Kass2010
boosty
Глава 2. Два важных разговора
🕑 Added 2024-10-17 12:45:02 +0000 UTC
Гарри шел по пустынным коридорам. В такой час мало кто отлучался из факультетских гостиных. Вдруг из темноты донеслось какое-то бормотание и запах хереса.
«Интересно, у мальчишки, оказывается, тонкое обоняние, но откуда он знает, как пахнет херес? А это кто там? Наша алкоголическая предсказательница? Не стоило бы с ней сейчас встречаться. Как начнет пророчествовать, мы до полуночи не дойдем до Альбуса».
Казалось, что Поттер подслушал мысли зельевара и нырнул за статую Уилфреда Унылого. Он сделал это очень вовремя. Из темноты появилась профессор Трелони. — из-за угла показалась профессор Трелони. Она что-то бормотала себе под нос, тасуя на ходу старую засаленную колоду карт, и тут же толковала их сама себе.
— Двойка пик — конфликт. Семерка пик — дурной знак.
«Просто безобразие! Профессор в таком виде в коридоре, где могут быть ученики! Сивилла что-то совсем перестала себя контролировать».
— Король пик и валет пик – два брюнета, молодой и постарше, оба враждебно настроены по отношению к гадателю... Брюнеты? Эм, где же они?
Трелони остановилась прямо у статуи, за которой притаился Гарри.
«Удивительно, она почувствовала не только Поттера, но и меня? И нужно запомнить, что парень относится к Сивилле примерно как я, хотя чему я удивляюсь. Минерва говорила, что на всех своих уроках она предрекала герою смерть».
— Нет, этого просто не может быть, — проговорила Сивилла, направляясь прочь, давая тем самым возможность Поттеру добраться до Дамблдора.
— Добрый вечер, сэр, — сказал Гарри, входя в кабинет директора школы.
— А, добрый вечер, Гарри. Садись, — сказал с улыбкой Дамблдор. — Надеюсь, ты приятно провел первую неделю учебного года?
— Да, спасибо, сэр.
— Я договорился с профессором Снейпом, что ты будешь отбывать наказание в следующую субботу.
«Как же, договорился он… Просто приказал!»
Но Поттера сейчас это мало занимало, он оглядывался вокруг, здесь совершенно не было места для поединков.
— Итак, Гарри, я решил: раз уж ты теперь знаешь, почему Воландеморт пытался убить тебя пятнадцать лет назад, пришло время поделиться с тобой кое-какой информацией.
«Так-так, неужели я узнаю что-то важное!?»
— С этой минуты мы покидаем твердую почву фактов и отправляемся в путешествие по мглистым болотам памяти в чащобу дичайших догадок. Отныне, Гарри, я могу так же сокрушительно ошибаться, как ошибался Хамфри Белчер, полагавший, что пришла пора для сырного котла.
«Теперь я понимаю, чем ты, Альбус, добился любви мальчишки: вот таким фиглярством, а еще особыми добрыми взглядами и всякой произнесенной высокопарной чушью. Я на твоем фоне просто исчадье ада. И как мне заработать очки популярности у Поттера? Мне нужно его доверие и готовность следовать моим указаниям. Пассивное воздействие на мозг возможно весьма ограниченное время. Случайно можно сделать из него марионетку, которая постоянно будет ожидать указаний, как ей поступить. Я бы не отказался от такого варианта, если бы речь шла о важных решениях. Но такого придется контролировать полностью. Заставлять его есть, когда голоден, отправлять в туалет справить нужду, указывать, что кому говорить. Принимать за него абсолютно все решения по любым мелочам. Такое нам не подходит».
— Сэр, — осторожно спросил Гарри, — а то, что вы мне хотите рассказать, как-то связано с тем пророчеством? Это поможет мне... остаться в живых?
— Это очень тесно связано с пророчеством, — сказал Дамблдор, — и я, безусловно, надеюсь, что это поможет тебе остаться в живых.
«Да, да, остаться в живых, как же, а про «мальчик должен умереть» Поттеру знать нельзя».
Дальше Альбус и Гарри смотрели в Омуте памяти воспоминания. Познакомились с Бобом Огденом, а главное, с семейством Мракс: Марволо, Морфином, Меропой, а также Томом Риддлом старшим, отцом Воландеморта. Они увидели историю рождения Темного Лорда, и очень важные реликвии: кольцо Певереллов, которое иссушило руку директора,
и медальон Салазара Слизерина.
