи. В Минас Тирите дом с большими комнатами мог себе позволить только знатный аристократ или очень богатый торговец. Здесь просто не было места для этого.
***
Спальни приготовленные для Арагорна и Гильраэн с Руди выходили дверями в общую гостиную, которая могла служить еще и столовой и кабинетом, судя по обстановке.
Интерьер самих спален был почти одинаков. Он казался величественным и роскошным, особенно по здешним меркам, когда существует большая проблема с пространством. Высокий потолок был украшен изящной резьбой и затейливой росписью. Каменные стены были задрапированы красивыми тканями. Центральное место занимала огромная кровать с высоким изголовьем, обитым мягкой тканью темно-синего цвета, с серебряной вышивкой. Над кроватью — балдахин, под кроватью — пушистый ковер с изображением звездного неба, как оно выглядит над Минас Тиритом. Богато украшенные занавеси из тонкого шелка, закрывали окна, пропуская лишь тень мягкого света луны. На столике у кровати масляная лампа, рядом полка с десятком книг на синдарине и всеобщем языке.
Гильраэн отправилась уложить Арагорна, а Руди сразу же достал парный блокнот, чтобы сообщить своим коллегам, что они благополучно добрались до Минас Тирита.
«Была небольшая проблема, но я лучше завтра о ней расскажу. Сейчас у меня в планах хорошенько выспаться, чтобы завтра быть готовым ко всему».
***
Утром за завтраком за большим столом по обе его стороны сидели семьи Наместника и будущего Государя. Эктелион, Иорет и Денетор с одной стороны, и Арагорн, Гальраэн с Рудольфусом с другой. Во главе стола, неожиданно, чтобы не возникало вопросов главенства власти на текущий момент, сидел Гендальф.
— Как Наместник короля, блюститель трона, я готов передать власть законному Государю, но, как мне кажется, чтобы избежать волнений, и не дать оснований для сомнений, будет правильно получить одобрение подданых, жителей Гондора, — проговорил Эктелион. — В тот день и час, когда я получил сообщение о вашем приезде, мой юный лорд, я отправил гонцов во все стороны, с просьбой прислать в Минас Тирит представителей всех земель и городов для большого собрания, на котором вы предстанете пред ними. Все они знают о появлении наследника и скажут свое слово.
— Разумно, — кивнул Руди. — Насколько я знаю, со времени правления последнего короля сменилось так много поколений, что часть людей уже их и не помнит, считая, что Наместник и есть главный законный их правитель. Не лишним будет напомнить всем, что это не так и провести церемонию передачи власти прилюдно, со всеобщего одобрения.
— Когда мы закончим трапезу, Арагорн, ты должен пойти со мной. Это важно, — сообщил майар Эстелю, а затем обратился к его матери: — Обещаю, что будущий государь будет со мной в безопасности.
Попросив мальчика одеть удобную походную одежду, Гэндальф повел к выходу на склон Миндоллуин, что находился в конце улицы Тишины*, где слева и справа располагались усыпальницы королей и наместников Минас-Тирита с крышами в виде куполов.
— Внутри каждого здания-усыпальницы на крышке каждой мраморной гробницы лежит каменная фигура похороненного в ней, — пояснил удивленно озирающемуся вокруг мальчику Гендальф.
— Зачем было строить эти гробницы и так богато их украшать? Не лучше ли было утроить простые могилы с надгробными камнями?
— Эта традиция пришла сюда вместе с нуменорцами. На своей родине они воздвигали для мертвых каменные гробницы, которые становились все пышнее и больше. Погребения их были очень богаты, я слышал, что мертвецы лежали в них «на золотых ложах».
— Но это же глупо! Заботиться нужно о живых, мертвые, они уже умерли. Им всё это без надобности, — возмутился Арагорн.
— Так на людей повлияла павшая на них тень. Но с твоим появлением забрезжила надежда, что при короле сюда вернется мудрость прежних лет. Не должны гробницы правителей быть роскошнее жилых домов людей. Нельзя считаться с именами предков больше, чем с именами сыновей. Бездетные короли Гондора проводили время в пустых залах дворца в размышлениях о своем величии. Так угасал твой род.
