Нкаритош
boosty
33. Алый рассвет.
🕑 Added 2024-11-18 13:52:00 +0000 UTCМомент для атаки представился сам собой. Еще через две недели вооруженного террора, постепенно переросшего в уже откровенные стычки с надзирателями, даже до самых медленных дошло, что происходит нечто из ряда вон выходящее.
Не то, чтобы бунты рабов были для батарианской Гегемонии чем-то неожиданным. Их богатая история рабовладения имеет и богатую историю восстаний рабов. Особенно много их стало с выходом Гегемонии в большую галактику. Республика азари несколько раз была на пороге большой войны с Гегемонией, когда батарианцы излишне начинали наглеть.
Дело в чем… эффективное производство на рабском труде не построить. Это просто факт, раб, если это не добровольный спутник, имеющий доступ к благам высокопоставленного хозяина (домашний раб или ценный специалист, имеющий очень мягкие условия содержания) не будет работать с полной отдачей. Никогда.
А еще они будут пытаться вырваться на свободу, прибив поработителей в процессе. А у хозяев — меры принуждения и защиты от излишне буйного товара.
К чему я это? Одну из наших ячеек накрыли и решили показательно казнить на арене, скормив местным хищникам в прямом эфире. Причем в присутствии высокого начальства. А чтобы было веселее, объявили:
— Если выживет кто-то один, ему будет дарована жизнь, — провоцируя рабов рвать друг друга.
И тут можно поступить по разному. Можно использовать Ворхесса с «вдовой», и превратить одну батарианку во вдову. Самый простой и ожиавемый вариант. А можно сорвать всё мероприятие, используя кроме снайпера еще и взлом системы турелей, например. Когда Ворхесс закончил объяснять ситуацию лидерам мятежников, его спросили недоверчиво:
— И это выполнимо?
Ворхесс ответил насмешкой:
— Слишком поздно сдавать назад. Я собираюсь пойти туда и добиться успеха. Турели будут бить только по представителям высших каст и вооруженной охране. Не скажу, что это безопасно, но я же капитан Ворхесс, у меня получится. Важно не это.
— А что важно? — спросила батарианка из рабочих.
— Другие направления ударов. Думаю, мне не нужно объяснять, что будет, когда представителей правящих домов перебьют. У нас останется ровно один вариант. Смекаете, какой?
— Ударить раньше?
Ворхесс кивнул, показывая на отметки на карте пальцем в кожаной перчатке.
— Именно. У нас есть карты маршрутов, по котором движутся патрули, по которым пойдут внутренние войска. От наших сторонников из числа армии. Схемы защиты, взломанные роботы охраны. Когда всё начнется, база внутренних войск окажется, не в лучшем положении, когда против них восстанут собственные машины.
Чистая правда, команда еще до моего прибытия к этому готовилась. Хаос будет знатный. Ворхесс продолжил:
— Рабы получат оружие и ударят по внешним центрам. Там достаточно бывших солдат, чтобы просто перебить надзирателей. Но если на помощь придут внутренние войска и техника, их просто задавят. В наших силах сделать так, чтобы этого не произошло.
— Хех, у нас есть бомбы и ракеты. И вы сказали о роботах, капитан, — сказал один из командиров.
Я кивнула.
— Всё правильно. Бомбы и ракеты. Останется два самых неприятных момента. Флот и личная гвардия землевладельцев. Конечно, там тоже есть те, кто нас поддерживает, но я бы сильно не рассчитывал. Тут нужно быть хитрее. На резиденцию пойдем в последнюю очередь. Есть у меня несколько идей, как решить этот вопрос. Нужно малость подготовиться.
Действительно, что будет, если уронить на резиденцию корабль? Не только же жителям Омеги проводить подобный опыт, хм?
***
Началось всё буднично, по местным меркам. По улицам движутся батарианцы, кто в форме, кто в броне, многие стекаются к круглому амфитеатру в центре города, неподалеку от резиденции. На экраны по всему городу идет прямая трансляция, где один из промышленников, владельцев колонии, вещает:
— Этот мусор, недостойный быть грязью под нашими ногами, эти бесполезные рабочие, чья судьба быть погребенными под рабскими бараками, решили, будто они достойны быть наравне с нами, носителями алых и фиолетовых эмблем! Эти ничтожества подбили рабов на вопротивление их хозяевам, убеждая, что освободят их! Повелись на посулы вражеской пропаганды, обещающей фабрики рабочим, землю — тоже рабочим, и всем — достойный уровень жизни! Вздор! Просто посмотрите на них! Вот ЭТО достойные граждане Гегемонии? Я вижу только отбросы.