и медальон Салазара Слизерина.
Когда просмотр был закончен, небо за окном было черное, как чернила, а светильники в кабинете Дамблдора вспыхнули ярче прежнего.
— Я думаю, на сегодня хватит, Гарри, — сказал Дамблдор.
«Можно было и поменьше. Мозг у парня сейчас кипит, как зелье в котле под крышкой. Главное, чтобы не взорвался».
— Да, сэр, — сказал Гарри. Он встал, но не ушел.
— Сэр... а это было важно, чтобы я узнал о прошлом Воландеморта?
— Я думаю, очень важно, — ответил Дамблдор.
— А это... как-то связано с пророчеством?
— Связь самая прямая.
— Ясно, — сказал Гарри.
Дамблдор, как обычно, отвечал так, что ничего было непонятно. Ему требовался совет, интересно, можно будет обсудить это с Роном и Гермионой? Поттер уже открыл рот, чтобы узнать мнение Альбуса по этому поводу, но Северус, обещая, что делает это в последний раз, быстренько
заместил у него в голове один вопрос другим.
заместил у него в голове один вопрос другим.
— Сэр, — сказал Гарри, уставившись на перстень, — это кольцо...
— Да, Гарри?
— Оно все время было у вас?
— Нет. Оно попало ко мне совсем недавно, — сказал Дамблдор. — Собственно говоря, за несколько дней до того, как я забрал тебя от
дяди и тети.
дяди и тети.
— То есть примерно в то время, когда вы повредили себе руку, сэр?
— Да, Гарри, приблизительно в то время. Время позднее, Гарри! Спокойной ночи...
***
Всю дорогу до башни Гриффиндора Гарри пытался как-то обдумать им увиденное и услышанное от директора и запутывался все больше и больше. Поттер думал, что не уснет этой ночью. Ведь ему даже нельзя было с кем-то поговорить обо всем, но, неожиданно, стоило юноше положить голову на подушку, как он погрузился в глубокий сон, не без посторонней помощи, конечно.
Гарри Поттер оказался во сне в комнате, стены которой были обиты материалом глубокого зеленого тона. На полу лежал ковер. В углу стоял
массивный книжный шкаф, его были полки забиты книгами. От пылающего камина исходил свет, освещая все помещение. На каминной полке тихо тикали старинные часы.
массивный книжный шкаф, его были полки забиты книгами. От пылающего камина исходил свет, освещая все помещение. На каминной полке тихо тикали старинные часы.
У камина стояли два удобных викторианских кресла. Одно из них занимал Северус Снейп. Его черных смоляных волосах поблескивали блики от пламени, выражение лица казалось сосредоточенным, но в то же время спокойным. Снейп выглядел значительно моложе, чем в жизни, возможно, даже немного привлекательно. По его лицу, по крайней мере, сразу можно было определить высокий уровень интеллекта.
Гарри совершенно не ожидал увидеть Снейпа здесь, в этом своем уютном сне. У него возникло сильное желание избежать общения с язвительным зельеваром. Он отвернулся от профессора в поисках выхода, надеясь найти дверь, которая приведет его в этом сне в другое место, но тут Северус Снейп заговорил. Его голос был, как тягучая смола, обволакивающий, манящий. Он мгновенно остановил юношу.
— Мистер Поттер, — произнес он, не отрывая взгляда от Гарри. — Пожалуйста, не уходите. Нам нужно поговорить.
Юноша помедлил. Внутри него боролись противоречивые чувства: с одной стороны, желание рассеять во сне образ нелюбимого профессора, с другой – не хотелось прерывать эту странную магию момента.
— Я… я не знаю… О чем мы можем с вами говорить? — слова Гарри произносил вяло, но в груди храброго гриффиндорца неожиданно вспыхнул интерес к профессору, и он старался его подавить, как недостойный. Причудливая игра света и тени подчеркнула выражение глубокой задумчивости на лице слизеринского декана и какое-то ожидание в его глазах.
— Это важно, — настаивает Снейп. — Есть вещи, которые вы не понимаете… Они важны именно для вас, для вашего будущего.
Гарри вздохнул. Эти слова бесспорно резонировали с его внутренним беспокойством, осознанием, что одному ему во всем не разобраться.