— Думаете, я смогу все изменить? — робко уточнил Арагорн.
— Уверен. А чтобы в это поверили все, тебе нужно кое-что отыскать на склоне горы, — улыбнулся Гендальф.
— Что именно?
Старик и мальчик уже вышли за пределы города и поднимались вверх по тропе проложенной так давно, что сейчас по ней мало кто отваживался ходить. Хотя дело было не в том, что она вся осыпалась, местами была перекрыта обвалами, да и просто заросла. Эта тропа вела к такому месту, куда могли приходить лишь короли Гондора. Это был настоящий луг на горном плато, с которого весь Минас Тирит смотрелся как на ладони. Его белые башни были похожи на мелки для письма, а вся долина Андуина была подобна саду.
С одной стороны горизонта взгляд достигал серых вершин Эмин Муил* и сверкающего на солнце, как звезда Рауроса*, а с другой стороны была видна серебряная лента той части Андуина, что нес свои воды, до самого Пеларгира*, а за ним, на грани видимости — тонкая синяя полоска моря, сливающегося со светом небес.
Мальчик восторженно замер, а майар произнёс:
— Вот твои владения. С началом твоего правления начнется новый век, но я надеюсь, что сохранишь всё, что может быть сохранено. Ибо без прошлого, без памяти о нём нет достойного будущего.
— Мы пришли чтобы посмотреть на это? — отозвался Арагорн.
— Нет. С уходом королей засохло Белое дерево Гондора. Чтобы люди поверили в лучшее, чтобы у них появилась надежда, дерево в Фонтанном Дворе должно снова стать живым.
— Но как я это сделаю? Я же не маг, как дядя Руди и его друзья. Они оживили мертвый лес короля Трандуила, я могу попросить у них то снадобье…
— Погоди, дай мне сказать. Отвернись от зеленеющего мира и посмотри в другую сторону, туда, где всё кажется голым и холодным! — приказал Гэндальф.
Арагорн повернулся в сторону каменистого склона Миндоллуин и всмотревшись, заметил одинокий росток, деревце высотой не более, чем в три фута, на веточках которого зеленела листва. Среди длинных и изящных, тёмных сверху и серебряных снизу листьев, образовавших жиденькую крону пряталось небольшое белое соцветие, чьи лепестки сияли, как снег под солнцем.
— Я нашёл! Смотри! Это росток Белого Древа! — воскликнул будущий король Гондора.
— Воистину это так. Это древнее святилище, где был посеян вызревший плод Древа, прежде чем угас род королей или засохло во Белое Дерево в Минас Тирите. Было предсказано, что жизнь внутри этого плода будет спать столько, сколько будет нужно, чтобы дождаться нового короля. Он лежал здесь, на горе, скрытый ото всех, как и потомки Исильдура, и он пророс тогда, когда пришло время явиться законному Государю.
Арагорн бережно вынул деревце из земли и они с Гэндальфом вернулись в Минас Тирит. О находке были поставленны в известность лишь Гальраэн, Рудольфус и Эктелион, а так же работники, что бережно выкорчевали засохшее дерево и перенесли его на отдых в скрытый угол Рат Динен. На его месте Арагорн сам посадил принесенное им деревце, которое пока укрыли, скрывая до нужного времени от посторонних взглядов.
— Знак дан, — кивнул Эктелион.
***
Все пространство седьмого уровня Минас Тирита было заполнено людьми. На ступенях, ведущих ко входу во Дворец Короля, сейчас именовавшийся дворцом Наместника, стоял сам Наместник Эктелион II, члены Совета, а также Арагорн, в сопровождении матери и Рудольфуса. На плитах огромной площади, простиравшейся от ступеней башни до узкого мыса, которым заканчивалось всё пространство верхнего уровня города, стояли жители Гондора. Здесь были люди с границ с побережья Андуина, с Анориэн, Лоссарнах и Лебеннин, из Белфаласа, Ламедона и Лангстранда, из Калембела, Линхира, Осгилиата, Пеларгира и Тарноста и других земель и городов. На одних было богатое платье пошитое по нуменорским традициям, на других — простые дорожные костюмы, третьи по одежде больше смахивали на лесных эльфов, но всех объединяло одно — они жили на земле Гондора.