Камера сместилась, показывая стоящих на арене избитых батарианец и рабов в лохмотьяъх, явно после избиений, допросов и пыток, не все из них могут стоять на песке арены. Камера вернулась к оратору, а Ворхесс, заняв позицию с «вдовой» на крыше ближайшего здания, произнес.
— Готов начинать веселье.
И раздался выстрел, разрывая грудную клетку одного из правителей. В ту же секунду многочисленные турели в амфитеатре пришли в движение, направляя оружие на охрану в обладателей высоких статусов. Кары по всему городу потеряли управление хозяев, синхронно направляясь в сторону небоскребов администрации.
На базе внутренних войск взывыла сирена тревоги. Батарианские призывники начали строиться перед бараками, а из награда техники выводят роботов.
— Живее! Живее! Амфитеатр атакован предателями! живее, мусор! — ревели сержанты, подгоняя построение.
— Построиться повзводно! Приготовиться к погрузке! — кричали другие.
В кабинет командира ввалился лейтенант.
— Роботы вышли из-под контроля, — и рухнул на спину, когда автоматная очердь прошила его грудь.
Командир, которого все так не любили, кивнул.
— Мне это известно. Благодарю за службу, — переступая через умирающего подчиненного.
Когда он вышел на плац, легкие роботы добивали выживших, пока тяжелые грузились под надзором немногочисленных выживших сторонников.
— Оно, оно и правда нужно было так? — пораженно спросил один из водителей, с ужасом глядя на командира. Он был в строю, и солдат вокруг него убило огнем автопушек.
Командир кивнул.
— Чтобы свобода проросла, её должно полить кровью патриотов. Ведите технику на место встречи. И флаги не забудьте. Не хватало, чтобы бывшие рабы вас подстрелили по глупости.
— Да, командир, — отчитался солдат, а командир поднялся на вышку, глядя на пытающее здание администрации, на которое разом упало полтысячи каров.
В конце улицы горел багги патруля, а сами патрульные, убитые из «фестонов», лежали вокруг.
— Во благо человечества, — тихо произнес он, — как же приятно чувствовать себя полноценным, наглая хвостатая эгоистка. Не поделилась такими возможностями. Спасибо.
Раздался взрыв и в городе погас свет. Затем еще один взрыв. Это детонировали генераторы. Запасные есть, починить можно. От реезрвных питаются атмосферные купола, те, что остались. Тот, что был в здании администрации, многочисленных таранов не пережил. Кивнув сам себе, «командующий» начал разворачивать на вышке красный флаг, пока оставшиеся роботы и пехотинцы собирают трупы в кучу.
На улицах тоже начался полный хаос. С экранов и из динамиков по всему городу вещал гортанный голос:
— Я капитан Ворхеесс, говорю вам — пришло время освобождения! Товарищи! Рабочие! Слуги! Рабы! Веками вас угнетали старшие касты, ваши хозяева! Вас лишали не только свободы, но и чести, возможности жить так, как хотели вы! Это несправедливо! Вам нечего терять, кроме своих цепей! И я, капитан Ворхесс! Призываю вас сбросить оковы! Взять в руки оружие, палку, топор или просто кусок трубы и огреть им куском всех тех, кто отбирал у вас все! Кто пытает и бьет! Рабовладельцев! Верных псов режима! Тех, кто решил, что оружие делает их неподсудными! Но сегодня все изменилось! Сегодня день их страшного суда, народного суда!
Сам Ворхесс стоял на крыше бронетранспортера, около горящего здания центральной администрации, в немного дырявой и закоптившейся форме пиратского капитана, а вокруг лежали тела надзирателей и рабов, отдавших свои жизни при штурме. Рабы, продолжая грабить обширные оружейные и вооружаться, слушали батарианца и радовались, глядя, как бюрократов из числа администраторов рабовладельцев ставили к стенке их бывшие игрушки.
— Давайте, ваше благородие, вперед. Познаете собственную справедливость.
В ответ помятые клерки отвечали:
— Это ничего не решает. Администратор пришлет войска, и вы все сдохнете. Просто чуть позже, чем кха… — получив ударом приклада в рот, батарианец сложился и был пинком отправлен в строй.
А напротив уже выстроились вооруженные «фестонами» бывшие рабы. Тощие, со шрамами и болезненные, сейчас их объединяло одно — ненависть к поработителям.
Турианец Спартакус, бывший боевой раб, вскинул руку.
— По ублюдкам — огонь!
Тела посыпались под стук вольфрама, а на фоне поднималось алое полотнище флага. Но не только здесь. Обезумевшие от крови рабочие и рабы носились по улицам, истребляя представителей высших каст. Поначалу немного, но видя безнаказанность, слушая лозунги, большая часть колонии заводилась, и задавалась вопросами.