— Но почему именно вы пришли в мой сон? Почему я должен слушать вас, а не профессора Макгонагалл, к примеру?
Снейп приподнял бровь и усмехнулся.
— Потому что я знаю вас лучше всех, и мне известно то, чего не может знать никто другой.
— Мне не нравится, когда со мной говорят загадками, — нахмурился Поттер.
— Хотите знать правду, даже если она вам совсем не понравится?
Взгляд Снейпа стал максимально проницательным, словно он пытался заглянуть в душу Гарри.
— Я не понимаю, — произнес Гарри, чувствуя, как в груди встаёт холодное сомнение. — Как вы можете знать меня лучше, чем другие? Вы всегда были… ну, не самым добрым ко мне. Почему теперь вы здесь, в моем сне,
пытаетесь что-то мне сказать?
пытаетесь что-то мне сказать?
Снейп вздохнул, его лицо немного смягчилось, но в голосе звучала решительность.
— Я не тот профессор, который сейчас вас учит ЗоТИ. Я пришёл из будущего, из такого будущего, что принесет смерть многим, кто для
вас важен. Вы и сами умрете, если вы не станете меня слушать.
вас важен. Вы и сами умрете, если вы не станете меня слушать.
Гарри переполнило недоумение.
— Из будущего? Но как это возможно? Как вы вообще здесь очутились?
— Это сложный вопрос, мы к нему еще вернемся. Главное, что вы должны понять, я здесь, чтобы предупредить вас о том, что всех ждёт в будущем, если вы не измените его, прислушавшись к моим советам.
— Но если вы из будущего, — тихо сказал Гарри, — значит, всё уже предрешено? Разве я что-то смогу изменить?
Снейп покачал головой.
— Не совсем. Будущее не так фатально, как кажется. Каждое наше действие может привести к различным последствиям. Но некоторые
события неизбежны. Я пришёл, чтобы помочь вам со всем разобраться, избежать непоправимых ошибок, увидеть истинное положение дел.
события неизбежны. Я пришёл, чтобы помочь вам со всем разобраться, избежать непоправимых ошибок, увидеть истинное положение дел.
— А что, если я не захочу всё это знать? Что, если я предпочту игнорировать всё это?
Снейп встал и сделал шаг, становясь ближе к Поттеру. Его голос стал чуть мягче.
— Истина существует не зависимо от нашего отношения к ней, Гарри. Иногда знание может спасти, даже если это знание ужасно. Вы должны быть готовы к тому, что ждет вас впереди.
— Вы назвали меня Гарри? — ошеломленно проговорил Поттер.
— Разве это не ваше имя?
— Моё… — Поттер был растерян. — Почему вы хотите помочь мне?
— Потому что, — тихо произнёс Снейп, — в том будущем, о котором я говорю, моя жизнь тоже зависит от вашего выбора. Не буду вас обманывать.
— Хорошо, — выдохнул он, — я готов слушать. Что же мне нужно сделать?
— Для начала присядем…
Снейп опустился в кресло в котором сидел ранее, Гарри неуверенно занял второе.
— С чего же начать… — Северус нахмурился, глядя на огонь.
— С главного? — предложил Гарри, о потом поправился: — Или, лучше, с самого начала?
— С самого начала… — задумчиво повторил Снейп. — А давайте! Пожалуй, так будет правильно.
Зельевар щелкнул пальцами, на столике появилась большая кружка горячего шоколада для Гарри и бокал с виски для него самого. Северус взял в руку свой напиток и стал смотреть сквозь него на огонь. Золотистая жидкость мерцала в свете языков пламени, словно жидкое солнце, заключенное в стеклянную оболочку. Ледяные кубики позвякивали, касаясь стенок бокала. Снейп старался создать во сне Поттера атмосферу уюта и покоя, чтобы рассказанные им истории не пугали мальчика, а вызывали доверие.
— Я был знаком с вашей матушкой еще до поступления в Хогвартс. Лили… Она была светом в моем детстве, Гарри. Мы встретились, когда еще были совсем детьми. В тот день, когда я впервые увидел ее, она играла с сестрой на лугу, неподалеку от нашего дома. Я был поражен ее смехом, который звучал как музыка, и тем, как она наполняла жизнью все вокруг себя. Она была естественной и искренней.
Снейп сделал глоток из стакана, с полминуты помолчал и продолжил.