Howard_Shore_-_Minas_Tirith_72683335.mp3
Гул и шум наполняли воздух над площадью. Напряжение ожидания ощущалось повсюду.
Свет заходящего солнца и уже зажженных огромных факелов освещали собравшихся, создавая игру теней на их лицах и в отражениях глаз. Иногда над толпой звучали громкие восклицания. Собравшиеся были полны жажды услышать те слова, что могли изменить их будущее.
Эктелион II поднял руку, с белым жезлом наместника в ней, призывая к тишине.
— Жители Гондора! Я собрал вас здесь сегодня для того, чтобы объявить о том, что последний Наместник просит позволения сложить свои полномочия.
— Как это сложить? А кто будет тогда править? — выкрикнул кто-то из толпы. — Разве Гондору уже не нужен Наместник?
Эктелион поднял голову и вгляделся в стоящих на площади людей, словно хотел узнать, кто спрашивает. Но на него смотрели сотни глаз, и во всех один и тот же вопрос.
— Я не просто ухожу, а уступаю место законному Государю, — сообщил Эктелион и толпа зашумела. Наместнику снова пришлось призывать к тишине. — Все вы всегда знали, что когда-нибудь этот день придет. Белое Дерево Гондора вновь зазеленеет, приветствуя своего короля.
Слуги сдернули покров, скрывающий место, где прежде стояло как страж времени засохшее дерево, и стоящие впереди увидели на его месте совсем молодое деревце, на котором был, — О нет! Это чудо, — не был, а было уже три белых сияющих цветка!
Гул голосов пронесся над толпой как волна по тихой воде: «Белое Дерево было снова живо!»
Арагон сделал два шага вперед и встал рядом с Эктелионом. На нем был по королевски богатый костюм из серебряной парчи. На руке всем было видно уменьшенное в размере Кольцо Барахира*, переданное ему Элрондом, на челе вместо короны, по нуменорским традициям, вставленная в обруч, сияла Звезда Элендила*, извлеченная из сокровищ Сарумана в Изенгарде и возвращенная законному владельцу. Его плащ был застегнут на левом плече Звездой Дунедайн*, принадлежащей его отцу Араторну II.
— Я рад представить вам Арагорна, сына Араторна, потомка Элендила, наследника Исилдура, будущего короля Гондора!
После двух секунд тишины, площадь взорвалась криками, напоминающими бурный поток, который вскипел и забурлил, прежде зажатый меж камней, вырываясь на волю. Среди шума голосов было трудно что-либо разобрать. Сердца людей горели, слова рвались из уст, как разбушевавшиеся волны.
Наместник еще выше поднял руку с жезлом.
— Вы все сегодня свидетели! — Эктелион умолкает, стихают и людские голоса. На площади становится так тихо, что слышно, как потрескивают факелы, чье пламя колышет порывистый ветер.
Он подал на вытянутых руках белый жезл Арагорну и повторил уже сказанные им ранее слова:
— Последний Наместник просит позволения сложить свои полномочия.
Арагорн принимает жезл и тут же вручает его обратно:
— Служба Наместника не кончена. Она принадлежит тебе, и будет ответственностью твоих потомков до тех пор, пока будет продолжаться мой род.
Эктелион снова поднял жезл и объявил:
— Люди Гондора! Примите истинного Правителя. Перед вами Арагорн, сын Араторна из колена Валандила, сына Исилдура, сына Элендила из Нуменора. Признаете ли вы его вашим королем?
И все, кто собрался сейчас на верхнем ярусе крикнули в один голос «Да».
— По традиции король принимал корону от своего отца перед его смертью. Но сейчас особый случай. Я, пользуясь властью Наместника, принёс сюда из гробницы Эарнура, последнего короля, чьи дни кончились в глубокой древности во времена наших предков, Корону Гондора, которая ждала там прихода нового Государя.
Эктелион протянул корону Арагорну. Он взял ее, поднял и произнес слова, сказанные давным-давно Элендилом:
— Из-за Великого Моря пришёл я в Средиземье. Здесь буду жить я и мои потомки, пока не кончится мир!