— Так что же, если и я проломлю череп тому ублюдку, который приказал снять шкуру с моих знакомых полосками, и теперь мне ничего не будет? — бил и приходил к выводу, — а ведь и правда, ничего! Громи поработителей! Бей врагов трудового народа!
Разумеется, процесс отслеживался из центра управления коллегией ИИ.
— Брекан, что думаете? Мы заняли здание «центра надзора над рабочими».
Голограмма высокого лысого мужчины, скорее напоминающего усатого дедвушку, ответила.
— Толпа потеряла управляемость, о да. Но все идет как нужно. Хаос, подконтрольный нам в нужной степени.
Посыпались отчеты:
— Мы спровоцировали с помощью автопилота несколько таранов на орбите, крейсер падает в атмосферу.
— Работы доставлены, штурм баз внутренних войск на севере продвигается.
— Часть администраторов попыталась бежать, мы протаранили их челнок каром, сейчас толпа устраивает самосуд.
— В ужном центре грабят продуктовые склады.
Брекан тут же отреагировал:
— Грабеж пресечь. Если нужна еда, выдать, но разграбление народной собственности неприемлемо. Разобраться.
— Выполняем.
Доклады продолжились. Выходит, что поля по большей части под контролем мобильных отрядов. Примерно треть баз работорговцев еще держится, как и шесть баз внутренних войск, смогли с потерями отбиться от «восстания роботов». Одну захватили сторонники бунта, под видом подкрепления проникшие за периметр. Еще в одной были подорваны запасы топлива, так что жить там теперь слишком жарко.
— Дворец?
— Держится, как и ожидалось, — ответила я, — бомбежку успешно выдержал. Нам удалось подавить часть систем обороны, но внутри все еще полно батарианцев, верных режиму.
— В двух других мирах процесс идет по плану. Есть сопротивление, но мы ожидали, что так будет. Толпа распробовала кровь и безнаказанность. И они очень ненавидят высокомерных ублюдков из старших каст.
Брекан кивнул.
— Прекрасно, просто прекрасно, о да. черный Ящик. Перешлите доклад командованию. Вторая фаза идет по графику.
Куб, висящий голограммой в той же комнате, ответил:
— Выполнено.
— Попытка отключителя атмосферных щитов. Отслеживаем точку входа. Выполненно. Кхаэла, Ворхессу ближе всего, займись. Щиты под нашим контролем, но такого быть не должно.
Пират с ухмылкой соскочил с бронетранспортера.
— Бойцы. Кажется, эксплуататоры решили отключить нам комфортную атмосферу! Айда глянем, кто такой наглый! Это рядом, через две улицы.
С ревом новоявленные революционные солдаты погрузились на покрашенные в красный (кустарно и не особенно ровно) БТР и отрпавились причинять справедливость. Наличие десятка солдат Гегемонии ничего не решило, так как их просто задавили толпой, пусть и ценой пяти убитых и своего десятка раненых. Ну а далее любителей зажаривать окружающих просто и незатейливо поставили к стенке.
И продолжили искать тех, кто поддерживает текущий режим. Все активнее стягиваясь ко дворцу.
Дворец правителей гегемонии был скорее местом встреч, а не местом для жизни. У каждого из землевладельцев есть свой особняк, офис в одном из небоскребов, в несколько этажей размером. Нет, дворец — это символ власти. Окруженный многочисленными сложными садами, поддерживаемых кастой гедунов, сам дворец, сложное строение из белого, красного и фиолетового камня с армией слуг и рабов внутри. Потрясающая воображение разумных композиция из зеленого, белого, алого и фиолетового цветов. И все это занимает несколько квадратных километров.
Сейчас на белом камне черные обгоревшие следы, зеленые сады частично горят, вокруг лежат остовы разбившихся каров и тела, несколько сгоревших роботов. Ну а дополняет картину запись, вопроизводимая по громкой связи:
— Напоминаю о том, что всех, кто помогал мятижникам, ждет наказание. Предатели будут казнены, в назидание. Администратор уже выслал армаду, которая прибудет в систему и уничтожит вас всех. Сопротивление бесполезно! Пособничество преступно! В лучшем случае, вас ждет понижение в социальном статусе. В худшем — мучительная смерть. Не забывайте об этом и не забывайтесь. Ваша судьба предрешена. Ваши хозяева бросят вас, как только вы перестанете быть им интересны. Напоминаю…
Ворхесс только отмахнулся.
— Всё продумано. У нас есть сторонники не только здесь. Помощь к ним не придется. сейчас и в других мирах периферии происходит то же, что и тут. Посмотрим, как Администратор справится со всеобщим народным движением за справедливость!
— Отлично сказано, капитан. Теперь пора подумать о штурме, — подошел один из лидеров повстанцев, пожилой батаринец из числа бывших Гедун.