— После знакомства мы стали неразлучны. Она понимала меня так, как никто другой. В ее присутствии я забывал о мрачности окружающего мира и чувствовал себя нужным. Мы часто гуляли вместе, делились мечтами и тайнами, строили воздушные замки из надежд. Лили была моей первой и единственной настоящей подругой. Когда мы попали в Хогвартс, Лили оказалась в Гриффиндоре, а я — в Слизерине. Несмотря на это, мы стремились сохранить нашу дружбу, но обстоятельства были сильнее нас и однажды случилось то, что развело нас в разные стороны.
Гарри начал стремительно краснеть. Он сообразил, какой именно случай послужил причиной разрыва дружбы его мамы и Снейпа. Тот самый момент, что он подсмотрел в омуте памяти, когда занимался с профессором окклюменцией. Вернее, то подсмотренный момент, который послужил окончанию этих занятий. Зельевар тогда был так зол, что запустил в него банкой с сушеными тараканами.
Северус же молчал, раздумывая, стоит ли прямо сегодня рассказывать о том, как он стал Пожирателем Смерти и как подслушал то самое злосчастное пророчество и рассказал его Лорду. И решил, что расскажет Гарри эту часть истории позднее, когда он станет больше ему доверять. И перешел сразу к тому моменту, когда Поттеры уже погибли, а он, терзаемый адской смесью горечью потери и чувства вины, оказался в Хогвартсе, в кабинете Дамблдора.
— После того, как я узнал, что Лили и Джеймс погибли, — начал он, опустив взгляд, — я почувствовал, что мир рухнул. Лили, моя Лили, была безвозвратно потеряна, и я не мог ничего изменить. Это было невыносимо. Я пришел к Дамблдору, раздавленный и потерянный. Он, можно сказать, воспользовался тогда моим состоянием. Альбус заявил, что мальчик, сын Лили, уязвим и находится в опасности, что я должен стать щитом для сына той, кого я любил больше всего на свете. Дамблдор заставил меня дать клятву, что я сделаю возможное, чтобы сохранить вашу жизнь, Гарри, даже ценой собственной. Я дал слово, что буду оберегать вас, следить за вами, помогать. Это стало моей тайной личной миссией — защищать сына Лили...
Снейп замолк, глубоко вздохнув, а Гарри пребывал в глубочайшем шоке от услышанного, и чтобы скрыть свое состояние спрятался за кружной с шоколадом, отметив, что это был самый вкусный напиток, что он пробовал в жизни, пусть даже и во сне.
— Я понимаю, Гарри, что вы можете мне не поверить вот так сразу. Потому сейчас вы перейдете в глубокий сон без сновидений и проснетесь утром с хорошим самочувствием и настроением. Попробуйте в течении нескольких дней вспомнить события, где ваша жизнь подвергалась опасности и поищите рядом меня. Вы сообразительный молодой человек и вам не составит это большого труда. И, пожалуйста, никому не рассказывайте ни о том, что вы узнали в кабинете директора, ни о том, что я встречался с вами во сне.
Гарри хотел что-то ответить, но не смог. Он почувствовал, как его веки тяжелеют. Слова Снейпа эхом отозвались в его сознании, унося с собой последние обрывки тревоги и сомнений. Комната вокруг него начала плавно расплываться, границы предметов становились все более размытыми. Гарри ощущал, как его тело становится невесомым.
Мир звуков постепенно стихал. Во сне, в который погрузился Поттер, он чувствовал себя защищенным и умиротворенным, словно невидимые руки оберегали его от всех бед и тревог внешнего мира.
Когда рассвет проник в спальню, Гарри проснулся, ощущая удивительное спокойствие и бодрость. Легкий солнечный свет играл на стенах, и с первым проблеском осознания он вспомнил последние слова Снейпа. Нужно было все вспомнить и посмотреть на происходившее с ним под другим углом.
Comments
Olga
<div ><div><span class="text">Может же быть адекватом, а не плеваться и говорить сквозь зубы...</span></div><div></div></div>
Kathrine Hammerfjell
<div ><div><span class="text">Если Сева таки сумеет что-то вложить в поттеровскую голову, пусть даже и во сне, я буду считать его великим педагогом)))<br> </span></div><div></div><div><span class="text">Спасибо!</span></div><div></div></div>