Но потом, Арагорн, даже не стал пробовать надеть на голову венец, который явно был ему еще велик, вернул его Эктелиону со словами:
— Я надену корону тогда, когда до неё дорасту. Хоть меня уже и объявили королем, править пока я буду опираясь на свою семью, Совет, и его главного Советника, которым с этого дня назначается Наместник Эктелион.
— Пришли дни Короля, и да будут они благословенны! — громко произнес Гэндальф.
— Да здравствует король! — воскликнул Эктелион и приклонил колено перед юным Государем.
В след за ним это сделали Гэндальф, Гильраэн, Рудольфус, все члены Совета и каждый кто был на площади.
Каждый кто был на площади, но только не Анкалимэ, наблюдавшая за всем происходящим с вершины Белой Башни*. Пока этот мальчик вырастет, все еще может столько раз изменится. Да и будет ли у него шанс стать взрослым? Кругом столько неожиданностей и опасностей...
=======
Эру Илуватар сегодня был не на их стороне… — Гондорцы считают себя «эрухини», детьми Единого бога Эру Илуватара и, соответственно, верят в него, как и эльфы, но вот валар они не очень уважают, так скажем. Потом об этом напишу.
Рат-Динэн или Улица Тишины, — улица образованная усыпальницами, т.е. своего рода кладбище.
Эмин Муил — холмы по обе стороны от Нен Хитоэль, большого озера на реке Андуин на северных подступах к которому стоят Столпы Аргоната.
Раурос (Rauros, синдарин «Ревущий в пене») — величественный водопад на реке Андуин.
Пеларгир — Большой порт Гондора на Андуине, одно из самых ранних поселений нуменорцев в Средиземье.
Кольцо Барахира — один из старейших артефактов Средиземья, изготовлено Финродом в Валиноре ещё до исхода нолдор (подробнее здесь)
Звезда Элендила - символ королевской власти. Камень основы выполнен из эльфийского кристалла эльфами-нолдор и вставлен в оправу из мифрила для ношения, по обычаям Нуменора, на челе вместо короны. Звезда была утеряна, когда Исилдур был убит орками на Ирисных Полях и найдена агентами Сарумана, искавшими Кольцо Всевластья. После смерти Сарумана извлечена из его сокровищницы и передана Арагорну.
Звезда Дунэдайн — серебряная брошь в виде многолучевой звезды, носимая Следопытами Севера.
Белая Башня или БашняЭктелиона — высокая башня, стоящая на верхнем ярусе Минас Тирита, в которой находится трон Короля Гондора и хранится палантир. Высочайшая точка Минас Тирита. За 250 лет до текущих событий была перестроена по указанию Наместника Эктелиона I, и с тех пор носит его имя.
Comments
Kass2010
<div ><div><span class="text">Ольга Евдокимова, я пользуюсь дзеном только как удобным хранилищем информации. За лайками не гонюсь, потому - не переживайте))</span></div></div>
Ольга Евдокимова
<div ><div><span class="text">Всегда читаю ваши дополнительные статьи на Дзене, они чрезвычайно интересные. Обязательно ставлю лайки, но они исчезают. Пару раз не поленилась, отмотала ленту и проставила везде заново - опять убрали. На "Кольце Барахира "пока есть.Я думала, что только топовых авторов режут, а на маленькую аудиторию это не распространяется - ошибалась. Обидненько, однако.</span><span class="smile"><img id="37a6e1ec-f63a-416f-88d4-63e48a68c71b" src="/thumbnail/boosty_smile/ThinkingFace.webp" title="thinking_face" class="smile"></span></div></div>
Анна Чернова
<div ><div><span class="text">Да уж, с такой гадюкой как Анкалимэ, Руди придется приложить все свои волшебные силы для того, чтобы Арагорн вырос, дожив до того момента как наденет на голову корону.</span></div><div><span class="text"> Спасибо большущее за новую главушку. Сил Вам и терпения, и дай Бог чтобы Ваша проблема скорее разрешилась</span></div></div>