Именно благодаря ему нам удалось так легко пробить первую линию обороны. Ну и благодаря карам, конечно же.
— А чего там думать? — ответил Ворхесс, — все уже продумано. Пуск.
Толпа начала осматриваться, пока кто-то не посмотрел вверх.
— Смотрите! Наверху!
Черная точка прочертила небо и ударила в одну из построек, пробив крышу и спровоцировав взрыв. Поднялся столб обломков, по толпе ударила взрывная волна и визг, раздался стук разлетающихся кусков камня. Ворхесс на недоуменные взгляды воскликнул:
— Революционные экипажи кораблей! Наши строронники против угнетателей! Вы же не думали, что я один такой потрясающий?
Конечно, все было сложнее. Взломы кораблей на техобслуживании, договоры с правительствами систем Терминуса и наемниками, чтобы наладить инфраструктуру. Нужно было обеспечить снабжение, чтобы когда все начнется, у местных были оружие и ресурсы. Эти колонии — добывающие и сельско-хозяйственные, а конкретно этот мир еще и довольно близко к столице. А значит, местные должны быть готовы к прибытию гостей. Им нужны технологии, снаряжение, им нужно много товаров, которые они могут покупать, продавая свою продукцию. Первое время, на захваченных богатствах. И материальной помощи от соседей.
Это шутка, но удалось договориться с волусами через агентов Посредника. Мы закупили партию турианского оружия и намекнули, что часть батарианских колоний желает отделиться, перестать практиковать рабство и влиться в галактическое сообщество. И можно в процесс инвестировать. Я не знаю, как именно убеждали дипломаты и экономисты, но волусы решили помочь с закупками.
А потом в процесс явно милитаризации влезла Иерархия, заинтересованная продажей больших партий оружия. Через посредников вышли на покупателей, прислали Спектра-харана. Я не шучу, это медуха-Спектр, в каждом щупальце по пистолету. Он выслушал батарианцев (Ворхесс не вмешивался), и как-то само собой у рабочих появилась поддержка. Условие: освобождение из рабства всех захваченных граждан Пространства Цитадели. Батарианцы согласились, за снабжение снаряжением. И вот уже производится благотворительная миссия, а не спонсирование бунта против государства.
Конечно не официально, но мятежникам «помогли с контактами». Техника, снаряжение, наемники. Пока мы всё это обсуждаем, на орбите наемники громят флот охраны, а воолружены и защищены революционеры куда лучше, чем по всем признакам должны. Так оно и получилось.
Лидер рабочих, когда пыль немного осела, заговорил в мегафон:
— Сдавайтесь! Вы окружены! У нас рабочие, за нас справдливость, с нами правда! В случае неподчинения, вы будете уничтожены. Мы гарантируем вам то, чего бы вы, поработители простого народа, эксплуататоры, никогда бы нам не дали! Мы дадим вам справедливый суд! Другого шанса не будет! У вас два часа!
Ситуация меняется, верно? Фактически контроль над колонией у администрации утерян, сама колония находится на автономном содержании. Они могли бы сопротивляться довольно долго, еще и решить вопрос за счет флота. Но… флот немного в другой ситуации находится.
— Сдадутся или нет? — риторически спросил турианец в броне, один из бывших рабов.
Ворхесс, делая вид, что смотрит в бинокль, ответил:
— А куда они денутся? Артиллерия — царица войны! Не согласятся, будем бомбить.
Согласились. На исходе второго часа нашлись разумные личности, которые открыли ворота и впустили отряды внутрь. Так же внутрь рпоникли и агенты Ии, подключаясь к сети на случай, если кто-то попытается использовать защитную систему.
Ну а далее была победа. Красный флаг, освобождение запертых в подвалах, чтоб не мешались, слуг и рабов. Захват лидеров и перемещение их в тюрьму, под охрану рабочих и рабов. Потом этих личностей будет ждать народный суд и, вероятно, казнь. Но все это будет потом. Второй этап плана завершился за двое суток, когда все три планеты перешли под контроль революционеров, а первые освобожденные жители Цитадели давали интервью, как они сражались за свободу.
Это только начало их истории. Но это будет уже их история, а не чья-то еще.
Comments
Андрей Паболков
<div ><div><span class="text">Maksim Fedin, события происходят спустя 600 с лишним лет после ее написания, если хоть кто-то там и помнит, что то из текущей или более ранней музыки, то это скорее всего историки или музыканты или коллекционеры. </span></div><div></div></div>
Maksim Fedin
<div ><div><span class="text">странно, что Ворхес не спел интернационал! <br></span></div>
виктор князев
<div ><div><span class="text">Вот Джокер удивиться батарианскому капитану Ленину.</span></div><div></div></div>
